Форум Все оттенки Тьмы
Ролевые игры => Полностью завершенные игры => Архив игр => Форумные и литературные игры => Талая вода => Тема начата: Руслан от 04 Февраля 2023, 12:40:03
-
К первому марту прежняя размеренная жизнь казалась далеким прошлым. Это казалось невероятным, но всего неделя от начала хлебных бунтов кардинально переменила жизнь столицы.
Сначала рабочие толпы, перебирающиеся через разведенные мосты. Затем восстание солдат, а после череда арестов, убийств и массовых переходов на сторону свержесформированного Временного комитета целых ведомств. Последнее обращение Властелинов говорило о полном триумфе, и это он и был - столица пала. Министры и генералы складывали полномочия в пользу марионеток вроде Тимошиной, десятки тысяч людей не уходили с улиц, а "Вена" стояла почти закрытой. Точнее, днем она только и работала на революционеров, превратившись в полубесплатный к трактир, но та десятая часть гостей, что являлась вечерами, не могла потянуть даже на половину зала. И развлечений они не искали - всех охватил страх.
Восстание не походило на наивные мечты многих литераторов: убийство, преступления и планомерное уничтожение полицейских "коллегами" Жоржа погружало город в контролируемую анархию. Десятый департамент сломал революционеров, но и сам понес потери - Васильева застрелил лично Заварзин, отказавшийся признавать мятеж. Сам пожилой следователь был тут же убит кем-то из богоизбранных. Дело шло к тому, что оставшихся перебьют восставшие, и Властелины позволят сделать им это, выпуская пар - департамент свою роль отыграл.
Эзоф торжествовал победу - социалисты получили немалое количество мест среди меньшивиков и эссеров. Сашу это не обольщало - именно Властелины держали новое правительство за шиворот и похоже, буквально со дня на день должны были предложить кандидатуру великого князя Михаила Александровича. Что Николай отречется, сомнений не оставалось даже у последнего из уличных босяков.
Их малая группа распалась, встречаясь разрозненно. Беглецы носились, собирая домовых у собравшихся выезжать жильцов, Террористы с Фонариком были заняты технославами, Подпольщики замкнулись в Петропавловской, Блаженные выглядели так. будто были котами, утащившими кувшин сметаны. Город на грани легкого безумия словно вливал в них силы, и рассказы Бориса заставляли Сашу все чаще присматриваться к хозяевам Крестового. Тот был хорошо маскирующимся наивным шизофреником, но вот кукловоды, видимо, не так уж глупы.
Борис нашел, что Террористов не просто поддерживали Блаженные. Похоже, они приложили руку к тому, что в их рядах осталось трое не совсем здоровых демона, ради поисков Ада вытравлилающих из себя всю человечность. Именно Блаженные негласно опекали их, но не по доброте душевой - хийси они тоже привечали. Похоже, построение ада этим Агентством было не эфемерным мифом, а чем-то реальным, и революция, пугающая людей, вполне соответствовала целям.
Чертежников Саша встречала в купальнях, как и кого-то Властелинов. Даурий не отрицал - среди них есть его ученики. Но их пути - их дело, точно так же дело Аза, на что он употребит полученную мудрость. Знание должны принадлежать всем попросившим, в этом их отличие от Мучителя. Тот бы построил свой порядок по праву сильного и мудрого, а парочка парижан пережила и подобные предложения, и покушения учеников, но все равно учила.
- Мы отдаем миру, - пояснил Даурий Саше. - Твари, что учили меня, так и говорили - дай им знания и позволь выстрадать на этом свою правду, если считаешь живыми, а не своими куклами. Кстати, говоря о страдании...
Комбинацию, которую Праздник предложила, учитель назвал "танцем зимнего прилива" Потому что ему это напомнило волны, которые сначала теплы, потом холодны, а затем и обращаются в льды, порождая красоту зимнего побережья. Похоже, в этом древнем создании жил не только немного безумный исследователь, но и романтик.
- Она развивается по нарастающей, и вкрадчиво-опасна, как кольца змеи, - одобрительно оценил он успехи Аза. - Её эффектом будет появление образа властно-заботливого мучителя в душе жертвы. Повторения усиливают эффект, но выше пятикратного он не поднимется...
//Читай: после каждого раза все социальные броски после жертвы получают +1 навсегда. Повторяя эффект можно довести бонус до +5//
- Разумеется, можно подобрать комбинацию, которое это снимет. Сейчас мы потренируемся, на Машеньке, а потом я покажу, как защищаться, если такому подвергли вас, и как снять с другого. Кстати, вы меня тоже потом попытаетесь убить?
- Что? - вполне искренне опешил Аз, прежде чем понял, что грузин улыбается.
- Иногда, когда я раскрываю ученикам какой-то подобный секрет, им в голову приходит, что надо бы от старика избавиться, - в устах внешне тридцатилетнего это звучало еще более иронично. - Так было тридцать четыре раза из тех двух с небольшим сотен, что я учил. Да ладно, не надо оправдываться, я же шучу. Попробуете вы меня убить или нет, один Ад вам судья. Я все равно постараюсь выжить, мы всегда выживаем...
- Как вы вообще умудряетесь кого-то учить после всего этого? - тихо спросил гость. - Неужели желания тварей, что вам это раскрыли, важнее ваших чувств? Или вы так уверены в себе...
- Нет, Аз, - серьезно взглянул на него переживший свою эпоху Мятежник. - Просто Ад строится из бревнышек, связанных собственным неудобством. Думали, разгадали одну Отмычку, за ней другую, и все обретете, ничего не утратив, ничем не пожертвовав? Нет, Ад - он же не для людей, он для нас в первую очередь...
Было самое время отдать письмо, благо с Доримаэлем Саша уже поговорила. Тот чужаков боялся, считая, что какими бы они не были равнодушными к власти, их присутствие столкнет слишком много хрупких камней. А узнав про Зеленоглазку, был потрясен не меньше Хирурга. Кажется, скоро узнице беспамятства грозят не очередные захваты и пытки, а чаепития и приглашения в гости от всех здешних демонов...
- Вы бы хотели, чтобы я мыслил понятными вам категориями? - не дав Саше приступить к судьбоносному разговору, продолжил вечно молодой грузин. - Ну допустим, я вижу, что при всей вашей отличной игре в мужчину, вы воспринимаете себя как женщина. Могу в два счета узнать, как ваша Личина зовется и где обитает, просто рассчитав по розовеющим щекам, сколько вы добирались до нас по морозу, какую одежду предпочитаете носить, и какие позы для вас характерны. Я ведь вижу и чувствую намного острее, чем люди и большинство из нас. Мы с дочкой вас можем без усилий схватить и через день выпустить искренне убежденным, что служить нам - смысл всей вашей жизни. Да что там - мы вас может просто УГОВОРИТЬ на это, и вы сами о таком попросите, взвесив все плюсы. Но зачем?
Он покачал головой, будто не понимая, как кто-то может так узко мыслить.
- Меня умоляли быть генералом восстания в Париже, который я бы мог превратить в свободный от Мучителя на веки-вечные город. Здесь мне сулят власть над вашей страной мои бывшие ученики. Но правда в том, что это не мое. Я однажды верну жену и мы отпустим дочь в мир, как и положено родителям. А потом - уйдем на покой. Не знаю куда, но там будут степи и горы нашей юности, левкой и шепчущая со звездного неба тьма...
-
- Эта попытка игры мускулами была совершенно не нужна, Даурий. Она не ответила на мой вопрос, не дала никакой информации вам и никак не продвинула эту беседу.
Аз вздохнул.
- А если вы определили, что идентифицирую себя как женщину, то это было ещё и некрасиво.
Мужчина ухмыльнулся, показывая, что шутит. Тем не менее, возможно в следующий раз сюда придёт уже Саша.
- Нужна вам власть или нет, это совершенно не объясняет желания учить других. Но вот то, что вы сказали после... О необходимости неудобств при достижении Ада - вот это очень важно. Может быть гораздо важнее всего, чему вы меня учили, хоть я очень благодарен вам за науку. И так уж вышло, что у меня есть чем отплатить за вашу доброту. В этом письме...
Аз достал из внутреннего кармана своего жилета то самое письмо.
- Содержится два пророчества, содержимое которых может помочь вам в достижении вашей цели. Прочтите сейчас, однако я попросил бы вас обождать с активными действиями по крайней мере до того, как мы это не обсудим. Однако прежде ответьте на один только вопрос: можно ли заменить жертву при достижении Ада? Можно ли, если мы возьмём его как симфонию, заменить боль раздражением? Когда вы прочтёте, то сразу поймёте, о чём именно идёт речь.
-
- Мускулы? - улыбнулся Даурий, принимая письма. - Игра? Я не играю. Я бунтую, как и положено демону. А поскольку я старик, как не крути, бунт мой тоже не похож на ваш. Я не свергаю Мучителя даже после всего, что он сделал. Я не играю в вашу политику. Я просто учу, давая вам знания, и этот мой бунт направлен против ваших войн и против Него. А еще эта плата за покой, потому что лучше платить по частям.
- Кому платить? - пристально посмотрела на хозяина купален Саша. - Кто назначает цену и принимает оплату?
- Мир, - пожал плечами демон. - Мучитель. Мы сами. Все это вместе и никто из них. Я не знаю, и никто не знает. Но знаю, что меняя одну ноту, меняешь мелодию. Заплатить обманом можно, но обман и получишь. Я такое встречал не раз.
Он открыл письма и начал читать. Судя по тому, как через мгновение к ним зашла Анжелика, читали оба. И оба с интересом взглянули на Аза.
- Пророчество о нас, - мелодичный голос женщины был все же взволнован. - Но я видела итог не таким.
- Тебе предлагают больше, чем мы оба мечтали, - на лице грузина не дрогнул ни один мускул. - Не просто несокрушимый разум. Ненасытная... ты понимаешь, о чем речь, дочь?
На мгновение оба замолчали. Саша чувствовала, что менее чем за удар сердца между мыслями двоих проходит настоящий диалог, сокрытый от неё. И завершившийся легкой, но печальной улыбкой француженки.
- Если так, это красиво, - вздохнула Ле Тиаль, оборвав повисшую тишину. - Но я наделась, что все же смогу вспоминать вас с мамой. Обещай рассказать об этом историю.
- Она расскажет, - посмотрел на Аза Даурий, и у Праздник возникло чувство, будто он смотрит прямо сквозь Личину, на что не сподобился не один демон. - Да, это ценный подарок, ученица. Ты принесла нам благую весть, даже если приняла её за что-то страшное. Но память целиком тебе не взять. Ты не выдержишь сразу то, что Ликия собирала столько лет. Просто захлебнешься, утратив себя в фрагментах чужих жизней.
- Предсказание гласит...
- Предсказания недаром многозначны, - мягко перебила Анжелика. - Можно погрузить в тебя эту память так глубоко, чтобы она проявлялась по капле. Так ты исполнишь пророчество и не погубишь себя. Только зачем? К тому времени, как она вся откроется, ты и так научишься всему сама.
- Хочешь вместо того, чтобы страдать, отдавая любимую, выстрадать приступами чужих воспоминаний? - проницательно предположил Даурий. - Уверена, что желаешь прошагать в Ад именно в этих башмаках? Сменить их уже не выйдет, когда нас не станет. А нас не станет, да поможет тьма, уже скоро. Ты подсказала нам, как вернуть Киру.
-
- Терпеть не могу принимать решения, когда знаю недостаточно.
Саша улыбнулась, присаживаясь на кушетку. Несмотря на то, что она уже привыкла к Азу, возвращение к истинной форме всегда было приятно.
- Мне понятно не всё, что вы говорите и, если уж мы тут все друзья, пусть и пока вы не решите исчезнуть, то можете начать с пояснения. Почему для вас это лучше чем то. что вы думали? Каким образом я смогу рассказать вашей дочери о вас? Из ваших слов я могу заключить только то, что Анжелика станет чем-то вроде вечного ребёнка, который каждый новый день станет проживать, как будто заново, а я возьму над ней своеобразную опеку. Я ошибаюсь?
Демоница смотрела на отца и дочь и её печалило только то, что это не Даурий с Кирой сделали её такой.
- Возьму я эти воспоминания или нет, зависит от вас. Для меня не имеет смысла это делать, если с ними я обрету только то, что получила бы и так. Но если их не возьму я, то что с ними будет? Возможность же отплатить Аду по частям - вот это ценно. И, чтобы между нами не было недоговорок: я не боюсь страдать, отдавая любимую. Я просто отказываюсь это делать: Ад без неё не имеет особого смысла. Разве вы бы отдали Киру в обмен на достижение своей цели? Я так не думаю... С другой стороны, я пока не вижу альтернатив. Расскажете мне о них? Как в плане моего собственного развития, так и возможности достигнуть цели... Ну и, конечно, если я могу помочь вам в восстановлении Киры, то сделаю это с удовольствием. Не потому, что вы нуждаетесь, но потому, что мне интересно знать то, что она могла выяснить.
Для неё самой эти знания имели смысл только в плане воздействия на Бога - Машину. Интеграторы же относились к этому более эзотерически и, наверняка, любая крупица этих сведений будет для них ценной, даже если то будут личные переживания Зеленоглазки. так что свою пользу с этого она получить сможет.
-
- Мы думали, что закаливание чужой памятью сделает Ликию неуязвимой там, где Кира сломалась, - демоны сели рядом на ту же кушетку с двух сторон, и сейчас это не пугало. В иной другой ситуации она бы подумала, что попала в клетку, и голос и руки вдруг возьмутся за дело, но желай парочка захлопнуть ловушку, сделали бы давным давно. - Но, похоже, нам предлагают иное.
- Я стану человеком, - улыбнулась Анжелика с легкой грустинкой с искрящихся глазах. - Исчезну и рожусь заново. Буду проживать жизнь за жизнью по новому, без всяких сил и памяти... и жизнь эта будет как у всех людей, полна горя и радости. Но радости будет больше... и этот путь никто не прервет. До самого конца времен. Можно ли шагнуть в жизнь глубже, и добиться большего триумфа над Мучителем, чем показав, что из демонов может получиться человек свободный и по-человечески счастливый в этом ужасном мире?
- Что-то, думаю, останется, - тихо заметил Даурий, и хотя по лицу его ничего не читалось, Саша ощутила огромную печаль отца. - Не память, но мудрость, которой я тебя учил, в той или иной форме придет каждый раз. Думаю, во всех воплощениях у тебя будет красивый голос и ты научишься понимать людей лучше, чем они сами. Восемь нот будут всегда звучать для тебя, и ты найдешь им разные применения. Но помнить свои жизни никогда не сможешь. И нет, ученица, ты не расскажешь ей ничего. Ты с ней даже не встретишься, а если встретишься спустя годы, то не узнаешь в человеке. Но ты расскажешь другим. Как историю надежды.
- А вы с Кирой...
- Родители уходят, отпуская детей, - глядя в стену под вздох дочери, произнес демон. - Мы знали, что финалом станет расставание. Сто лет вместе - прекрасный итог, и мы были ближе, чем любые отец и дочь. Но вернув Киру, и выбрав оставаться втроем, мы просто отложим финал... и я не уверен, что тогда он будет так же счастлив для неё. Темные твари когда-то говорили об историях, которые не прозвучали в эту эпоху и еще долго не прозвучат... о матери и дочерях из рода ночных кошмаров, которые не расстанутся никогда. Но это не наша история. Мы - демоны, и думаю, что мы встретим дочь только в час последнего дня мира, когда пробудимся из своего покоя. Но нам хватит и того, что она счастлива и жива.
В купальнях были слышны голоса скучающих работниц - клиенты не пришли. Придут завтра, несмотря на восстание, Мучитель погонит, чтобы отбирать память, но сейчас тишина казалась символичной. И нарушать её не хотелось.
- Но это не сейчас, - словно вырываясь из мыслей, вернул твердость голоса Даурий. - Нам сначала надо привести в чувство Киру, еще больше заполнить Ликию, тебя хоть немного обучить и только потом попрощаться. Ты спросила про память... это кусочки чужих жизней, отвергнутые владельцами. Думаю, с их помощью можно будет укреплять свою волю, хотя за то время она и так окрепнет. Но да, первоочередная их выгода в плате малым страданием. Когда увидишь ипостась Ликии - поймешь, взглянув в её печальные глаза. Если они тебе не нужны, то пусть исчезнут в никуда.
- А альтернатива всегда есть, - добавила своим привычным напевным тоном Анжелика. - В Ад ведет любая дорога, на которой ты заплатишь за счастье заранее. Хочешь целиком, а хочешь по частям, но принцип как с дарами людям. Чтобы что-то дать, что-то должно равной мерой уйти. Только помни - дорога меняет идущего. И иногда, как мы, долго шагая по ней, уже не свернешь, не предав себя.
-
- Даже не знаю, что вам сказать...
Саша покачала головой.
- У нас с вами очень разные взгляды на то, что является Адом и как к нему можно прийти, но я благодарна вам за учёбу и распространю вашу весть. Пусть надуться те, кто отыщет в этом надежду и успокоение... Что касается вот этих воспоминаний, то я прошу вас не выливать пока что. Возможно, именно они станут моей платой Аду. Во всяком случае они больше походят на цену, что я готова заплатить чем то, что было мне предложено. Вам действительно не нужно помощь в спасении Киры? Тогда, быть может, вы согласитесь рассказать мне то, что ей стало известно? Я хочу надеяться на то, что в этом будет что-то, что сможет удерживать наивных глупцов от попыток соединения с Машиной...
-
Они беседовали, и Саша все больше ловила себя на мысли, что что-то тут не сходится. Вот, например, очевидно же, что все трое платят после обретения Ада, если взглянуть на то, что ждет этих двоих и ждало Зеленоглазку. Одной - забыть себя, утратив силы. Второму - покой с любимой, похожий на сон наяву. Ну а Кира уже явно выстрадала себе немало, и вряд ли вернется такой, какой уходила. А все остальное ну никак на равный обмен не тянет.
Да, Даурий судя по всему против учебы других ничего не имел - ему не нравилось учить вот так отстранено. Он бы с куда большим участием влез в дела учеников, оберегая их не ради власти, а ради поддержки, не допускал превращения в предателей и властолюбцев - достаточно посмотреть, как демон бережно ведет себя с девицами. Да и Доримаэль писал, что в Париже парочка помогала случайным сородичам. Но отречение эта - совсем малая цена. И чуждые воспоминания, что берет Ликия, тоже несерьезно - закаливание, как они сразу сказали, но плата? Так, выходит, любая монашка, бьющая поклоны целыми днями, больше Ад оплачивает, чем демон.
Иными словами, их самоограничения выглядели скорее разминкой перед преображением, чем полноценной жертвой. Более того... она не была уверена, что все демоны платят сначала, а потом получают Ад. Скорее уж чаще наоборот. Но и лжецами эти двое не казались, так почему...
Разговор зашел за Киру, и Саша поняла. Это было очевидно - они же просто перестраховывались! После того, что случилось с Зеленоглазкой, оба решили самоотрекаться хоть в чем-то загодя, в мелочах, и ей совершенно искренне советовали то же самое. Потому что были благодарны за пророчество и надеялись, что Саша тоже приучит себя выплачивать грядущий долг.
Это было забавно, и по своему мило. Ей еще не попадались Мятежники, которые бы вот так за неё переживали, словно родители, надеющиеся уберечь дитя от своих ошибок. Но это так же означало, что никто не помешает ей сначала построить Ад, а потом уже решить, что отдать, прежде чем судьба заберет что-то дорогое. Или, если уж и впрямь решит выплатить заранее постепенно, то чем то более весомым, что не потянет на просто испорченное настроение, а существенно увеличит счет в её пользу.
Разговор с Киры, которая так и не успела рассказать, что узнала в подземных Машинериях, перешел на уроки. Анжелика ушла, заявив, что кого-то все же Мучитель принес помыться даже в революционный день. Даурий тут же сменил тему на более привычную для него беседу.
- ...Инструменты могут подходить для разных нот в зависимости от интенсивности, - приятный для слуха голос заполнил комнатушку. - Например, щекотка вызывает легкое возбуждение, но она же может быть и легким раздражением, если проводится сильнее. А то и не легким, если беспощадно терзать ею чувствительные части тела. Теплая вода - прекрасное легко расслабление, но капли горячей, - это уже раздражение, а кипяток - боль. Но не калечьте, даже ран старайтесь не оставлять, это удел забывший древнюю мудрость палачей...
Беседуя, они спустились в общий зал, и Саша испытала легкое потрясение. Общаясь с Анжеликой, спиной к ним, стояли Анна Андреевна и Николай Сергеевич, уже замотанные в полотенца. Было сложно поверить, что эта пара рискнула так вырядиться даже в отсутствии других гостей - уж они-то, скорее всего, искренне верили, будто пришли в обычные купальни. Но еще удивительнее, что с супругами находилась невысокая девушка в таком же полотенце на голое тело, - скорее даже девочка-подросток лет шестнадцати, с восторгом рассматривающая Анжелику.
Хийси выбрала самое неудачное для себя время притащить дядю с теткой мыться.
-
По своему она очень сочувствовала этим двоим, ведь они мало подходили на роль Нескованных, вечных мятежников, ведущих непрестанную войну со своим творцом. Слишком уж чистыми они были, слишком искренними. А уж их готовность открыться даже среди людей, созданных гораздо правильнее в эмоциональном плане, встречалась редко. Пожалуй, к ним, одним из немногих демонов, она испытывала настоящие живые эмоции и уже одно это ставило их выше прочих...
...особенно, когда даже им могла грозить опасность. Возможно. что им - в большей степени, чем другим. Заметив неожиданных гостей, Саша вновь преобразилась в Аза, начав тихий разговор с Даурием.
- В теле девочки живёт зловредная тварь, которая совсем не против подчинить своей воле даже Нескованного... и способна на это. Любой, кто её коснётся или довериться ей окажется под властью чар. Будьте осторожны с ней. И не согласитесь ли вы помочь мне поиграть с ней? Взять личину одной из ваших девочек и опробовать на ней ту симфонию, что я узнал у вас?
-
- Такие чары нам не страшны, - с легкой улыбкой, словно двое мужчин, обсуждали что-то понятное лишь им, прошептал Даурий. - Знали бы вы, сколько на нас похожее испытывали все, начиная со слуг Мучителя. Это дух?
- Полудух, - стараясь скрыть, что внимательно рассматривает Полину, почти беззвучно ответил Даурий. Русалка уже обернулась, с интересом осмотрев с ног до головы двух одетых мужчин и, видимо, приняла их за персонал. - Подобная нам, в старину таких называли хийси.
- Потом расскажешь, она уже присматривается, - отводя Аза к камням с тлеющей травой и делая вид, что демонстрирует ему ароматную дымку, ответил демон. На "ты" он перешел легко, видимо, по-настоящему начав воспринимать ученицу своей. - Да, дочь сразу заметила, те двое немного не в себе, как и она...
Большинство людей. приходящих в "Ложе", как Саша убедилась за прошедшую неделю, понимали, куда идут. Для них идея что мужчины и женщины в полотенцах находятся в одном зале была ожидаемой и волнующей своей новизной. Ели с ними и были дамочки. то такие же, ищущие разврата, а не мытья. Те, кто действительно верил в купальни и наивно тащил жен или родню, заканчивали беседой с Анжеликой, развеивающей все их подозрения. А потом их уводили на чувственный, но в рамках приличия массаж.
Но этих супругов, видимо, даже убеждать не особо стоило - неудавшиеся литераторы-любители совершенно машинально поправляли полотенца, даже не понимая, во что одеты. Саша вспомнила слова Хирурга: серьезную иллюзию хийси не наведет, но текущие детали подправляет.
- Конечно, ученица, - заметив, как Полина заинтересованно рассматривает импозантного грузина, тот подвигнул девушке. Хийси заалела румянцем, расплываясь в ухмылке - контроль тела у неё не уступал демоническому. - Помни, следи за реакцией. Это то, что не учитывают люди - каждая нота должна звучать не больше и не меньше, чем ей отзывается твой партнер. Или ты хочешь, чтобы мы сделали это вместе?
-
- И в чём секрет твоей невосприимчивости к их силам?
Перейти на "ты" было достаточно легко и естественно, это устраняло ещё один барьер общения и на этот раз ей не приходилось никого подводить к этому. И это вызывало в Саше большую откровенность, чем обычно.
- Да, было бы неплохо сделать это вместе, у меня пока недостаточно опыта. А ещё лучше - если бы я смогла быть при этом в своём настоящем облике. Хочу подчинить эту хийси, забрать себе, стать её богиней...
Вопросительный взгляд Даурия она истолковала по своему.
- С человеком я бы так не поступила. Но она - не человек.
-
- В опыте, - ответил Даурий, хотя Саша уже навострилась на какую-то тайну. - Не бывает удара, от которого нет даже крохотного шанса уклониться, неотразимых слов или необратимых вещей. Мы с дочкой стары, и наши воля и самообладание так высоки, что превзойти их какому-то духу почти невозможно. Как и многим другим. Вдобавок, имея две ипостаси сознания, я позволяю перенести все проскальзывающие внушения на Даурию, а потом убираю её. Это тоже придет с годами...
Все равно словно смотреть на сверхчеловеческого силача, поняла Праздник. Когда что-то выходит за рамки доступного людям, это начинает казаться чудом, потому что разуму не с чем сравнивать. Все равно как движения его рук - понять, как они такие чувственные, что способы заменить собой любой инструмент, просто невозможно привычными мерками.
//Читай - когда у них большинство черт значительно выше 6, что им бояться не прокинуть сопротивление? А если даже не прокинут, у них хватает Уловок и Достоинств.//
- Дочь будет голосом и глазами, а ты - руками, - шепнул ей Даурий. - И не бойся её касаний. Если она и сумеет тебя зачаровать, мы легко снимем. Слабое расслабление и слабое возбуждение, сильное расслабление и сильное возбуждение, сильная боль изгоняют внушения.
Тем не менее это не означало, что можно зря подставляться - последний компонент как-то не радовал, чтобы испытывать на себе. Саша мысленно проверила свою мелодию: слабое расслабление и слабое раздражение, сильное расслабление и сильное раздражение, слабое возбуждение и сильное раздражение, слабое возбуждение и слабая боль, слабое возбуждение и сильная боль, сильное возбуждение и слабая боль. Электрическое полотенце в верхних комнатах, наверное, для этого подойдет проще всего, но там же Машинерия по выкачке смекали. И хийси, будучи полудемоном, должна ее видеть, а значит не рискнет лечь.
Выходит, предстоит занять одну из обычных комнат. Там из инструментов разве что полотенца, вода и еловые веники, хотя ей ли с Анжеликой рядом об этом волноваться? Та одним голосом чуть не уложила когда-то Дмитрия, а ведь тогда она даже не пыталась соблазнить "студента"...
Мужчины вышли из зала, и через миг в него вошла уже Александра, слушая голос Анжелики.
- Думаю, для вас отлично подойдет косметологический массаж, - говорила она Анне Александровне. - А вашему супругу лучше бы мышцы размять. К счастью, среди нашего персонала хватает знатоков всех видов массажных техник, в том числе неизвестных в России.
- Я слышала, что у вас есть травяные мази? - голос у Полины был юный, свежий и веселый, особенно для выгнанной гимназистки. Если Анжелика и удивилась, - афродизиаки здесь сжигали для аромата, а не намазывали, - то виду не подала, кивнув. - Я бы очень хотела их попробовать.
- Для такой юной барышни наш первый массаж должен быть запоминающимся, - теплые огоньки в глазах француженки и её намекающий тон уже отзывались румянцем на аллеющих и полуоткрытых в возбуждении девичьих губах. Полина вела себя донельзя неприлично, такого бы не потерпела ни одна семья, - да и семья просто не привела бы гимназистку туда, где та окажется в одном помещении с чужими мужчинами в полотенце. Но иллюзии туманили разум, а Анжелика подыгрывала, будто шестнадцатилетние девчушки каждый день выстраиваются в очередь для её массажа.- Я лично разомну вам спину и плечи, а потом нанесу мазь.
- Только без веников, - судя по тому, что дядя с тетей в беседе участия не принимали, они и слышали, видимо, избирательно. - У меня такая нежная кожа, не выношу ударов всякими... ветками.
Интересно выходит, про себя отметила Саша, беззвучно приближаясь. В описании старинных ритуалов речь шла о бичевании, и под этим по логике подразумевался кнут. Ну или плеть, на худой конец веревка или ремень - что там у води было в наличии. Но веник уж никак не тянет на бичевание, даже еловый. Это уж скорее ближе к розгам. С другой стороны, и травяные мази не сказать, что какого-то особого рецепта нужны, и ласки в старинных ритуалах проводились только между мужчиной и женщиной, а хийси от предложения Анжелики разве что не замурлыкала. Похоже, важно именно действие, духов породившее, а не инструмент или совершающий его. И хлестать веником для русалки - все равно, что кнутом бить.
Анжелика улыбалась так, будто сходу поняла, что речь о Запрете. Впрочем, почему будто - если они с отцом связаны ментально, то сообразить, что дух будет избегать определенных вещей в силу своей природы, совсем не сложно.
На её шаги наконец-то обернулись - и на лицах гостей "Вены" не сразу, но вспыхнуло узнавание. Полина Сашу не знала, так что посмотрела оценивающе, с почти детской непосредственностью, за которой скрывался чуждый и жестокий разум.
-
(в любой подходящий момент открываю Полине две двери и беру состояние Влюблённости)
- Доброго вам дня, Анна Андреевна, Николай Сергеевич. А ты, наверное, Полина...
Саша улыбнулась девочке, готовясь к представлению.
- Меня зовут Александра Николаевна и я рада с тобой познакомиться.
Внимание демоницы вновь обратилось на взрослых.
- Хорошо, что вы сюда зашли. Это чудесное место. и вы сможете великолепно здесь отдохнуть. Я чувствую себя так, словно бы сбросила десять лет... А местному массажу просто нет равных. Я и сама тут многому научилась.
Последняя фраза была обращена скорее к девочке. Им предстояло танго их душ и разумов, танец, во время которого к партнёру нужно было испытывать страсть и Саша почувствовала, как вовлекается в эту игру, как её начинает тянуть к опасной твари в молодом теле, как она позволяет себе расслабиться, оставаясь на чеку. Может быть хийси обладала силой, но демоница имела опыт, знания и союзников... Теперь нужно было только заполучить девочку в свои руки.
- Давайте приступим...
-
- Ох, Саша! - воскликнула женщина с заметной радостью. Её муж улыбнулся, но этой улыбке было далеко до очень милого выражения лица девочки, даже присевшей в символическом реверансе. - Как же я рада вас видеть! А мы тут...
- Виноваты, каемся, - перехватил заминку жены владелец стеклодувной мастерской. - Дел навалилось много, а тут еще все эти события. Все в "Вену" собираемся, да никак...
Глаза обеих в этот миг излучали какое-то отчаяние. Через что она их заставила пройти, подумала Саша, вслух уверяя, что понимает и пересказывая новости опустевшего ресторана. В каких оргиях оба участвовали, забыв об этом, но не до конца, и не доверяя свое памяти, поступкам, решениям? Изолированные жертвы, заперты в собственной неуверенности и обреченные в итоге сломаться, отдавшись на волю судьбы. Точнее на волю этой девчушки с вьющимися черными волосами и яркими глазенками цвета небесной голубизны.
- Я уговорила дядюшку с тетушкой сходить на целебные источники, - елейным тоном послушной племянницы сообщила Полина, поймав в ответ одобрительную улыбку Саши. Да ты же их дразнишь надеждой на спасение от собственного непонятного состояния, попутно ища себе источник подпитки, подумала демон. Интересно, откуда у русалок ум? Они же буквально новорожденные, а уже такие коварные. От отцов, похоже, то есть от двух крайне подлых Агентств... - Только здесь так пусто.
- Это сейчас, а я застала настоящее столпотворение неделю назад, - поделилась с девочкой Саша, делая вид, что ей очень интересна собеседница. Впрочем, по своему это было правдой. А потом чуть понизила голос, заговорщицки наклоняясь к уху хийси. - Я вижу, ты очень смелая девушка. Мало кто решился бы в твоем возрасте прийти сюда. Знаешь, в отличие от городских бань, где мужчины и женщины в разных помещениях, в этом зале все вместе ходят в подобном наряде. Никогда бы не подумала, что твои дядя и тетя на это осмелятся.
Румянец, от которого щеки Полины заполыхали, словно укрыл её ноябрьскими листьями. Полнейший самоконтроль тела, не иначе как у нас, отмечала Саша.
- Но ведь в деревнях всей семьей ходят в бани вместе, - начала оправдываться хийси, хотя это не было правдой. Да, Саша слышала, что некоторые и впрямь посещают по семейному парные, но все же подобное нынче становилось скорее исключением, чем правилом - даже крестьяне парились по очереди. - Я про этот зал даже не знала, и дядюшка с тетушкой думали, что тут все отдельно...
- Ты права, - с улыбкой ответила Саша. - Наверху комнаты для массажа, а внизу отдельные бассейны для мужчин и женщин. Вы еще не купались? Тогда давайте приступим.
Они спустились вниз, оставив Николая Сергеевича в его половине подвала и от души понежились в теплой воде. Судя по тому, как хийси кидала растерянные взгляды на мозаику живого пола, она прекрасно видела Машинерию. Саша же болтала, не забывая без стеснения демонстрировать красивое тело и рассматривать юную фигуру Полины.
- Сейчас мы разойдемся по разным комнатам, хотя, если хочешь, я пойду с тобой, - тихо предложила она хийси. - Все же для юной девушки это непривычно, а я здесь часто бываю.
- Вы любите купаться? - хийси выбралась из бассейна, и капли падали с её бледного незагорелого тела, словно алмазы.
- Я обожаю массаж, - выскользнула следом и Саша. - Здесь применяют техники, в других местах не встречающиеся. Я их изучаю, чтобы пробовать... на своих детишках.
- А у вас сыновья или дочери?
- Нет, это дети из приюта, - рассмеялась Саша. - Я меценат, и сейчас корпею над одной новой педагогической методикой. Например, что массаж с помощью успокаивающих травяных масел, проводимый ежедневно, способствует укреплению сна и послушанию.
Скрывать восторг русалка не стала - глаза её широко распахнулись.
- Это невероятно! - чуть не забыв про тетку, воскликнула она, и тут же спохватилась. - Ой, извините. Я никогда ничего подобного не слышала. Массаж целому приюту каждый вечер?
- Его совершают мои сотрудницы, но ведь мне нужно показать им, как правильно все делать, - Саша обернула спутницу полотенцем, чуть скользнув по худым плечам ладонью. - И это не единственное, чему я здесь научилась.
- А мне вы покажите? - восторжено-моляще взглянул на Праздник, попросила русалка. - Я тоже иногда плохо сплю.
- Обещаю, сегодня ты будешь спать, словно маленький ангел, - погладила по щеке девочку Саша. - Ну что, поручим Анну Александровну рукам здешних массажистов и займемся тобой?
- Займемся, - весело блестя глазами, на миг затумавнившимся мысленным контролем над спутниками, согласилась хийси. - Если захотите, я вам тоже массаж сделаю. Я, конечно, не умею, но буду стараться.
- Сегодня я забочусь о тебе, - обняв за плечи и ведя к лестнице хищника, еще не понявшего, что он стал добычей, пообещала Саша. - И если хочешь меня порадовать, просто будь послушной девочкой. Я люблю послушных, для них у меня всегда припасена особая награда.
Намек мог быть непонятен для настоящей гимназистки, но хийси на миг тесно прижалась к Саше, обжигая жаром тела сквозь полотенце. Она могла бы десяток раз наложить руки, но была заинтересована и пришла насыщаться, а не охотиться - и потому Праздник ощущала себя в безопасности. Немного успокаивало и то, что Анжелика с Даурией в случае чего вмешаются и приведут её в чувство - хотя если им придется для этого использовать боль, эта маленькая мерзавка очень пожалеет.
На втором этаже их ждала сама настоящая спальня. Девушки Ликии жили здесь,как жили ранее в борделе, и поддерживаемый Машинерией сухой теплый воздух не нес и следов влаги или жара. Саша быстро пробежала взглядом по содержимому помещения: кресло, мягкая кровать с решетчатыми спинками, тонкие полотенца, еловый веник в кадушке с водой. Удивительная смесь банной и спальни, а что у нас в шкафу кроме чужой одежды? Надо же, какие затейливые игрушки - какие-то заостренные палочки, шерстяные перчатки, мочалка с жесткой щетинкой, масла для массажа. Демоны блюли маску массажной, хотя бы самую малость - как теперь Саша знала, просто для того, чтобы приучить своих шлюх работать в необычных условиях и учиться новому. Хотя старое тоже затесалось - это ли не шелковые шарфы в самом углу шкафа. И ременная кожаная плеточка-многохвостка, и какой-то венчик, похожий на метелку для протирания пыли, только с более твердой щетинкой. У приходящих сюда клиентов разные вкусы...
- Что мне делать? - с видом пай девочки присела на край кровати хийси, положив руки на неприкрытые полотенцем колени. Дверь отворилась, и улыбающаяся Анжелика в своей тоге проскользнула неуловимым кошачьим движением в комнату.
- Твои дядя и тетя отданы рукам моих лучших работниц, - сообщила она Полине. - Ближайшие час они испытают просто неземное блаженство, и я очень хочу, чтобы ты его тоже испытала. Пожалуйста, сними полотенце и ложись на живот.
Хийси без колебаний отбросила ткань и растянулась на кровати.
- Вот так, руки вытяни сюда, - Ликия говорила вроде бы как обычно, но Саша едва не потеряла сознание. Это был не голос, а ураган эмоций и образов, неслышный уху, но вибрирующий по всему телу. Только сейчас она поняла, что такое полная сила древнего демона, как поняла, что "Дмитрий" тогда просто чудом избежал раскрытия. Если бы Анжелика в тот день хоть на миг усомнилась, если бы заговорила так... она сейчас, заслышав первое слово, едва не сорвала полотенце и не рухнула рядом с хийси. - Я привяжу тебя полотенцем к кровати, ты же не против?
- Привязать... зачем? - русалка вздрогнула, но руки Анжелики уже беззастенчиво опустились на её запястье. - Только не связывайте вместе... не надо...
- Не вместе? - улыбнулась демон. - То есть не так?
Она свела оба запястья, набросив на них полотенце, и девочка затряслась осиновым листом.
- Ну-ну, не буду, - добродушно согласилась Анжелика, заматывая каждое запястья полотенцем отдельно и привязывая к кровати. Потом то же самое произошло с ногами, и распластанная русалка замерла в постели. Выходит, связывание рук работает, только если обе руки связаны месте, а не просто привязаны по отдельности к чему-то, про себя отметила Саша, борясь с диким фоновым желанием, чтобы Анжелика связала и её. - Что же до твоего вопроса, то чувствуешь, как прижиматься ткань к твоим щиколоткам и запястьям? Когда твои мышцы будут напрягаться и расслабляться, эта легкая щекотка усилит ощущения. Ты совершила очень смелый поступок для своего возраста, придя к нам, и я хочу для тебя только самого лучшего.
Ладонь присевшей рядом Ликии медленным танцем полукольцами поглаживаний скользнула по спине. Хотя движение казалось обычным, Полина мгновенно обмякла, издав блаженный стон.
- А лучшее можно получить только на контрасте с неприятным, - пальцы массировали поясницу, скользнули ниже, задержавшись на попе. А потом ладонь чуть взмыла и опустилась шлепком, вроде бы легким, но заставившись русалку вздрогнуть всем телом. Саша на миг прикрыла глаза, не справляясь с возбуждением - а ведь руки прерогатива Даурия. Если такова дочь, то какой же тогда отец? Нет, лучше не знать, ей и так трудно дышать даже в полотенце от одной только мысли, что можно привести в такую комнату Аню и попросить владельцев... - Иногда во время массажа тебе будет больно...
Еще один шлепок, и слабый стон, словно удар, не оставляющий следа, прожигает насквозь. Это запрет? Нет, потому что не используется ни одно орудие для порки. Как и с просто привязанными руками, это игра по грани запрета, дающее хийси легкое раздражение.
-... но сторицей за каждое неудобство тебя ждет небывалое наслаждение, - массирую ягодицы снова расслабившейся девочки,
пообещала Анжелика. - Сейчас тобой займется Саша, а я буду следить,чтобы вы обе получили то, о чем так желаете...
-
Женщина вела молодую русалку наверх и сама почти что таяла от предвкушения. То, с какой готовностью эта хийси была готова отдать себя в её руки возбуждало её ничуть не меньше, чем молодое тело без капли загара, и не меньше, чем опасность, которой она подвергалась всё это время. Лёгкие прикосновения, многозначительные взгляды, жар разгорячённого тела рядом... Когда они вошли в комнату она готова была приступить...
Всё таки Саша совершенно не понимала Ликию. Она обладала лучшей силой из всех возможных: властью над эмоциями и желаниями, притом совершенно естественную, без трюков и обмана, так свойственных Нескованным. Нет нужды в трате эфира, чтобы голос демона становился неотразимым, нет нужды в автоматах Гамулецкого и даже личинах, чтобы наполнять голову своей цели прекрасными видениями. Они сами захотят упасть на колени и поклониться ей, даже если она станет выглядеть как то чудовище, каким она являлась без этой человеческой кожи... Объединить всё это с полным контролем собственных реакций и это сочетание... Если это и не был чувственный идеал, к которому она сама стремилась, то нечто крайне близкое. И отбросить всё вот это, и наслаждение, и могущество, и желанность - ради чего? Возможности жить совершенно обычной жизнью человека, отдавая себя во власть Мучителю снова и снова? О, если бы сама Александра была Творцом Стали то лучшей обманки не могла бы и придумать. С каким удовольствием она смотрела бы на того, кто восстал, бросил тебе вызов, ушёл от всех твоих карающих ангелов и... только для того, чтобы фактически стать твоим инструментом вновь. О, ведь она практически приглашает использовать себя, как Зеленоглазку...
Именно сосредоточенность на этой мысли помогала ей сохранять самоконтроль. Это она должна была использовать, а не её, она была хищником, а не жертвой. И она смотрела и училась, вкладывая в это все душевные силы, какие только могла собрать.
Её пальцы наконец коснулись распростёртого тела девочки. Саша улыбнулась, ей хотелось петь...
Она начала со слабого расслабления и такого же раздражения, проходясь пальцами по коже девочки, легонько разминая мышцы её рук и ног, заставляя полотенца с другой стороны напрягаться, сковывая девушку чуть сильнее... Затем руки демоницы опустились на плечи и спину девочки. Это всё ещё был только массаж, твёрдые, уверенные движения, которые знали, на какие точки нужно было надавить, чтобы заставить кровь бежать по мускулатуре, заставляя отпустить напряжение. В тоже самое время другой рукой она использовала жёсткую щетину, чтобы пускать разряды того самого напряжения от ног хийси и выше... Подготовительная часть была закончена, мускулатура девочки расслабилась, погружая её в мечтательное, полусонное состояние. Саша взяла массажное масло и одна из её рук стала легонько касаться спины девочки. На этот раз движения были мягче, чувственнее, то и дело легонько спускаясь с боков, поглаживая её грудь и тут же исчезая, а за ней шёл венчик, оттеняя каждое прикосновение. Теперь и только теперь пришло время дать хийси немного того, к чему она планировала её приучить. Прикосновения перестали просто бродить по коже, начав целенаправленно ласкать девочку у грудей, у попы, проходя по её шее, бёдрам, ногам, но не переходя границы, словно бы удерживая слабое возбуждение на одном уровне. Другая рука подняла прутик из веника и хлестнула девочку по пяткам, чуть выше, до колен и снова ниже, заставляя её всем телом содрогаться.
- Тише, не волнуйся. Скоро твоё удовольствие станет сильнее. Потерпи, милая. Вот так...
Ладони и пятки, руки и ноги... Какое-то время ритм просто приучал хийси к боли, затем в руках Саши появилась плётка, чтобы, наконец, опуститься на открытую спину. Саша слегка прикусила губу, сосредоточившись на эмоциях девушки и своих собственных, двигаясь, подчиняясь придуманному ей ранее ритму и заставляя злого духа реагировать так и тогда, когда этого требовала сама мелодия, которую они творили вместе. Хозяйка "Вены" вела девочку и вела, заставляя дрожать, дёргаться и вскрикивать, но тут же утихать, чтобы получить очередную порцию ласки... Только когда силы хийси кончились и она полностью отдалась ритму боли и наслаждения, Саша отбросила плеть. Больше та была не нужна. Её рука уже не таясь легла между ног девушки, откровенно лаская её, стараясь реализовать тот потенциал, который они накопили за это время, язык Саши прошёлся по шее Полины, вновь заставляя её вздрогнуть, но только от удовольствия, вторая рука легонько тянула за волосы, сочетая удовольствие с ощущением беспомощности и так до самого конца, пока, наконец, накопленное возбуждение не найдёт своего выхода...
-
Анжелика почти не вмешивалась. Только иногда, на самом краю слуха Саши звучал её почти уходящий в доступное лишь животным вроде собак шепоток "продолжай" или "хватит". Ле Тиаль контролировала процесс смены нот, особенно когда дело дошло до прутика и плети. Это была порка, это был Запрет, и хийси тряслась в путах - и одновременно отдавалась насыщению. Её переполняла прибывающая Эссенция, и её толкало избавиться от этого - два противоположных начала как две лошади разрывали волю на части. Человек бы просто отдался смешению ощущений, но хийси впала в ступор. Завершенная мелодия погрузила её в экстаз, сменившийся бессильным обмякшим стройным телом.
- Хорошая девочка, - Анжелика присела рядом, проводя пальчиком по оставленным на бледном коже розовым полоскам. Саша била не сильно, но они неизбежно проступали на теле, не знавшей доселе никаких наказаний. - Через час исчезнет, но мы не будем ждать так долго. Ты была послушной и заслужила награду.
Она окунула руку в бадью с веником и аккуратно погладила мокрыми подушечкам каждый след. Под бережной лаской те таяли буквально на глазах, и вздохи Полины были полны благодарности.
- Мы видели, как ты боялась этих ударов, - тихо прошептала Анжелика, и слова плыли облаком морока, будто туман над осенней Невой. - И как принимала их. Удовольствие и боль, две половинки жизни, без которых она не бывает полна.
- Да, - глухо пробормотала уткнувшаяся лицо в подушку девочка. Руки ей никто и не думал развязывать, да она и не просила. - Древний закон, всеми забытый. Но не вами... вас наградят...
- Мы это делаем не ради награды, - улыбнулась Анжелика и погладила покрытый потом затылок и плечи. - Ты доверилась нам, желая удовольствия, и увидеть тебя счастливой - уже награда.
- Я... - она вздохнула прерываясь и так и не повернув к ним лица. - Вы не понимаете. Это место будет одним из храмов-лун. Вы - его жрицами. Мы умеем благодарить.
- Милая, поясни, пожалуйста, - заговорщицки подмигнув Саше и позволяя пальцам гулять вдоль позвоночника до самого копчика, Анжелика изобразила легкое замешательство в голосе. - О чем ты, девочка?
Секунды бежали одна за другой. Хийси молчала, отдаваясь рука. Ладонь Саши легла на ягодицы, чуть сжав и тут же погладив.
Потом опустилась по ногам.
- К зиме все изменится, - послушался тихий шепот. - Когда-то эта земля... эти люди задолжали. Их бы всех ждала смерть, чтобы выплатить долги. Но... придет новый хозяин. Он будет справедлив. Он возьмет плату так, чтобы все жили. Уйдут раздоры, не будет войны, и кровь не обратит снега в талую воду. Он как отец, и отец его не любит бессмысленных смертей. И такие люди как вы... вы будете править. Мы научим вас, мы наградим вас за заботу.
- Милая, ты сказала и очень много, и очень мало, - продолжала ворковать Ле Тиаль. - Поясни...
- Я не могу показать вам сейчас, после даже легкой порки, - прошептала русалка. - Нет сил... Но... на днях мы придем. И тогда покажем. Новый мир, что будет. Ваше место в нем. Мы покажем, и мы вознаградим вас. Тогда вы поверите, а пока... пока можете считать, что я все это выдумала.
//Открыты 3 Двери из 5, Саша получает +1 на все соцброски к этой хийси.//
-
- Отдыхай, Полина.
Саша ещё раз нежно погладила девочку по спине, наполовину желая остаться здесь и продолжать работать с ней, но затем она вздохнула и вместе с Анжеликой они вышли, позволяя хийси восстановить силы. Только здесь она позволила себе торжествующе улыбнуться.
- Это было потрясающе, Анжелика. Такая сила, такое желание, такой взрыв... Всё-таки я не вполне понимаю, как и почему вы хотите отдать всё это за покой. Но ваш выбор не стану оспаривать. И я благодарю вас за эту помощь. Теперь этот дух будет более склонен к тому, чтобы открыться мне, чтобы позволить мне вести её... И как же это сладко.
Глаза женщины сияли.
- Я надеюсь, что она будет приходить сюда ещё и с каждым разом будет всё больше мне отдаваться... Но меня беспокоит то, что она сказала. И в том, к чему они планируют привести этот город, и в том, как скоро это произойдёт. Я не могу не спросить, Анжелика, не знаете ли вы что-то полезное об этом и... Вы ведь планируете исчезнуть отсюда, так?
Лукавый взгляд Саши устремился к собственным глазам Ле Тиаль.
- Когда? И не можете ли вы сделать так, чтобы, когда это случилось, всё это место, этот храм, эти Машинерии... достались мне?
-
- Наверное, понять это так же сложно, как мне понять, почему ты так держишься за эту власть, - улыбнулась в ответ Анжелика. - Мы пали по разным причинам, думаю это все и определило. Ты считаешь, что оставаться собой можно лишь на вершине власти, а я буду частью жизни большей, чем любой человек.
- Но и рабом Мучителя, - она была честна и потому заслуживала хотя бы толики честности. - Люди - лишь игрушки в его руках.
- Но я ведь выкупаю жизнь, в которой счастья будет больше, чем горя, так что не скажу, что это плохое рабство, - в улыбке появилось что-то сочувственное, будто разделяющий их возраст на миг проступил в завораживающих глазах француженки. - И мы не цари древности, чтобы забирать что-то с собой. Поэтому все, что останется - любого, кто возьмет. Отец думает так же.
- Любого, то есть...
- Хочешь, чтобы я составила завещание? - рассмеялась Ле Тиаль. - Когда нас не станет, я ничем не смогу помочь тебе удержать это. Если хочешь - бери себе все. И... если и вправду хочешь понять меня чуточку лучше, останься с нами до утра, когда эти гости уйдут.
- Зачем? - она не думала, что от этого будет хоть какой-то вред, но никогда не плыла по течению. И потому вопрос был лишь вопросом, не подозрением.
- Мы с отцом проведем тебя через чувство полной самоотдачи, - предложила Анжелика так банально, словно речь шла о предстоящей погоде. - Будут звучать мелодии за мелодией, почти до самой зари. То, что ты сделала с девочкой покажется лишь легким бризом по сравнению со шквалом, который мы поднимем. Твоя память, твои мысли, твои чувства - откроется все. Мы заглянем в тебя, мы заставим каждую клеточку и частицу всех твоих тел и души кричать от восторга. И может быть, ты что-то поймешь. А может и нет, но хотя бы насладишься.
- Вы... - в горле не просто пересохло, там почти не осталось свободного пространства для воздуха. - Вы это со всеми учениками делайте?
- Почти никто не просил, - повела обнаженным плечом Анжелика. - Всем нужны уроки, сила и власти, музыка. Мало кто задает вопрос, почему мой Ад такой, и почему отец ищет просто вернувшейся любви среди звезд и шелеста трав. Если бы они спрашивали, мы бы показали. Но все они хотели знать только как выстроить мир, который ты перед собой видишь.
- Если... если я соглашусь, - дышать по прежнему было трудно. - Что со мной станет? Я покорюсь как Полина?
- На эту ночь ты покоришься так, как не была покорной даже в миг своего бытия слугой Мучителя, - тихо пообещала древняя. - Ты будешь умолять нас выслушать любой свой секрет, будешь желать оставаться с нами всегда. А потом все уйдет, потому что мы все же прекрасные музыканты. Это может стать отличным уроком, если он тебе нужен.
Где-то далеко жил своей ночной жизнью бунтующий город. В тишине пустого коридора песня о миге покорности зазвучала его шумные голоса.
- Эту мелодию не сыграть тебе, как не сыграть никому другому моложе нас. Не хватит умения, мастерства работать вместе, пройденного уникального пути, что мы прошагали с отцом. Я могла бы сказать, что не выдам ничего, что узнаю и не воспользуюсь этим против тебя, но зачем? В конце концов, это полное доверие. Оно похоже на шаг с обрыва в пенящиеся волны залива. И ты либо шагаешь, веря в воду и воздух ради ослепительно мига свободного падения, мягкого удара и погружения, чтобы вынырнуть обновленной - либо нет.
-
- Для того, чтобы оставаться собой, власть мне не нужна.
Саша улыбнулась.
- Нужна свобода. А власть позволяет мне её обеспечивать. От Машины, от других Нескованных. Для меня и тех, кого я люблю. И если я найду другой способ...
Медленно, она сделала шаг к древней.
- Я вам доверяю. А то, что вы можете показать, считаю ценнее любой услуги. Эту ночь я готова провести с вами.
Она запомнит всё, через что пройдёт сегодня. И неважно, сможет ли повторить в точности или нет, ибо те основы, которые она всё же сможет постигнуть, и сами откроют ей те дороги, до которых не были способны дойти другие.
-
Ответом была улыбка. Просто теплая улыбка, какая-то немного... осенняя, словно предстоящий, хотя и еще далекий уход озарил Анжелику своим светом.
Они спустились в общий зал, куда уже привели супругов - и Саша заметила, что те выглядят донельзя довольными, но при этом смущенными и будто пришедшими в себя. Более того, только теперь осознающими, что стоят практически голые. Полина словно выпустила вожжи иллюзий... или просто не могла их удержать. Не могу показать вам сейчас, сказала хийси... похоже, её власть на какое-то время была полностью разрушена.
Даурий и Анжилка тут же успокоили гостей - ничего неприличного, это же просто массаж, и вам невероятно понравилось, а древние римляне и греки и того меньше носили, а разве кто-то из них стыдился? Демоны забалтывали успокоившихся людей, пока вниз не спустилась Полина, поминутно поправляющая полотенце. Саша не сомневалась -переодеваться она будет так, чтобы тетя не заметила даже малейшую красноту от плети на спине.
- Через три дня, - шепнула ей хийси, - глядя с кажущейся очень искренней благодарностью. -Я их уговорю, и снова здесь встретимся. Обязательно будьте обе...
Похоже, сюда заявится целая делегация хийси, поняла это предложение Праздник. Но об этом стоило думать через три дня, а сейчас у неё была наступающая ночь, в которой император отрекался от власти над восставшей страной. И в которой ближе к власти шагнула она.
...Спальня, куда Сашу привели, была той же самой, где Полина познала первые мгновения своего предстоящего рабства. Полотенца и все остальное Даурий убрал Он же попросил одну из девушек проследить за порядком и их не беспокоить. Видимо, ту, чью спальню и занял.
- Мы могли бы просто сказать тебе, но на словах это может показаться не очень убедительно, - пояснил мужчина, садясь на край кровати. – Вдобавок, ты заслуживаешь немного расслабиться. Сейчас мы словно войдем в один ритм, и в нем ты поймешь то, как мыслим мы – и что важнее, как мы чувствуем.
- Полотенце, пожалуйста, сними, - полуобнявшая её за плечи Анжелика одним движением размотала белую ткань, оставив Сашу совершенно обнаженной. - Ложись на живот поудобнее, руки – куда пожелаешь. Мы тебя не привязывать, ни пороть не собираемся.
- Разве что иногда шлепнем, - улыбнулся Даурий. – В этой мелодии почти целиком сильное расслабление и сильное удовольствие. Остальное лишь изредка будет его оттенять.
Саша растянулась на кровати, опустив голову на заботливо подложенную подушку. Ле Тиаль уже села с противоположного края. Отец и дочь подвинулись к ней, развернувшись - первыми на спину опустились руки Даурий. Теплые, словно летнее солнце, отдающие прочностью омытых веками камней и нежностью прибрежной волны. Демон начал поглаживать спину, опускаясь все ниже по ногам, и первую минут это было настолько банально, но Саша ничего не поняла. Начало предваряющего массажа?
Потом она осознала, что руки мужчины вибрируют. Будто их охватила дрожь, и дрожь эта растекается по всему её телу. Анжелика запела что-то без слов - колыбельную, тихий мотив, убаюкивающий словно шелест ветра в кронах летом за окном.
Дрожь нарастала, накрыв тело от шеи до пят. Одно касание вызывало сильнейшее желание, следующее тут же убирало его, будто окутав Сашу нежной ватой и теплом мягкого одеяла. Но при этом оба чувства не подавляли друг друга, они чередовались в удивительном равновесии. Удовольствие не вытеснялось покоем, оно словно вытекало из неё маленькими, крохотными, микроскопическими порциями экстаза, и сравнить его с чем-либо Саша не могла. Она знала, что такое пик страсти, но этот пик будто размазали на миниатюрные фрагменты, сделав бесконечным.
Это было невероятно приятно. А потом пальцы Даурия побежали под мышками, вдоль ребер и талии к бедрам бешеной щекоткой, и она вскрикнула от неожиданности. Анжелика сжала её руки, продолжая петь и бережно поглаживая каждый пальчик. Массаж вернулся, и он будто вознесся на новый уровень, став еще чувственнее, но одновременно даря еще больший покой.
Шлепок Даурия она тоже встретила вскриком – легкий по весу, он пронзил болью бедра насквозь до самого лона. Массаж стал еще острее, выходя за рамки привычного, и по-прежнему он не терял своего равновесия. Просто удовольствие все больше изливалось маленькими дозами, приближая к состоянию, когда не останется ничего, кроме сплошного экстаза пополам с чувством безграничного покоя….
…. Саша не помнила, в какой момент поняла, что слышит их. Точно знала, что немало щекоток и шлепков спустя, хотя их количество по сравнению с минутами ласки и тихой песни были и впрямь ничтожными. К этому времени она уже не могла пошевелиться, не могла делать что-то, кроме как отдаться стихии удовольствия, давно превысившего все возможные границы. Она словно каждую секунду переполнялась и освобождалась от наслаждения столь острого, что его не с чем было сравнить, и при этом не была истощена. Напротив, чувствовала в себе силу эйфории полностью подконтрольного им тела.
Не прозвучало слов, хотя оба говорили. Просто явилось понимание – вот это вот и есть жизнь. Просто спрессованная до одной ночи из всех крохотных радостей. Когда Кира пропала, они пожелали сделать Ликию не способной сломаться, пробивающейся через любые внушения, как росток на скалистом склоне. Но то, что ей предлагалось сейчас было больше – возможность жить бесконечными жизнями. В каждой из которых радости будут больше, чем горя.
Такую жизнь мог дать лишь Мучитель. Цена того, что трое отказались от власти и влияния в том, что одна будет жить под его заботой. В хаотичном мире этот машинный разум будет обречён раз за разом следить, чтобы Ликия оставалась в своей сути собой и жизнь её сложилась по-человечески хорошо. И она, как и обретшие покой родители будут всегда подспудно это осознавать.
Они заставили Мучителя работать на них вечно. Обратили в раба человека, причем так аргументировано логично, что он не мог бы вырваться, не предав при этом свои же правила. На что даже Бог не вправе пойти, если желает оставаться Богом. Это была сделка, которую он не подписывал, но не мог не принять, ведь убрать троих опасных противников такой ценой было бы наиболее логично.
И это принесет ей счастье. Подспудное, но наполняющее жизнь без прежней памяти такой полнотой, которую и впрямь можно было лишь передать вот так. Это была жизнь победителя, совершенно вышедшего за привычные критерии победы. И в своем покое, и в своем новом бытии они где-то в душе будут оставаться собой – и станут знать, что стали частицей, определившей поступки Мучителя на веки-вечные.
И на что им тогда все, что остальные называют властью?
…Ей перевернули на спину. Щекотка осталась, а шлепки сменили чуть сжимающие грудь болезненно-острые пальцы. Так же редко, но так же уводя с каждым разом все выше и выше по дороге удовольствия, и Саша вдруг поняла, что её привычная, во многом однообразная суть словно размякает. И за ней виднеется четвёртый Шифр, потому что последнюю из подсказок можно обрести, только выйдя за пределы самой себя.
И она вышла, никогда прежде не будучи такой слабой. Никогда прежде не умоляя, она просила их продолжать – без слов, так же мысленно, источая сквозь стоны и дрожь образы. Она клялась слушаться во всем, уговаривала править ей и городом, любить её и Аню. Чужие, совершенно нехарактерные желания смыли Сашу целиком, и одновременно эти двое не давали ей в них утонуть. Они вытирали её слезы наслаждения и благодарности, они целовали её в ответ на мольбу о заботе и любви. Она рассказывала тайну за тайной, просила прощения за то, что говорила против Анжелики и что хотела сделать с бомбой. Просила о наказании, а они сочувственным взглядом отвечали, что совершенно не злятся – она же пришла к ним, переосмыслила, доверилась и больше так не будет. Рассказывала о Ане и всем сокровенном, обо всех своих целях и тайнах, желая, чтобы они руководили в каждой ситуации, но Даурий только продолжал ласку, а Ликия касалась её щеки или брала ладони в руки, и с пониманием улыбалась.
И только потом четвёртый Шифр открылся, оказавшись умением делать других счастливыми, ей позволили выплеснуть все не по каплям, а одним долгим криком, угасшим в поцелуе Даурия. А потом покоем, когда колыбельная стала действительно колыбельной…
… Саша пришла в себя на заре, уложенная в постель и укутанная. Им, похоже, сон был вовсе не нужен – потому что оба сидели рядом и ожидали её пробуждения. Самое невероятное, что её сохранили не только физически, превратив не в истощенную, а в отдохнувшую, но и морально. Осознавая, что такая ночь – это пик любого мыслимого удовольствия, Саша не ощущала себя зависимой от неё. Она бы с радостью приняла подобное вновь, но внутри не поселилось желание стремиться к этому. Двое сдержали свое слово и до, и даже больше – они открыли ей всю дорогу к обретению Ада.
- Учись так же заботиться об Ане, - посоветовал Даурий, словно они только что прервали беседу. - Покорить кого-то легко, но если желаешь сделать её ровней, надо уметь освобождать. В том числе и от своего влияния. И что за глупости она выдумала – умирать? Смерть в её пророчестве можно трактовать по-разному, как преображение, обновление, конец старого. Ох уж эти драматичные барышни…
- А мы-то были убеждены, что ангел «Ложа» восстал, а это оказывается твой дружок нам все поломал, - покачала головой Анжелика, хотя обиженной не выглядела. – Неужели я такой злодейкой тебе показалось?
-
С началом ночи подошёл конец её старой жизни. Образ контроля и независимости, который она берегла так долго, рассыпался, будто его и не было. Она потеряла контроль даже над собой, отказалось от попыток направить поток так, как ей бы хотелось, и просто принимала эти волны, проходившие в ней и дарившие откровение за откровением. Это было общением выше звука и даже мысли, это было единение чувств, когда концепции и мотивация передавались просто, не нуждаясь в какой-либо форме. Они могли бы вылепить из неё всё, что только хотели. Покорную куклу, зависимую наркоманку, одержимую любовницу. Могли даже превратить её в одного из Интеграторов... Но Даурий и Анжелика просто позволили ей быть, принять эту мудрость внутри себя, усвоить и преобразиться так, как она не смогла бы сделать сама... Они научили её быть свободной. Даже её демоническая форма преобразилась и сейчас она чувствовала её так, как никогда раньше.
Кое-что. конечно, оставалось неизменным. То, что они задумали и воплотили с Мучителем было прекрасно, манипуляция высшего уровня, но то была манипуляция тех, кому было плевать на мир и на то, что с ним сможет сделать сам Хозяин Маналы. Тех кто устал и хотел уйти. Саша понимала этих двоих лучше, чем кого-либо другого, они были ей ближе, чем могла бы быть семья, если бы она была человеком, они обрели некое единение... Но она слишком любила жизнь во всех её проявлениях, любила охоту, игру словами, интриги пусть даже совершаемые искусства ради, что никогда не смогла бы разделить с ними их мечту. Тем не менее, часть их ценностей она всё же усвоила и надеялась суметь передать это тому, кто имел для неё значение - Ане. Ей действительно придётся измениться, как изменилась сама Саша, оставив прошлое позади, пройти через смерть и вернуться уже другой... Но той, как она надеялась, кто смог бы разделить с ней вечность.
- Конечно. Вам стоит просто подумать о том, в каком обществе мы обитаем... Интриги, борьба, любой может оказаться предателем.
Саша навалилась на стену, позволяя одеялам сползти с неё без малейшего стеснения или стыда.
- А вы появляетесь в городе, никому не известные и обладающие силой превыше той, что доступна многим из наших собратьев. Любой разумный демон воспринял бы вас как угрозу. Вас нужно знать, и быть способным открыться самому, чтобы поверить. Первое доступно многим, но вторым, скорее всего, не обладали и те, кто решался учиться у вас. .. Стоит ли удивляться подобной реакции?
Сейчас к ней постепенно возвращалось осознание того, чем она планировала заниматься до этой ночи. Многое всё ещё требовало завершения, хотя месть Властелинам её теперь не волновала. Ей придётся повергнуть их, скорее всего, но больше для того, чтобы не мешали очистить город от того, что приносило бы страдания людям или демонам.
- Мне вскоре придётся уйти, и всё же я хотела бы напомнить вам, что во мне вы обрели друга. А также неиссякаемый источник любопытства, которые не устанет забрасывать вас вопросами.
Женщина принялась одеваться.
-
- Мы всегда готовы на них отвечать, - улыбнулся Даурий, и его дочь охотно кивнула. - Знаешь, мы искренне любили каждого из учеников, даже понимая, что потом их надо отпустить и оставить в прошлом. Позволить им совершить ошибки, позволить даже погибнуть, если они не успеют прибежать к нам, прося о помощи. Но тебя любим чуточку больше.
- Ты принесла нам благую весть, Саша, - поддержала его Анжелика. - И пускай наш путь не станет твоим, а твой нашим, и мы скоро навсегда расстанемся, это не мешает нам радоваться тому, что есть сейчас. Приходи к нам в поисках всего, от знаний до тепла и удовольствия, и мы тебе его дадим.
- Кстати, что с вашими новыми подружками будете делать? - хмыкнул хозяин купальни. - Они придут через три дня, и явно не для того, чтобы выстроиться в очередь на массаж. Скорее всего попытаются нам всех завербовать.
- Наверняка полудух поняла, что место не простое, - сказала Ле Тиаль и Праздник кивнула. - Если хочешь покорить эту хийси, то лучше рассказать все прямо. Пусть знает, что мы демоны, и считает нас двоих готовыми к услужению её хозяину. Так нам не придется тратить время на объяснения, откуда нам многое известно. И на всякие вещи вроде попыток нас покорить, которые они наверняка предпримут. Я сумею уговорить их, в крайнем случае пусть меня допросят - они услышат лишь то, что желают услышать. И пока мы их будем развлекать, Сашенька снова займется Полиной.
- Разумно, - согласился Даурий. - Саша, твое мнение?
-
- Я не хочу им врать.
Саша улыбалась. Ситуация очень нравилась ей, давая огромные возможности и, в тоже время, не представляя опасности... По крайней мере до тех пор, пока Анжелика и Даурий будут находиться рядом.
- Во лжи легко запутаться, ложь нужно поддерживать, со временем это может начать поглощать много сил... К тому же, разве привкус опасности не делает жизнь только лучше?
А если хийси в Полине будет знать, кто такая Саша и всё равно станет приходить к ней, покоряться всё больше и больше... Ммм.
- Пусть попробуют нас завербовать. Мы можем даже сделать вид, что согласны. А потом, зная то, чего они ждут и как будет проходить весь процесс, можно будет остановить их с минимальными потерями.
-
Домой она возвращалась в настроении, равное которому еще никогда не испытывала. И бунтующий город, празднующий отречение Николая, словно перекликался с тем, что было нынче пережито. Только вряд ли даже сложивший регалии император мог по значимости сравниться с переменами, через которые Праздник прошла.
Аня, разумеется, её ждала, не находя себе места. После того, как двойник провел с ней ночь и растаял на рассвете, волнений было немеряно - и на вернувшуюся Сашу налетел просто сгусток эмоций и объятий. А уж когда Праздник начала рассказывать, секретарь едва рот от изумления не открыла, слушая рассказ об удивительной пережитой ситуации. Было трудно подобрать слова, чтобы передать то, что с ней сделали - слишком яркие образы стерлись, за них не могла зацепиться даже воспоминания.
- Опять я все неправильно разгадала, - понурилась девушка, дослушав историю. - Выходит, они всегда были тебе друзьями.
- Если уж собираешься кого-то упрекать, то начни с меня, - прекрасно зная, что делать так Аня не будет, ответила Александра. - Я к ней ходила и тоже увидела врага. Просто для нашего общества они... слишком чистые. Правильно Доримаэль писал, в Париже их принимали то за предателей, то за святых демонов.
- А мне можно будет с тобой сходить? - похоже, рассказ все же произвел должное впечатление.
- Если захочешь, - она не сомневалась, что о человеке отец и дочь будут заботиться еще бережнее, чем обходились с ней. - Но я надеюсь, что скоро смогу сама подарить тебе все, чему научусь...
...К сожалению, революционная жизнь вовсе не замирала. Третьего марта, когда ожидали объявления о скорейшем помазании Михаила Александровича, великого князя застрелили у ворот его резиденции. Стрелок, по словам очевидцев, "как в воздухе растворился".
Столица содрогнулась. Похоже, даже Властелины, делающие ставку на нового царя, прозевали удар. Петроград замер в растерянности, хотя всем было понятно, что продлится это состояние считанные часы.
- Нужно превращать Временный комитет в Правительство, - взволнованно ходил по комнате примчавшийся Эзоф. - Это же нас шанс! Николай отрекся, и я был бы рад видеть Михаила Александровича на троне, даже зная, что он с этими Властелинами заодно. Все же князь достойный, может быть сумел бы понять, с кем дружбу водить...
Под насмешливо приподнятой бровью Саши он запнулся и сник. Похоже, степень влияния Властелинов даже после десятого департамента Эзоф не понимал - да и откуда ему?
- Но если уж так, самое время усиливать парламент, - вернулся он к своей мысли. - Надо передать ему всю полноту власти. Это затруднит их управления, ведь, как я понимаю, Властелины хотят конституционную монархию с широкими правами органов власти. А мы можем сделать парламентское государство, если как-то убедим все партии, что им сейчас вообще не нужен царь. Это больше, чем мечтают мои соратники и чем мечтал я сам. Мы все же стремились к идее ограничений царской власти, а не полного отказа от неё. Но это наш шанс... только как всех убедить идти за этой идеей? Жаль, верхушка большевиков разбита, нам бы сейчас поддержка рабочих и крестьян была бы очень нужна...
-
- Я с удовольствием отведу тебя, Аня...
Саша могла бы сделать всё и сама, но больше не видела в этом смысла. Анжелике и Даурию она доверяла, верила в Аню и хотела, чтобы та тоже смогла найти способ "умереть", как это было сказано в пророчестве, и вернуться. Новым человеком. А может... и кем-то большим. Решено - уже на следующий день она отведёт любимую в купальни.
********************************
- Всё-таки вы не верите в меня, Сергей Викторович. Это печалит. Но я не Христос, а потому не стану спрашивать, почему вы усомнились. Сейчас у руля большевистской партии в Петрограде встал Жорж Чёрненький... Я могу устроить вам встречу. Я же агент большевиков, не забыли?
Саша усмехнулась.
-
//Архип, Борис и Федор всходят в тему//
За идею Эзоф ухватился руками и ногами, одновременно не забывая уверять, что верит Саше. Он и впрямь верил, только по своему - считая, что всесильная в делах колдовских, Праздник все же недооценивает людей. Хотя альтернативой для Сергея Викторовича было разве что смирение с мыслью, что все усилия его товарищей или отдельные во всех смыслах достойные личности не способны остановить Властелинов в одиночку - а оттуда уже и до опустившихся рук недалеко.
Пришедшие же вечером смотрели на вещи более реально: в этот раз прибыли все из её пятерки, кроме Жоржа. Архип, нынче ставший негласным лидером десятитысячной когорты рабочих Путиловки, раскрывший все секреты трансформации детей Хирург и вгрызающийся в тайны технославов Борис.
-
Архип пришёл на встречу в своём обычном образе. Были моменты о которых думать не хотелось, если его увидят и проследят к кому он направляется, ну что, это будет забавно. Будь что будет. Архип с комфортом разместился придав лицу и тело одновременно задумчивое и расслабленное выражение.
- Полагаю у нас две главные темы для обсуждения, политика и связи хийси с Агентствами? Что же до второго и отношения к одному из вариантов развития в целом... У меня нет основания не доверять столь фанатичному существу как русалка, и в принципе, я не против варианта "спасения" через туман. Болезни, слабость, постоянная борьба за жизнь, так и живут многие рабочие и тем более деревенские крестьяне. Разумеется если выбирать из худшего. Но! Понимаете... Я испытываю острое желание освободить одного конкретного человека от одержимости хийси, освободить любыми средствами. Это будут моя, так сказать, Иудья доля за то что не буду слишком внимательно смотреть на их... занятиями. Что же до политики... если обойтись при минимуму жертв и сплотить всё население, то можно будет построить и общество в котором "туман" можно будет пережить гораздо проше, собственно это всё моё политическое кредо.
-
Похищенный образ Хирург сбросил на темных улицах Петербурга, словно поеденный молью плащ. Огляделся предварительно в поисках хийси и прочих наблюдателей, потратив каплю эфира. и направился домой, вслушиваясь в звуки города. Он бы не отказался повстречать какого-нибудь ангела вновь. А потом... потом нужно уделить целый день восполнению эфира.
Как же не хватает его истинного облика... нужно заняться этим.
Но предстояла встреча. которую доктор не мог пропустить. И он пришел - нелюдимый и странноватый. Но мало ли людей стало немножко не такими, как до революции. Да и новость о гибели возможного преемника короны достучалась даже до ачеловечно-аполитичного демона. Что-то намечалось. Новое. Только вот что при этом новом будет разрушено? Не то, чтобы Мятежник не мог перестроиться и приспособиться - о, это ему удастся легче, чем людям. Но дискомфорт не убрать, как и беспокойство за привычные улицы привычного города.
Федор по ним в бытии Двиной столько находил...
Разговор открыл Архип, вывалив без пояснений довольно интересную вещь.
- По порядку: я инициировал захват и допрос повитухи-русалки с последующей депортацией в Африку. Первая часть прошла успешно, вторая... Моя ошибка, она сбросила тело. Но, все же, удалось узнать некоторые вещи, после чего было разумным её отпустить - перемещение пока работает лишь на людей, а на бесплотных его нужно переработать. Не моя специализация, - пауза.
- Краткая выжимка: Фонарик выяснил, что бичевание ещё и блокирует силы хийси на десятикратный срок, а не только причиняет боль. Установлено местонахождение камней Невы, из которых черпают силы Агентства. Русалка поделилась информацией о деятельности - ей нужно "тринадцать по тринадцать" жертв для порождения брата, который отдаст долг Неве. Туманом с болезнями, а не смертями. Сын Невы, "который будет вам лучшим хозяином, чем жестокий и равнодушный Маналы. Он поможет выплатить долг так, чтобы вы уцелели" - вольная цитата. Утверждает, что план продолжится и при их гибели.
Пауза.
- Металлург, это просто - уговори русалку сменить тело на другое. Возможно, потребует помощь в своих делах. Не то, чтобы я против смертей такого малого количества среди населения города, но сведений о сыне мало. Слишком. Он будет сродни Машине... не знаю. Если он в одном только районе будет, то от него избавятся. Или не допустят рождения... ножи для убийства Невы уже куются, а руки для них уже существуют.
Вздох.
- Спорная ситуация... к чему приведет гибель Невы или правление её сына? - доктор колебался и не скрывал этого.
Ему важен сам город и время для личной подготовки... так что... что выгоднее из этих двух зол? Ответа нет из-за недостатка информации. А что до жертвоприношения - это допустимо (и мало по военным меркам), но вот приют был действительно мерзок. Из уст Хирурга это действительно звучало.
Или он был... лицемером? Неизвестно. Если бы там просто потрошили старушек, то вивисектор лишь пожал бы плечами. Но вот так... казалось неверным. Почему?
-
- Мы можем убить русалок, - добавил Борис, всю дорогу обдумывавший увиденное. - Я видел, что если истощить всю их Эссенцию а потом добить, то они умрут. Наверное, на это способны другие духи.
Духи и впрямь были способны поглощать друг друга - Аня такую версию обдумывала одну из первой. Но в теневой реальности существовала своя иерархия, и нападать на порождений Ведь-авы обычные духи бы не рискнули.
- А мы их заставим, - продолжал свою мысль бывший вербовщик. - Если уж идем в экспедицию, я предлагаю отыскать там союзников. Мне нужны духи домов, чтобы заманить технославов всего города в одно место. Нам не помешают и те духи, что нападут на русалок, едва они покинут тело, и истощат их Эссенцию. Наверняка такие найдутся, если оказать услуги их покровителям. Раз у всех появилась своя армия, предлагаю и нам завести свою, хотя бы из наемников.
Он сидел по прежнему неподвижно, несмотря на речь - но в этом было не напряжение, а отброшенное притворство.
- Не знаю, кому как, а мне не нравится идея отдавать долги за то, что мы не брали. И новый хозяин - тоже не нравится. Кроме того болезнь... я не знаю это состояние, но я его видел на фронте. Быть больным - значит быть ослабленным. У больных больше шанс погибнуть. Ты говоришь, Архип, это похоже на работу? Но ведь это будет не вместо работы, а в придачу к ней. Поэтому предлагаю убить русалок, а потом позволить Неве погибнуть вместе с её нерожденным сыном.
-
- В придачу к болезни, ты совершенно прав. А говорил о том что это было бы лучше моего первоначального предположения о масштабной диктате "спасителя" и массовых убийствах. Но по твоему плану вопрос к Александре: гибель Невы с нерождённым ударит по городу?
-
Если следовать из того, что выясняли Аня и Эстрина, то выходило, что нет. Нева была сильным духом, но её влияние в повседневной жизни не проявлялось и блага она никому давно не давала. Кто точно потеряют, так это Властелины и Продавцы - без божества, приходящего к алтарным камням, их сила иссякнет. Для простых людей ничего не должно было поменяться - они когда-то отпустили уходящих богов и привыкли к новой жизни без реально вмешивающихся в их судьбу сущностей такого масштаба. Отпустить Неву, о которой они не ведали, было бы еще проще.
-
- Я думаю, что смогу прояснить кое-что через три дня. У меня тоже состоялся контакт с хийси, хотя и более мирный, чем у вас. В указанное мной время целая делегация их придёт в купальни, чтобы попытаться завербовать меня, а также Анжелику и Даурия. Думаю, что у нас получиться выяснить по крайней мере кое-что об их планах и цене, которую за это заплатит город. Пока же о них мало что известно. Но разрушать его они не планируют, это точно. Уже сейчас, считая меня лишь человеком, они предлагают власть надо всем, что будет после. В услужении у того, кто придёт на смену Машине. Тем не менее, если у вас есть какие-то вопросы, которые вы хотели бы задать им через меня, то я готова их выслушать. Если же Нева и её дитя погибнут... Тогда всё останется ровно также, как и всегда, судя по всему. Что касается политики...
Саша раскурила трубку.
- То коалиция нам действительно нужна. Социалисты. эсеры и меньшевики, как их сейчас называют... Ими занимаюсь я. Большевиков возглавил Жорж Чёрненький. Рабочие идут за тобой... Нужна единая политическая программа, которая ускорила бы всех. Конкретика, о которой в пылу восстания никто не думал... И нам нужно решить, когда мы будем совершать ту экспедицию, что задумали. После переговоров с хийси или до?
-
- Кто такие Анжелика и Даурий? - спросил Борис. И когда узнал, что это обитательница "Электрического Ложа" и её скрывавшийся тогда за женской Личиной "отец", одарил Александру долгим вопросительным взглядом. Ты же надеюсь, им не разболтала о моей роли, читалось в этом молчании.
- Они сейчас сидят в Машинерии на месте купален в Петрограде-Каменке, - пояснила женщина. - Эти парижане - невероятно сильные и древние демоны. Возможно, кто-то из наших знакомых был их учениками, посетив их еще во Франции. Анжелика и Даурий не хотят лезть в политику, поэтому не говорят о них и в наши войны не вмешаются, но им можно полностью верить. Не спрашивайте, почему, долгая история - но они хотят спасти Зеленоглазку. Которая на самом деле не ангел, а утратившая память демон, достигшая Ада, но проигравшая Машине. Её настоящее имя Кира, и она в их семье "мать".
- Ты была иного мнения о них, - задумчиво напомнил Саулов. - Что изменилось?
-
- Совокупность готовности безвозмездно учить, предоставления материалов, информации о Машинерии, помощи с хийси, возможности сломать любого из нас при желании, действия исключительно в очерченных рамках, философия, репутация, а также их понимание того, что нужно сделать для того, чтобы обрести свой Ад... Я могла бы предположить, что это попытка манипуляции и формирования доверия, но правда в том, что тогда ловушку давно пора было захлопнуть.
Саша выпустила небольшое облачко дыма.
- Чего бы они не желали, судя по тому, что я видела, они могли бы получить, через нас или других, без особого труда. Кроме метафизических благ, которые обретаются только через собственную трансформацию.
-
- Ладно, буду считать что ты знаешь, что делаешь, - Борис не пожал плечами, но интонация подразумевала именно это. Предлагаю не ждать три дня, время и так слишком быстротечно. Если Подпольщики в любой миг готовы открыть проход, то лучше идти сейчас. Чем быстрее я смогу получить власть над домовыми, тем быстрее мы узнаем тайну технославов. Их еще никто никогда не собирал в большом числе в одном месте - вмешивались ангелы. Это, наверное, единственное, на что они вмешиваются, в остальных случаях им проще заменить утраченного богоизбранного.
- Есть предположение, что может случиться?
-Террористы говорят, даже от пары десятков в одном месте границы миров сильно слабеют, - ответил Фонарик. - Что-то в их природе привлекает духов домов, трансформирует здания и вещи. Следовательно, есть какая-то энергия или аура, в отдельных технославах неощутимая. При большой концентрации она может раскрыть свою природу или источник. В общем, я за то, чтобы не ждать и идти завтра в поход.
Саулов замолчал, ожидая мнения остальных.
-
- Подниму тему на обсуждение: если мы собираемся ждать, когда Машина убьет Неву, то мы должны не дать вмешаться в процесс создания оружия. Если подумать, то этим, скорее всего, занимается Сталевар. И у неё есть человеческий брат, о котором она заботится словно о родном. Очевидный способ для хийси и тех, кто им поможет - это разлучить её с братом, спровоцировав Падение. Да, многие демоны не добились успеха в убийстве, но это слишком очевидный способ воздействия, - указал на одно (возможно) слабое место стратегии ожидания Хирург.
- О прочем - я хотел бы передать несколько вопросов, но займусь этим под конец обсуждения. Касательно перемещения в мир духов - сколько из нас могут в случае нужды использовать свою настоящую форму без помех? Насколько мне известно, тамошние обитатели в некотором смысле проще человечества - в нашем случае это означает, что многим там важна сила. И... кто из нас хорошо разбирается во всех этих духах? Я - нет, - вторая тема для обсуждения.
Лезть в неведомое стоит лишь в своей форме. Просто люди могут быть просто сырьем или едой для тамошних жителей.
-
- Я тоже знаю не больше того, что узнал от одного домового, - произнес Борис. - Но Беглецы знают, они ведь собирают духов покидаемых жилищ для своего ковчега. Мадам Гарь говорила мне об их иерархиях, о том, что у каждого рода духов есть свои старшие покровители. Подпольщики доставят нас к таким. Что же до формы - думаю, мы сумеет справляться и частичной демонстрацией своей сути. Демиург не так зорко видит чужие миры, так Подпольщики говорили.
Подпольщики брали за проход человеческой жизнью. Если учесть, что посещать предстояло Неву, покровителей домовых и возможно, каких-то хищных духов, которые могут в случае чего перебить хийси, это выходило в три жизни. И Хирург очевидно был прав - придется отстоять свое право задавать вопросы и просить услуги. В мире, где все решала сила, поход предполагал обернуться чередой битв.
- Я предлагаю привлечь помощь и разделиться, - добавил Господин Фонарик. - Возьмем с собой Террористов, Горна. Нас пятеро, их четверо. Можем пойти тремя группами, чтобы управиться сразу, а не блуждать по незнакомому миру. Ведь Подпольщики не обещают возвращения, и если мы пойдем все вместе, нам придется либо странствовать через царство духов от места к месту, либо искать дорогу назад и трижды ходить в крепость. А мне от неё не по себе.
- Крепость создал маг по имени Григорий Саваоф в дни основания города, - поделится пересказом "Неизреченной Летописи" Федор-Петр. - Силой Невы он размыл границы миров, чтобы странствовать по ним. Но потом река попыталась восстать и открыть проход в чуждые сферы. Тогда крепость запечатали.
- То есть это вторая Михайловская площадь? - Борис покачал головой с механическим, но все же неодобрением. - Иногда мне кажется, что все Агенства - самоубийцы. Террористы ради построения Ада стали пешками Блаженных. Блаженные плетут непонятные интриги. Чертежники, похоже, играют за несколько сторон. Беглецы сами не знают, куда бегут. А Подпольщики строят Преисподнюю над уже существующей. На этом фоне предатели-Продавцы и Властелины, ищущие власти, кажутся самыми понятными.
-
- А я всё хотел поплавать, ну да ладно, если все согласны что это первичная цель то почему бы и нет. И пока мы совсем не ушли в обсуждение наших небесно адских дел хотел бы сказать по поводу политической программы. Я совершенно не гожусь на роль автора какого-либо научного труда, но благодаря сложившимся обстоятельствам могу с теми кто пытается сейчас реформами заниматься, конечно они не знают что их планы скорей всего не будут одобрены Властелинами, но уже имеющиеся идеи людей нам могут быть интересны.
-
- Если технославов удастся направить... Я бы не удивилась, если бы таким образом получилось создавать или уничтожать Машинерии, а также позволить Неве уже как духу буквально войти в этот мир...
Саша задумалась.
- Вы думаете, что мы не можем взять с собой людей в нашу экспедицию? Признаться, у меня есть оккультист, который способен разобраться в духах и их способностях, возможно и том, что нужно для управления ими, но это человек. Сама я справлюсь, в крайнем случае, но тогда затея становиться более чем ненадёжной. А все Агентства...
Женщина покачала головой, втягивая в себя немного дыма.
- Просто слепые. Они так хотели поверить в то, что нашли выход. И им удалось это сделать. Сейчас мы видим, на что способны люди, живущие в мире своих иллюзий. За ними стоит следить, но на них не стоит ориентироваться. Что-то подсказывает мне, что если мы сумеем распутать ситуацию с Невой к нашей пользе, то как минимум их часть перестанет представлять для нас опасность.
-
- Люди? - удивления в голосе не звучало, хотя Борис с интересом обдумывал эту мысль. Что же, возьмем и людей, хотя мне некого за сбой вести. Но давайте, почему нет? Вряд ли мы, бредущие наугад в мире духов, будем чем-то отличаться от них.
Дальше оставались детали, и они обсуждали их, планируя экспедицию. Почти до самой полуночи в не спящем городе, в котором весна дарила больше страхов, чем надежд.
//Если больше непосредственных вопросов нет, то давайте каждый напишет, что и кого с собой возьмем в поход и по какому из трех маршрутов направится: Нева, покровители домов или духи, способные стать союзниками против хийси.
Борис идет по маршруту домовых, берет с собой Террористов, убедив, что это поможет раскрыть замыслы Машины. С собой взял оружие, которое достал у дезертиров: винтовку, револьвер, гранаты.
-
C политической программой Хирург ничем помочь не мог. Так, кое-какие догадки о чаяниях людей он имел, но чтобы оформить их в политический призыв? Вряд ли в его силах. О компетенции и вовсе говорить не приходится - создавался он не для болтовни. Впрочем, если подумать... несколько раз он довольно удачно проводил разговор в свою пользу, но вот для таких дел лучше подыскать Вестника.
А не вивисектора...
- Когда будете беседовать с повитухами, прошу, узнайте у них, как их брат будет управлять и на что он способен, чтобы не быть убитым сразу после своего рождения. И что он, помимо возвращения долга матери, будет делать, - короткие раздумья под окончание разговоров, - Похоже, это всё. Быть может, я ещё попытаюсь проконтактировать с Невой - хотя бы взгляну. Она не только источник всех проблем, но и знаний. Может, и о своем поработителе и камнях может поведать. В прочих местах от меня толку не будет.
Что же. За домовыми ходить резона для хирурга не было. Ловить или договариваться с меньшими духами... не с его навыками. Возможно. А возможно, Мятежника влекло к источнику его интереса - будущей матери как проблем, так и решения их - по её логике. Да и просто взглянуть на высшего духа местности хотелось.
______________________________
К Неве. Предупреждает Горна о авантюре. С собой берет саквояж, медицинские принадлежности, паек, немного спиртного средней крепости (ну и вино тоже). Если раздобудет, то берет саблю, гранаты и топливо для розжига/зажигательных снарядов.
Обвешивается украшениями, которые ранее ему передала Праздник. Музыкальный ижорский инструмент берет, если есть.
-
- Надеюсь что до скорых встреч.
В голове демона крутилась непривычная мысленная конструкция, при походе к Городовому подобного не было, да и время было не то, а вот сейчас странные мысли о том что он пропадёт в этом походе и никогда не вернётся. Что же тогда будет с заводом и рабочими, конечно же его исчезновение повлияет на всё относительно незначительно, но изменения ведь будут накапливаться. Но идти всё равно надо, как говорят люди: развеяться.
Нужно вернутся на завод, просто показаться и поговорить, выслушать и не беря никого с собой отправится в путь, к Неве. Как опять же говорят: "Лучше одним глазом увидеть...".
-
...в общем, наши сейчас заняты организацией Совета Рабочих и Крестьянских Депутатов, но идет не очень внятно, - объяснял Жорж Александре, - идеологический центр потерян, кто чего хочет представляется плохо, нужно в ближайшие дни написать устав и описать структуру, иначе народ начнёт расползаться. Пока вырисовывается коллегиальный орган, избираемый народом поштучно и уже внутри себя избирающий старшего. Но опять же гарантий, что Властелины не попытаются убить уже и их тоже никто не даст.
Он прошёлся, заложив руки за спину.
- Пообщался с Городовым, он утверждает, что Нева это какой-то там дух, который был под контролем железки, но на новый год вырвался и планирует ребёнка. Властелины хотят его подчинить, а железка - всех убить. Видимо они хлопнули очередного Романова. Дал анонимную линию для контактов, просил помочь. Таки дела. У вас чего нового?
-
- Люди. Я планирую взять с собой мощного оккультиста для того, чтобы разобраться с механикой процесса.
Разумеется, Александра планировала идти к Неве и взять с собой Аню. Человеческое оружие там вряд могло бы помочь, но вот знания, которые её девочка получила в результате контрактов? Это могло оказаться бесценным. И её одну Саша смогла бы исцелить, даже вернуть... Как уже делала однажды.
************************
- Властелины не смогут и не станут убивать всех членов нового правительства. А при грамотно прописанном документе и объединении сил, фигура конкретного лидера не будет иметь значения: все они станут продвигать единую программу. Если вы готовы уделить мне время сейчас, то я возьмусь написать и устав, и структуру, и манифест нового правительства... у меня достаточно знаний о целях и методах всех, кто противостоит монархии.
Загрузка Знания (Политика): Сообразительность + Технология: 9,3,2,1,1, 10,7 (2 successes)
Написание Манифеста: Сообразительность + Политика: 5,10,5,1,4, 10,10,10,9,10, 1,7 (6 successes)
За работу она принялась немедленно: одна копия курила и разговаривала о мистике, вторая - полностью ушла в подготовку политической программы и задавала наводящие вопросы о большевиках, чтобы не допустить ошибок.
************************
- Да, по мистическим делам мы имеем ту же информацию, но больше. Это дух Невы, который существовал здесь с незапамятных времён и к пробуждению которого приложили руку и Властелины, и Продавцы. Эти хийси, с которыми мы имеем дело в последнее время - порождения их ритуалов. Нужно узнать больше о том, чем всё это возвращение их бога может обернуться. К счастью через три дня они сами являться ко мне на нейтральной территории и попытаются рекрутировать. Но ещё до этого нам нужно попытаться попасть к ним. Наши коллеги из крепости готовы помочь и даже сами отыщут необходимые жертвы. Я очень надеюсь, что вы согласитесь сопровождать нас туда.
-
Манифест вышел отличным - можно было назвать его таким же новаторским, как педагогические идеи Саши с гипнотическими маслами Федора. Он полностью опирался на большевистские цели, но одновременно нанизывал на них ценности эпохи Просвещения, близкие социалитам. Было там и от построения общества по принципу меритокртии с одновременным выбором из коллектива наиболее достойных, и перечень этих достоинств.
Но главное - там были вещи, которые рабочие могли принять всей душой. Права, защита, самоуправление. Малые коллективы, которые смогут выдвигать представителей, двуступечатая система новой Думы - с представителями рабочих-крестьян и представителями политической интеллигенции с равными правами. Должности председателя и его полномочия..
Никогда доселе не создавалось чего-то похожего. Это было результатом сливающихся воедино рабочего движения, большевисткого учения Маркса, социалистических идей и желаний интеллигенции. Даже совершенно аполитичные крестьяне получали значительное расширение свой власти в переход к законодательно регулируемому, но все же свободному в плане полномочий вече.
В руках Мятежников появилась бомба, равной которой у Властелинов не было. И Саша, Архип и Жорж не сомневались, что через три дня, если они вернутся живыми, начнется настоящая политическая борьба - эта идея была сильнее любых внушений, с её массовой поддержкой просто невозможно будет сравниться даже целому Агентству. Особенно когда манифест хлынет за пределы столицы, где Властелины не имеют власти. Да, в итоге любая утопия вырождается, но годы спустя, а сейчас было важно выиграть время и перехватить ситуацию. И пока все этому благоволило.
И на этом фоне для Александры было практически незаметно, почему Жорж, услышав о жертвах, нахмурился.
-
- Подожди, - Жорж поднял руку, - Подпольщики же требуют невинную жертву за проход. Мне совсем не нравится эта цена, должен быть другой путь. Можем написать железке, раз уж нам дали контакт.
-
Саша посмотрела на собеседника несколько удивлённо, но, в конце концов, улыбнулась.
- Ты уверен, что мы сможешь использовать свои контакты для безопасного прохода? Признаюсь честно: я не горю желанием убивать даже косвенно, и проникнуть куда мы хотим без помощи Подпольщиков - это хорошая заявка о том, что мы не нуждаемся в них, но меня волнует вопрос скорости, безопасности и цены... Если ты способен всё это обеспечить, то я готова рискнуть. По политике, я так понимаю, каких-либо добавлений у тебя нет?
-
- Да, манифест определенно позволит перехватить инициативу, но дальше мы упремся во Властелинов. Как бы мы их не опасались, нам придется начать с ними переговоры, если мы хотим избежать бойни. С ними и с Продавцами тоже, никто не будет сидеть ровно в ожидании крушения планов. Что до прохода, то я немедленно отошлю послание...
"чст устрств в тайнике в мире духв зпт прошу обспч прохд тчк"
-
Послание пришло в тот же день - адрес, который Жорж указал, был одним из убежищ преступников, нынче покинутым.
"Визит МФ, пароль у зеркала - приглашение курьерская контора для договора".
Видимо, это означало, что надо заявиться в министерство финансов и у любого зеркала сказать, что приглашены в качестве курьерской конторы. По сути им предлагали раскрыться и довериться врагу, но у врага этого сейчас были с ними общие интересы. Хотя, разумеется, что визит станет ударом по Личине, сомнений не было - Зеркальный не упустит повода изучить каждого вошедшего.А входить будут немало.
- Я искала все, что можно узнать по Мариаэлю-архангелу, - сообщила Аня. - Зеркальный наверняка может в своих владениях обращать против врагов их же силы. Его суть - отражать, так что если дойдет до боя в зазеркалье, вы можете встретить самих себя. Но одновременно зазеркалье по своей сути должно повторять то, что оно отражает. Настоящее важнее отраженного. Если перехватить над ним власть, все его ловушки утратят силу. Только ка перехватить, я пока не знаю.
- Для этого нам и нужно идти туда, - пояснила Александра. - Зеркальный, стоящий за Продавцами, сейчас едва ли не главный противник со стороны ангелов. Вдобавок, если он знает, что же за мыслящая Машинерия правит всем городом нам важно это выяснить. Нас будет много, во время визита кто-то да что-то увидит.
На следующий день собравшийся Жорж подошел к Вене. Там уже стояли Архип, Борис, трое незнакомых демонов, относящихся, видимо, к числу Террористов, Федор и Горн. Горн был в прежнем засвеченном обличье студента - раз оно все равно раскрыта, смысл сейчас таиться. На ступени сошла Аня, одетая вместо платья в дорожный костюм под шубой, за ней Саша. Похоже, он подоспел к самому разгару спора - некоторые из пришедших не рассчитывали, что проход через Подпольщиков придется платить кровью невинных,а не лютых преступников, а другие не рвались доверять Зеркальному.
//Переход в тему Федора//
...Они провели последнюю ночь в "Электрической купели". Смущенная и напуганная, Аня всю дорогу держала её за руку в экипаже. А когда вошли - замерла, глядя на двух демонов. Однако стоило Анжелике заговорить, как страх сменился томной расслабленностью, на людей этот голос действовал еще сильнее.
Александра раздевала её сама. Затем искупалась с ней, иронично посмеиваясь от мысли, что местный ангел-страж не может оценить двух таких красавиц в своих владениях. Хотя какие они его? Ангел вообще не поднимался наверх из подземного резервуара, точно так же как второй, обитающий в переплетении проводов, не спускался даже туда, где находились электрические полотенца. Даурий объяснял это страхом - наблюдать за работой двух таких демонов ангелам запрещалось, слишком высок был риск пасть от одного созерцания. Или опасность, что они в отместку за шпионаж разнесут еще какую-то Машинерию. В итоге Мятежники могли общаться здесь совершенно открыто, чуть ли не более свободно, чем в любой другой точке города, хотя находились в Машинерии.
После бассейна, замотанные в полотенца, они рука об руку пришли в спальню, и Аня, повинуясь подсказке своей хозяйки, растянулась на кровати, одним своим видом возбуждая любовницу. Даурий и его дочь вошли, как всегда, бесшумно, хотя обнаженная секретарь вздрогнула. Попыталась смущенно прикрыться - и тут же затихла, лежа на животе и повинуясь тихому напеву Анжелики.
- Ложись рядом, - предложил Саше грузин. - Держи за руку своей рукой. Быть госпожой - самое простое, но к солнцу не взлететь, если у вас одни крылья на двоих. Чтобы она стала сильной, пройди с ней вместе через покорность. А потом веди её через ту же власть, что имеешь сама. Да, она человек, а ты демон, но если между вами станет меньше границ, так ли это важно? В цельном нет сильного и слабого, ведь одно легко перетекает в другое.
Саша отбросила полотенце без вопросов. Они знали, что говорят, и приходя сюда, каждый раз оставалось лишь без раздумий верить. Даже если именно Даурий и Анжелика обучали кого-то из Властелинов, Чертежников, может даже Продавцов, они не отвечали за то, какими дорогами идут их воспитанники. Они бы приняли здесь с такой же заботой её врагов, но не выдали бы им её.
И, кроме того, они честно признали, что её любят чуточку больше, чем всех прочих. А от таких это дорого стоило.
Лежа на животе, сплетя свою правую руку с левой Ани, Праздник закрыла глаза. Даурий уселся рядом с Аней, и когда его руку опустились на спину девушки, а Ликия запела, дрожь рванулась в тело Саши сквозь перевитые пальцы.
...Она была потрясена прошлым визитом, но этот предлагал нечто новое. Аня стонала, парализованная чередующимися волнами удовольствия и расслабления, и те же волны вливались в тело её хозяйки. При том, что Даурий Сашу и пальцем не коснулся. он словно превратил вибрацию своих ладоней в подобие тока, струящегося по нервам от человека к демону. И, проходя через Аню, ток этот окрашивался чем-то таким интимным, близким, что Праздник сломалась почти сразу. Она снова кричала, умоляла, рассказывала все тайны без слов, и в голове метались такие же истошно-изможденные сладостью мысли Ани. Границы потеряли смысл, ей казалось, что все это делает Аня, и остатками угасшего сознания Мятежница понимала, что Ане кажется обратное. Их дыхание, пульс и ритмы удовольствий соединились, и череда наслаждения и ласки не заканчивались и не заканчивалась, поднимаясь все выше.
Когда им разрешили перевернуться на спину, руки женщин пришлось сплетать самому Даурию - пошевелиться обе просто не могли. Какое-то время обе мысленно умоляли друг друга одновременно продолжать и сжалиться от невыносимого экстаза, а потом массаж продолжился. Вечность перемешала осколки их сознания на части и собирала заново. Аня, подспудно верящая в то, что её всегда ждет награда рядом с Сашей, и Аня - безропотная жертвующая собой фанатик, исчезли. Появилась Аня, смыслом которой стало расти рядом со своей хозяйкой, не отставая и не перегоняя. Аня, которая хотела, чтобы они обе были рабынями и госпожами друг для друга. Аня, которая разделила все её интересы, и которая отдавала ей свои, не сомневаясь, что Саша примет.
Это стало бы полным слиянием, потерей себя друг в друге, исчезновением личности Ани и Саши и появлением двух копий чего-то среднего в человеке и демоне. Но их удержали. Им позволили утонуть в ласках и криках наконец-то вырвавшегося наружу экстаза, пока оба демона с пониманием смотрелись за переплетенными в телами. А потом было нежное убаюкивающее касание, и сон, восстанавливающими силы и разум. И мысль, с которой обе встретил ранний рассвет - оставшись разделенными, они узнают вдвое больше об окружающем их мире. И смогут этим делиться, всегда оставаясь друг для друга источником новизны...
- Я умерла? - тихо спросила Аня, когда они лежали в истоме пробуждения и поражались, насколько отдохнувшими себя чувствуют после кратких часов покоя. - Это и есть предсказанная смерть?
- Умерла, - согласилась Анжелика, которая так и не уходила вместе с отцом, хотя в эту ночь в купальне хватало клиентов. - Когда вы сливались, теряя себя, вас обеих на какой-то миг не стало. А потом вы возродились отдельными, но близкими. Пророчество сбылось, и вам вовсе не нужно расставаться ради построения Ада.
- Я поняла, что вы не хотите нами править, - уже не пытаясь прикрыть обнаженное тело, хотя на неё смотрели две пары чужих глаз, произнесла девушка. - Но... почему тогда остальные ваши ученики не такие, как вы? Если бы они были как вы... они бы заслужили править миром.
- Потому что каждый берет от нас то, что желает, - вздохнул Даурий, хотя вопрос Ани не звучал упреком. - Мы никого не делаем лучше, чем он есть. Ты изменилась сама, потому что хотела измениться, и Саша этого хотела. А их выбор - оставаться собой. А когда становишься частью чего-то большего вроде сети или Агенства, сохранить себя прежнего еще сложнее...
//Саша переходит в тему Федора
-
//Все в теме//
Они вновь собрались в ресторане, превратившимся в штаб заговорщиков. Манифест набирал популярность, но пришедшие сюда обсуждали не дела людские, а то, что узнали в походе, из которого не вернулось двое Террористов. Прогефест обрел свой Ад, покинув этот мир в момент триумфа. Дарфобия осталась на время оказывать услуги хозяину домовых по усмирению враждебных духов. Создательница страхов умела запугать даже бестелесных.
- Пришлось подраться, - поскольку Шершень не говорил и на встречу не пришел, историю похода излагал Борис. - Оказалось, что домовые на нас очень злы из-за Беглецов. Те столько подданных Верховного Дома, который в нашем градоуправлении обитает, похватали, что для них все демоны на одно лицо. Если бы Нева не взбесилась, мы бы ничего не добились, но тут все удачно прошло. Им гибель водяных духов понравилась и нас выслушали, узнав, что мы из одной команды. А потом, похоже, и вас поддержали.
- И что пообещали? спросила Александра. - Они соберут технославов в богадельне?
- Соберут, - кивнул Фонарик.- Всего на одну ночь, но этого должно хватить. Скорее всего, ненадолго прорвется сам граница мира, и мне нужны те, кто умеет смотреть, чтобы понять, что же за сила в этих верующих и зачем нужна Создателю. А у вас как?
- Попутно убили Псаря и взорвали его подземное убежище, хотя туда вообще не собирались, - Горн изменил своим правилам и на собрание все же пришел, хотя подчеркнул, что ради Федора, Архипа и Жоржа, а не Саши, которой все равно не доверял. - Про болотных хийси, кажется, можно забыть. Одержимых солдат больше не будет. Эти твари хотели обрушить крепость, и если бы не мы, Подпольщики бы погибли. Хотя я до сих пор не уверен, что их стоило спасать.
- Почему так думаешь? - Борис не был человеком, чтобы присвиснуть, но явно был впечатлен успехами. И не только он - Жорж опять сотворил чудо взлома и идеально спланированной операции. Трое против неодолимой лаборатории, хотя здесь, похоже. очень многое совпало... - В крепости все хуже, чем кажется?
- Да, - нахмурился Горн, на лице которого отчетливо были видны пусть и залеченные Федором, но до конца еще не сошедшие раны. - Это мерзость. Они обзавелись целой сворой воплощенных злых духов. Копают через миры к той бездне, что скрыта под Михайловской. Хотят аккуратно вобрать её силу, чтобы и те твари ушли прочь, и самим свой натуральный ад построить. Хотя у них там ад и так настоящий, с чертями и пытками. Помните, мы гадали, какие жизни врата открывают?
- Подойдут любые люди, - добавил Жорж. - Их призраки затянуты в крепость и своими мучениями питают подкоп. Мы пригрозили Подпольщикам, что или найдем им другой способ строить ад, или остановим, потому что лично я такое не допущу. Мне все равно, души призраки или не души - они люди.
- А у вас что? - посмотрел на остальных Борис. - То, что Нева чуть весь теневой Петроград на уши не поставила - это мы видели. А что выяснить удалось?
-
- В Неве зреет Антихрист и когда он будет готов, то родиться и поставит весь город на колени, уничтожив Машинерии и отрезав всё здесь от Творца Стали. Машина знает об этом, но уверен в том, что сможет обратить всё это себе на пользу. Это не так.
Александра с улыбкой отпила чаю из чашки. Пусть это был далеко не конец борьбы, но это была победа. Для них, да и для всего города, понимали те это или нет. Недоверие же Горна нисколько не обижало её и, после перерождения, Нескованная не испытывала даже желания подчинить его. Напротив, подобная, замешанная не на ненависти или жажде власти, враждебность была... экзотичной, захватывающей.
- Однако это означает, что Машина до последнего станет защищать Вед'Аву и свои инвестиции. Нужно учесть это. И выбрать, каким образом мы покончим с этой угрозой городу и его обитателям раз и навсегда. Первый заключается в том, чтобы найти управляющую этим проектом Машинерию и захватить и разрушить оковы реки, заставив Неву покинуть этот мир. Второй способ направлен на использование хийси боли, которые были призваны сюда в прошлую попытку. Если дать им свободу сейчас, то они просто сожрут и то, что их породило, и её дитя, прежде чем их голод уничтожит их самих... Я не знаю, где находится управляющая Машинерия, хотя подозреваю, что она связана с купальнями Даурия и Ликии. А к хийси боли можно попасть через домен Слепца. И нам известна туда дорога.
Домен спрятаный в дороге до сих пор изумлял её самим остроумием выдумки, обычно столь несвойственной Машине.
-
- Это ловушка, - заметил Горн. - Федор мне рассказал про предложение Слепца. Вы про Арсенал забыли? Её готовят прикончить Неву до рождения Антихриста в нужный час, а раз так, то зачем ему предлагать вам убивать её сейчас? Уверен, если бы вы сели в тот трамвай, то и впрямь в темницу бы попали - но только в один конец.
- Хорошая ложь всегда основана на правде, - возразила Александра. - Я же не говорила, что надо принять предложение Слепца. Но ему явно известно, как попасть в темницу духов, если он туда нас собирался отправить безвозвратно. Значит, вскрыв его Машинерию, мы узнаем путь и сможем сами понять, как не только туда попасть, но и оттуда вернуться. А дорогу к Слепцу я теперь знаю.
- Лучше бы сосредоточиться на том, как украсть символ перемещения, - покачал головой Горн. - С ним мы бы смогли попасть под Путиловский и остановить питание механизмов всего города. Тогда самое время штурмовать всех прочих.
- А я думаю, лучше всего первым делом закончить с технославами, - гнул свою линию Фонарик. - Этот проект древнее Путиловки, значит и ценнее. Понадобятся те, кто будет не давать охотникам увести технославов обратно, как и те, кто будет спешно изучать, что же в них за сила. До рождения Невы ведь еще время есть, а Путиловка десять лет ждала и еще подождет.
-
- Я бы вытряс ещё информации из Городового, - вставил своё предложение Жорж, после схватки с Псарем его волосы начали отливать зелёным цветом, - бедолага и так уже был на грани, а теперь ещё и смерть Псаря. Думаю, Дарфобия или вы, Александра, сможете окончательно раскрутить ему шестерёнки. Если нам улыбнётся удача и мы заставим его пасть, то получим не только бесценную информацию, но и сможем восстановить предсказательную машину на наших условиях.
Он пробарабанил пальцами.
- Ну и безопасность... - начал он, не зная как внятно описать проблему, - за нами с Горном тянется преизрядный след из обломков. Хорошо бы выстроить некую ассоциацию нас с Террористами, которым такое реноме головной боли не добавит. А то наведём железку на вас, а такие повороты нам ни к чему.
-
Архип расслабленно сидел отдыхая, Эфира в походе было потрачено немало, но и результат был хорош, весьма удачным, но все-таки выматывающем в разных отношениях.
- Планы, точнее средства Беглецов мне неприятны, даже без важного морального аспекта, использование душ или посмертных эманацей людей это, по моему мнению, совсем не безопасный ресурс и у случае ошибки или на финальном этапе перехода в Ад принести неприятность это может всем нам. По-моему со Слепцом всё очень просто, Арсенал должен был её устранить, конечно, но зачем тратить её силы, если можно чуть раньше запланированного отправить на убой Мятежников на самом деле выполняющих всю туже задачу? Конечно у нас были бы очень маленькие шансы вернутся, но это было и так понятно. А вот сейчас... Мне кажется он всё-таки слишком серьёзно относится к тому что мы Мятежники и значит должны именно уничтожать верных Творцу ангелов и наверняка займётся подготовкой планов по самозащите и защите своего убежища. Если переиграть его то можно будет найти способ добраться до духов и спустить их на Неву. В любом случае лучше освободить тех духов сейчас, когда они не смогут зацепится за мир и уйдёт в глубины Тени, чем когда Бог подготовит для них подходящие условия или возможность их использования как ресурса.
-
- Поддерживаю способ избавления от Невы с помощью её детей. Городу не нужно такое наследие архаичного прошлого, так что лучше его истратить без возможности дальнейшего возвращения и эксплуатации кем бы то ни было, - Хирург прервал свое молчание. Да, он считал, что так будет лучше всему городу.
Это же его дом. Здесь он планирует развиваться до той самой ступени, когда нужно будет уже переходить. Не так, как Прогефест, иначе. Совсем иначе. Хотя не уважать триумф собрата нельзя. Он открыл весь Шифр... в этот момент. А когда тайна последнего Ключа и его собственная Запись Творца будут раскрыты? Светлая зависть... черная - это про желание деградации, что Хирургу не свойственно.
- И насчет технославов я поддержу - это актив Творца с неясной полезностью. С учетом временных рамок, я бы начал с него - сколько Главный Дом ждать будет сигнала-то? Ну, от себя могу предложить лишь свои бойцовско-медицинские умения. Только нужен эфир, - все же, риторика Фонарика была ясна. Да и самому б знать, что это за сектанты, которые пока никак не используются рациональной Машиной - что совсем на неё не похоже. Ну и, может, одни из его охотников полетят к железоверам?
-
Было приятно не планировать ничего глобального всё равно правильную очерёдность действий из имеющихся мы разве что угадаем. Архип с полуулыбкой отображающей пассивное присутствие в обсуждении начал размышлять над своими тактическими возможностями. Надо как-нибудь попробовать осмотреть кладбище, с высоты полёта и выяснить что я упустил в прошлый раз. Помощью авиаторов и лётчиков Первой воспользоваться, кстати, что с ними сейчас? Или просто аки ангел взлететь над землёй, но в человеческом образе, а потом уйти от погони охотников, сам Оракул не должен быть бойцом. Заодно показать Слепцу что точно-точно будет бить сюда прям скоро, а на самом деле нет. При полноценном вторжении в Слепцу предельная эффективность от меня будет только если доберёмся до важных точек Машинерии и мне удастся подключится к ней, впрочем, это будет приём отвлечения внимания, великого архангела-программиста я точно не переиграю в управлении системами, но могу обмануть. Арсенал страшна и наверняка на сто раз проверяет всех кто входит в пределы её досягаемости. А вот с технославами можно было и поиграть, например выдать себя за одного из них, с дополнительной маскировкой или без неё, меня сам Газетчик ведь принял за такого.
- Кстати, да, что с Газетчиком кто-нибудь знает?
Как-бы просто вопрос из личного любопытства и варианта Падения уникального ангела, но на самом деле его новообнаруженный статус Уст заставлял очень напряжённо относится к этому простенькому ангелу.
-
- Нет, - покачал головой Жорж, - да и не факт, что за Газетчиком вообще что-то кроется, кроме шансов поговорить с Мятежниками. Архип, я бы наведался вместе с тобой на фарфоровый завод. Если уж говорить о штуках которые выпали из нашего поля зрения, то это он и Смольный. С Городовым и технославами и без нас справятся, а вот всякие крупные, но непонятные машинерии хорошо бы осмотреть в свете приближающихся событий, возможно что-то станет понятнее. Но опять же нужен Эфир.
-
- Нашей избушки не хватит, разве что придется месяц ждать, - заметил Борис. - Нужно разорить еще какую-то, например тот миноносец. Или любую другую. Дом будет ждать, пока с ним Дарфобия, но она больше недели там не проведет. Так что время есть, но мало.
- И про Газетчика - да, верно сказано, паренек опасный, - согласился Горн. - У него нет Машинерии, но он всколыхнул мятежом весь город, всего лишь раздавая газеты нужным людям. И эфир у него всегда в избытке. Если то, что Слепец вам рассказал про созданных из наших лучших сородичей архангелов, правда, то эти пятеро будут обладать всем, чем владели их подчиненные. Слепец руководил Городовым - значит дар предвидения принадлежит ему. Газетчик вещает без слов доверчивым сердцам так же, как вещает Оратор. Сталевар разделяется на части, как Крысолов. Зеркальный воплощает силу Наставлений, а Арсенал...
- Лучшая из охотников и как бы не ходячий сосуд крошечных Подобий, - закончил за него Фонарик. - Но, спасибо их философии, убивать, как я понял, нас пока не будут. Кажется, им интересно узнать, насколько мы можем сломать их системы, чтобы изучить все бреши. И понаделать новые, с защитой от таких, как мы. Даже Псарем ради этого пожертвовали. Иначе на этот ресторан уже упала бы бомба.
-
- Я предлагаю нам разделиться и действовать согласно нашим сильным сторонам и нашей готовности решать поставленные задачи.
Саша наконец отставила чашку.
- Хотя я сама считаю, что самая большая опасность исходит от Вед'Авы, не могу не признать, что мы просто не готовы войти в логово Слепца в текущем состоянии. Нужно восстановить запасы Эфира и, желательно, найти что-то, что позволило бы нам обойти по крайней мере часть его ловушек. Также я считаю, что туда нам лучше бы отправиться всем вместе... А потому следует отложить эту экспедицию ненадолго. Пока же я предполагаю заняться тем, что не потребует лично от меня траты Эфира и, вероятное, боевых столкновений: отправлюсь к Городовому на беседу и понаблюдаю за технославами. Возможно что и одновременно.
-
- Я буду за богадельней присматривать, - предложил Горн. - Очень уж хочется самому увидеть, что же там за загадка скрыта в технославах этих. Если что, охотников отвлеку.
//Архип, Федор и Жорж в тему Архипа//
На чем и расстались, но прежде Александру ждало совсем иное. Обещанная встреча с хийси в купальнях настала, и Аня с сомнением смотрела на свою спутницу, которая собиралась увидеть речных духов, собирающихся со всего города. Вторая Саша в это время принаряжалась на встречу с Городовым.
- Занятно, что когда вы между собой беседуете, то говорите не как люди, - заметила неожиданно фон Людвиговна. Саша удивленно посмотрела на неё. - Ну, речь ваша строиться иначе, будто прямая более и какая-то иная... Но не как у деревенских мужиков, а даже... не знаю.
Она задумалась, пытаясь поймать мысль, и вплела её в каламбур.
- Ваша слова временами звучат так, словно не от этого времени. И когда я с вами всеми нахожусь и мои - тоже.
- Так и есть, - согласилась Александра, поправляя шарф. - Говорят, что в ангелах, да и в нас много от грядущего. Есть даже такие, что утверждают, будто бы Творец Незримой Стали живет не как мы, а в обратном течении реки времени. Для него наше завтра - вчера случилось .
Я, понятное дело, в это не верю, иначе выходило бы, что все ему заранее известно, и все предрешено. Но время нам, как и всему, что Демиургом сотворено было, и впрямь больше чем людям открыто. Твои видения например, да и всякий богоизбранный может в грядущее временами заглянуть. Видимо, и слова наши иногда из иных дней, которые мы, надеюсь, застанем.
- Мне с которой тобой идти? - спросила Аня, видимо, не в силах самой принять решение. - К ангелу этому или в купальни?
- Ты вчера совсем истомилась, - напомнила Саша. - Сперва ночь, что мы в купальнях провели, затем день в мире духов. Хорошо, хоть ночь спали, да и сегодня день в делах революции прошел. Пойдем в купальни, отдохнешь. Одна из девиц тебе массаж сделает, поспишь пока я побеседую с хийси.
- Кто же от такого откажется, - вздохнула Аня, - но вдруг я тебе с ангелом нужна буду? Предчувствие у меня, что куда не пойду сегодня, хоть так, хоть иначе на что-то влияние окажу.
-
- Послушай, Аня.
Александра подошла к девушке и взяла её руки в свои.
- Я понимаю, что ты хочешь быть мне полезной и очень это ценю. Но... мы обе с тобой изменились... и теперь у нас другие отношения. Глубже, искреннее... Моя любовь никуда не пропадёт, тебе не нужно постоянно заслуживать её. Поэтому подумай скорее о том, что лучше для тебя. Если ты чувствуешь себя в силах, то я буду счастлива вместе с тобой навестить Архангела. Если же нет...
Женщина улыбнулась, отпуская руки возлюбленной.
- ...то тебя ждёт массаж.
По правде говоря, разговор с хийси ввиду того, что было им теперь известно, большого интереса не представлял: вскоре ни одной из них не станет в любом случае. А вот Архангел, сама возможность заставить ангела пасть... Но ничто из этого не стоило мук Ани, а потому даже просить о помощи она не стала.
-
- Тогда лучше на массаж, - облегченно вздохнула Аня, наконец-то определившись. - Может, в следующий раз и стоит пойти к ангелу вдвоем, чтобы показать ему, чего он в служении своем лишен. Но сегодня я бы и впрямь уснула в одной из комнат "Купели".
Карета унесла их на северо-запад. Выскользнувшая через полчаса вторая Александра на вызванном извозчике отправилась к Михайловской площади. Ходить пешком в одиночку для дамы в такое время было очень опасно.
Все это место с приближением вечера дышало болезненной отравой. Если и имелась территория, которая идеально подходила для собраний, но пустела после заката, так это именно она. Близость чуждого мира, извращенного даже не по людским меркам, а по законам какой-то потусторонней вселенной, разгоняла людей лучше любых угроз.
Павел Евгеньевич, квартиру которого она искала, похоже, распрощался с жильем. Чужая квартира, перемещенная в обогревший фрагмент дома, стояла пустой. Двери кто-то сломал, мебель - вынес, так что Саше оставалось лишь развернуться и уйти в направлении отделения полиции, где он ночует. Она знала, что когда-то в этой квартире жила семья, но в момент переноса их убили не разобравшиеся ангелы - а потом место необъяснимого преступления попросту забросили. Городовой поселился на работе, тем совершив первый шаг в переменам, а это жилье разграбили мародеры.
Однако было здесь что-то еще, ей не сильно понятное. Чувство, будто она не одна, и Саша, повинуясь подозрению, призвала чутье эфира.
Существо, стоящее внутри, словно отлили из ртути. Оно было в рост человека и его пропорций, хотя и безлико, и за спиной сейчас уныло повисли переливающиеся радужными красками крылья. Пальцы, Саша знала, превращаются в отвердевшие ножи, однако нынче в позе обитателя пустой гостиной не ощущалось угрозы.
Это был ангел-охотник, и в иной ситуации она бы подумала, что пришла прямиком в западню. Но тогда он бы был повернут отсутствующим лицом к двери, а не не уставился пол, с которого кто-то унес ковер. Охотник словно спал на ходу или думал - то есть делал то, чему точно не обучен...
...Сегодня было много мужчин, но они, в набедренных полотенцах, глазели не на Сашу и Аню. Потому что в набитом общем зале, чувствуя себя, как рыбы в воде, с гостями болтали не только девицы Ликии, но и тринадцать женщин, обмотавшие на манер тоги свои тела, но при этом словно вот-вот готовые сбросить ткань прямо при всех. Русалки наслаждались беседой, и среди них не было ни одной, кто бы выглядел старше тридцати. Даже те, чей возраст превышал рубеж, фонтанировали здоровьем и приятной внешностью, видимо, помолодев после одержимости. Самой младшей едва исполнилось по виду четырнадцать.
Анжелика и Даурий беседовали сразу с тремя барышнями, одной из которых оказалась Полина. В этот раз дяди с тетей не было рядом - одна река знает как удалось одурманить их настолько, чтобы отпустить девушку в такое время сюда. Может, кто-то из хийси сыграл роль наставницы по пансионату, уведя под свою ответственность?
Мужчины не замечала гостий, увлеченные новыми знакомыми, чьи жесты и взгляды намекали на возможность провести ночь не только в массаже. На этом фоне даже здешние девицы терялись - в хийси было та самая новизна, которая очаровывала в гимназистке, естественность и чуждость в неуловимом смешении чувственности. И все же, когда все хийси следом за Полиной дружно повернули голову на двух вошедших и сменивших одежду на полотенца женщин, так же невольно поступили и мужчины.
- Рада вас видеть, - судя по улыбке Анжелики, все шло отлично. - Наши гости решили появиться раньше, так что мы уже изложили друг другу самую суть. Они знают, кто мы - это достойная плата за использование нашего заведения, как места встречи.
- Сестра Серафима, - представилась женщина с тонкими чертами лица, которой явно подошло бы монашеское платье. Её глаза, как и глаза всех прочих русалок, были непроницаемыми в своих затаенных мыслях. - Значит вы, так поразившие Шестую, из рода наших отцов. Это многое меняет, упрощая грядущую беседу.
Аню она окинула таким же ничего не выражающим взглядом.
- Не понадобится объяснять вам, от чьего имен мы говорим, и чего хотим. Склонитесь перед новым хозяином города, и он возвеличит вас. Не вмешивайтесь, и он не обратит на вас внимания. Пойдите против него, и поймете, что обрели врага, с которым не совладал даже ваш Создатель. Все просто, Александра. Мир изменился, и теперь он не ваш, но вы можете найти в нем достойное место. Из всех хозяев этот едва ли не лучший, потому что не меняет подданных ни к худшему, ни к благу. Он даст вам просто жить, выплачивая древний долг.
-
- Приветствую.
Саша охотно села для беседы, нисколько не смущаясь. Бесстыдство было одной из немногих черт демонов, которую она считала однозначно полезной и для людей.
- Мир действительно изменился, однако...
Женщина улыбнулась. Эти хийси были либо болезненно наивны, либо упорно делали вид.
- Пока мне хотелось бы понять, что именно вы предлагаете. И чего хотите с нашей стороны.
-
- Здесь будет один из храмов, - присела рядом на лавку общего зала, укрытую полотенцами и знаменующую диван, её собеседница, Анжелика и Полина. Последняя оказалась будто незначай рядом с Сашей, прижавшись бедром. Даурий постарался, мебель была мягкой, будто плетеной, хотя сделана из досок. - Один из тринадцати, что станут пить жизни людей, накрыв весь город. Мы предлагаем вам стать его жрицами. Это означает делать то, что делают слуги вашего врага - хранить и помогать работать.
- Ваши Машинерии вместо Мучителя, - улыбнулась Ликия. - И что это дает?
- Защиту, - ответила Серафима. - Если вам кто-то станет угрожать, он вас убережет. А вы поможете ему взимать с людей долг.
- Хотелось бы кое что уточнить, - держа в поле зрения Аню, которая и сама сообразила, где безопаснее и держалась поближе к Даурию, медленно произнесла Александра. - На что вы вообще рассчитываете? Машина нанесет удар, и у него немало слуг. Даже среди таких, как мы. Рождение вашего хозяина основано лишь на том. что его постараются пощадить до последнего ради выгоды, а потом все как-то обойдется. Но полно, это же наивность большая, чем у тех революционеров, что ждали перемен в надежде на шанс.
- Если про вас узнали мы, то узнают и все прочие, - поддержала её Анжелика. - Уверена, они уже готовят свой удар.
- Возможно даже притворяясь вашими друзьями, - в "послание от Невы" это ложится идеально, грех не воспользоваться. - Я хочу сказать, что ваши слова уместны, когда хозяин родится. Но сейчас это, простите, наивные фантазии.
- Всегда есть то, что не учтено, - согласилась Серафима. - Но это работает в обе стороны. Если мы не может учесть все, то и они - тоже.
Это настораживало. Нева раскрыла ей все свои тайны: расчет на хийси, на два агенства, на то, что мышление слуг Машины будет изменено аккуратным внушением, которое река накладывала годами. Хорошо, по мнению русалки ей из этого должно быть ведомо лишь первое. Но ведь Агенства, согласно лже-посланию, предали, значит козырей нет вообще. Сейчас хийси должны разве что отчаянно выкачивать жизни, передавая роженице, но это требует время. Так что же осталось у Серафимы в запасе, чего не знает даже её создательница?
- Саша, будьте с нами, - взяла её за руку Полина, нежно сжимая пальцы демона. - Вы сделали невероятное три дня назад. Я даже подумать не могла, что вселяющее ужас может, предшествуя питающему, делать удовольствие ярче. Я рассказала все сестрам, и они считают, что мы можете вообще избавить меня от страха перед Запретом. А я, запомнив, - ведь я помню все идеально, - научу их.
Это невозможно, подумала Саша. Аня объясняла ей - дух может в редком случае сменить один Запрет на другой, но от Запретов в целом не может избавиться так же, как не способен на это богоизбранный. Эти хийси так наивны... хотя формально они подразумевали эти два конкретных Запрета. От которых она может с помощью местных избавить их, если пожелает, укрепляя над Полиной свою власть. То, что появятся два других Запрета - не её забота.
-
Либо они были невероятно наивны, либо невероятно опасны и она пока не вполне понимала, на что именно хийси надеялись. С другой стороны, здесь и сейчас она их остановить не могла, а это значило, что разыгрывать из себя союзницу реки ещё какое-то время было бы разумно... По крайней мере до тех пор, пока она не выяснит, в чём заключается секрет их уверенности. И Полина...
Саша повернулась к девушке.
- Я с удовольствием помогу вам освободиться от этих запретов, милая.
...сама расскажет ей всё. Разумеется, позже, когда покорность молодой леди ей достигнет пика.
- Жреческие обязанности меня не страшат. При этом ваш бог никак не станет влиять на расстановку сил в городе?
-
Стоящий в заброшенной квартире ангел наклонился к полу. Коснулся радужными пальцами впитавшейся сажи, и те окрасились алым. Затем приобрели свой обычный цвет, когда существо подняло руку. Охотник повернулся, и Саша отступила в парадное, шагая вниз по лестнице. Она просто гостья, она не видит это создание, приходящее в разоренную квартиру. Которое, кажется, сожалеет. И возможно скоро Падет, раз уже начало осознавать бессмысленность смертей. Кто-то, вроде Прогефеста, которого она и не знала, достиг своего финала, а этот охотник только начинает путь к Падению. Жизнь продолжается...
- Нам не интересно, кто из вас с кем воюет, - ответила Серафима. - Это ваши дела, не наши. Правьте городов, как хотите, живите по своему - просто выплачивайте старый долг.
- На нас он тоже распространится? - уточнила Анжелика. - Или только на людей?
- Вы тоже живете здесь, - сказала русалка без промедления. - Платят все. Но для вас это вряд ли будет обременительно. Вам смерть от болезней не страшна.
- Как и многое другое, - улыбнулась Александра, вставая и взяв за руку Полину. - Пожалуй, не будем терять времени. Не волнуйтесь, а я верну вам эту милую девочку в целости и сохранности.
Только послушной, пообещала она про себя. Очень послушной.
...В этот раз с ней пришел Даурий, что хийси вряд ли было важно. Полотенца девушка сбросила без стеснения, с предвкушением глядя на демона так, будто он ей сейчас овладеет.
- Первый урок вы прошли, юная барышня, - тоном университетского профессора, за которым скрывалась едва уловимая ирония, заметил Даурий. - Второй очень прост - в прошлый раз вы просто терпели, не давая ничего взамен. Александра захочет стараться лучше, если вы в процессе станете называть её госпожой и обещать слушаться.
Саша многообещающе улыбнулась девушке, ощущая, как и её саму охватывает возбуждение от предстоящего. Аня сейчас засыпает под заботливым массажем, а тут чувства готовятся кипеть клокочущей лавой...
- Считайте, что это замена ответных ласк, - Даурий положил поближе полотенце, проверил веники в ведре. - Она дарит вам радости тела, а мы ласкаете её разум этими словами. Саша, используй ту же мелодию, но в этот раз наша гостья будет лежать на спине.
- Какую мелодию? - не поняла Полина, но палец Александры коснулся её губ.
- Послушные девочки не задают своей госпоже вопросы, милая. Просто доверься мне, и все будет еще приятнее...
...Она повторялась и одновременно - нет. Привязывала полотенцем к кровати, медленно массировала, сначала избегая задевать грудь, а после лишь самую малость легко касаясь её. Прутик хлестнул по пяткам, потом стегнул выше колен, у самых бедер, заставляя русалку стонать и выгибаться всем телом. Жесткая щетина опускалась по груди и пальчики разглаживали оставленный ею след. Пощипывая, лаская, опустившись поцелуем...
- Я буду слушаться, - задыхаясь, повторяла Полина, дергаясь от неумолимых рук, опускающийся вместе с массажным маслом все ниже по животу. - Пожалуйста, госпожа... я буду слушаться... буду... слушаться...
- Бережно, - протянул ей плеть Даурий. - Начни с живота и очень легкими ударами смещайся выше. Не торопись, не забывай про ритм. Потом между бедер - еще нежнее...
...Павел Евгеньевич оказался в участке, куда Саша вошла затемно, прихватив Эзофа в качестве живого пропуска. Капитан в отставке, нынче имеющий связи с новым правительством, позволял чувствовать себя как дома даже в Думе.
Городовой отыскался в кабинете, из которого уже ушли все следователи. Кроме ночных дежурных и солдат, охраняющих поредевшие ряды полиции, полицейское отделение было пустым. Никто не знал, кого нынче можно арестовывать, кроме ярых преступников - очень многих жандармов и городовых просто убили под шумок осмелевшие банды. Верили в нового царя, но великий князь погиб, и служители закона с наступлением ночи спешили по домам, прекрасно понимая собственную уязвимость.
- Чем могу помочь? - в смертном облике ангелу бы дали между тридцатью и сорока. На тонком лице выделялись лишь тонкие усики да зачесанные назад волосы. Да еще задумчивый взгляд, нынче кажущийся самоотреченным. Судя по кипе бумаг, Городовой пытался зарыться с головой в понятные ему дела, чтобы не думать о том мире, из которого все больше и больше выпадал. Смерть Псаря, как Жорж предполагал, наверняка вызывала сильное потрясение - но внешне это было никак не понять.
-
Пальцы Александры в этот раз были уверенней, не просто повторяя за мастером, но ловя мелодию самой, ощущая её и позволяя ей направлять каждый жест, что, в свою очередь, позволяло ей делать движения, на которые раньше она просто не была способна. Саша ощущала себя талантливым музыкантом, который уже способен не просто повторять чужие ноты, но и, оставаясь в рамках ритмики, вливать в музыку собственную страсть. И то, что её инструментом была очаровательная суккуба только добавляло эмоций той симфонии, которую она создавала. Стоило этой девочке только понять, что именно она делает. Но она не поймёт и вскоре маленькая чертовка будет принадлежать ей...
************************************
- Здравствуйте, Павел Евгеньевич.
Женщина сама пригласила себя сесть напротив ангела. Теперь, после перерождения, она смогла найти в себе ощущение сочувствия к врагу, сидящему напротив неё. Врагу запутавшемуся, но находившемуся на грани самого сложного, но и самого прекрасного события в его жизни.
- Или вам будет приятнее, если я буду звать вас Городовым?
-
Все закончилась криком, переходящим в долгий, журчащий стон. Покрытая потом Полина лежала, все еще подрагивая и бессильно закрыв глаза. Рука Даурия опустилась на лоб хийси, погружая в сон.
- Русалки хотят начать войну, - сказал демон, когда оба бесшумно вышли в коридор, прикрыв дверь. - Не имея для этого сила, и не умея убивать, бросят вызов тем, кто учился подчинять других годами. Это политика, и не мое дело, но если хочешь сохранить Полину, то после третьего раза забери с собой. Потому что её сломают, как сломают остальных.
- У хийси, по твоему, нет шансов? - Саша не дышала тяжело, но только потому, что была демоном - пережитое возбуждение кипело не в крови, а в душе. - Они же полдухи, их даже Запрет не уничтожит.
- Любое другой дух выпьет их силу и сожрет, а те, кто учились приказывать людям, подчинят и незримые силы, - уверенно ответил грузин. А потом, глядя с легкой улыбкой куда-то сквозь стены, добавил. - Нам уже недолго осталось в этом мире. Мы раскрыли тайну Киры.
- Как? - поразилась Саша. - Вы можете её вернуть??
- Можем, - пообещал Даурий. - Кира и сама пыталась бороться. Она ищет людей, которые способны, пройдя через смерть, найти лазейку в печати Мучителя. Слезы, что травят - это не от Него, а от неё. Все, кого она убивала, это единственный оставленный способ её спасти.
- Но она пыталась даже Аню отравить...
- Потому что все в определенные моменты недолго способны войти в резонанс с печатью, - пояснил демон. - Когда это происходит, Кира их ищет, даже сама не осознавая, что делает. Дает выпить слезу, в скрытой надежде, что кто-то возродит их, вернув душу из царства мертвых. Такая инициация наделяет их ключом к её оковам. Но даже если такого человека и возродят, что наверняка не раз бывало, они не понимают, чему были свидетелем. Если бы знали, им не составило бы труда разрушить печать. При всей своей силе она уязвима для любого человека.
- И что же вы сделаете?
- Возьмем любого, кого она изберет следующим, и объясним ему все. А потом, когда он или она умрут, воскресим. И на том история Зеленоглазки закончится. Кира обретет свободу.
...Глаза ангела были холодны, но одновременно уставшими. По-человеческими уставшими, и тем не менее пронзительными.
- Я Городовой, - словно черпая силу в этом прозвании, за которым наверняка скрывалось ангельское имя, произнес он. - Важнее, кто такая вы.
- Нет, важнее кто вы, - улыбнулась Саша. - Лучший сыщик, раскрывший больше сотни дел, о чем никто не знает. Вы отдавали подсказки другим умам, позволяя восходить по вам, как по ступеням. Над какой загадкой вы бьетесь сейчас?
- Над той, каким будет Его скорый удар, - интонация вполне передавала, о ком ангел говорит. - Прорыв фронта, что обрушит новую власть. Хаос, нужный Ему.
- Но весь ли хаос от него? - качнула головой Саша. - Например, ваша недавняя гибель, о которой я неслышна? Какой в ней смысл? Ведь он мог вам приказать просто не вмешиваться. Или поражения других.
- Чтобы дать уверенность нашим врагам, - разумеется, во вселенной Городового все причины сводились к одному кукловоду. - Чтобы они поверили в свою силу и разорвали этот город и друг друга так, как нужно Ему.
-
- Я благодарю вас за предупреждение и, разумеется, заберу девочку с собой. Вы думаете она не утратит себя, когда погибнут остальные?
В словах старшего Нескованного она не сомневалась. Тот не верил в то, что у хийси был хотя бы один шанс и. значит, она тоже не верила в это. Разумеется, это значило, что заниматься ими больше не имело смысла: их глупая война погубит их вернее, чем любое задуманное ей средство. Тем не менее, оставался вопрос с тем, кто от этого выиграет.
- И что будет с городом, когда они исчезнут? Машина заберёт всю силу погибающей Вед'Авы?
Саша улыбнулась, коснувшись руки Даурия.
- Я счастлива за вас и мне только жаль, что я не сумела помочь вам в спасении Киры. Тем не менее, прежде чем вы окончательно исчезнете, я просила бы у неё одну последнюю беседу. У меня есть и другие, кто многое бы дали, имей они возможность задать ей пару вопросов.
В ответ на невысказанный вопрос, если только он не знал ответ ещё раньше, женщина пожала плечами.
- Для того, чтобы победить врага, нужно его изучить. Кроме того, я хотела бы и просто... понять Машину. По человечески. И, конечно, я хотела бы проститься с Кирой. Может прозвучать странно, но из-за пророчеств и её попытки убить Аню с ней было связано столько эмоций, что она стала мне почти родной.
*************************************
Саша с улыбкой покачала головой.
- Вы сыщик, Городовой, а говорите как один из человеческих верующих. Вам это не к лицу. Вся ваша суть в поиске ответов, вы были создана для того, чтобы знать точно, а не принимать на веру. А сейчас от старой уверенности, от предсказуемости происходящего не осталось и следа. Я вижу и знаю это. Наверняка вы даже сейчас ощущаете истинность этого утверждения, хоть и закрываетесь новыми делами чтобы только не допустить тех мыслей, что кажутся вам крамольными.
-
- Конечно, вы поговорите, - эта история проходила мимо, но нельзя объять необъятное. Как бы не хотелось, что-то просто шло своим чередом, и древние демоны, найдя свою потерянную семью, справились сами. - Полина будет раздавлена, и вам придется искать ей смысл жизни. Она учится слушаться не для того, чтобы потом подносить вам платье. Вам придется научить её, как люди учат своих детей. Да, она уже юна, но немало девушек жили в плену иллюзий дольше, чем она - и все же переучивались. Вдобавок я думаю, в финале вас ждет еще одна беседа. Когда мы станем уходить, я соберу тех, кого знаю в вашем городе. Думаю, им будет интересно вас выслушать.
- Думаете, они станут? - она понимала, о ком речь. Слухи про демонов. приезжающих в Париж, чтобы у него учиться. Возможно это будет рандеву с врагами, которых связывает нынче разве что один город и один бывший знакомый. - Если я правильно понимаю, это...
- Несколько Властелинов Мира, - улыбнулся Даурий. - Одна из тех, кто называл себя Чертежником. Один из тех, кто зовется Продавцом Воздуха.
- Продавцы предатели, Даурий.
- Я знаю, - кивнул он. - Когда-то один из них учился у меня. Он думал, что сумеет создать Агентство, которое устоит, но их развратили незаметно. Ценой мелких уступок... то, что мы с Ликией обошли, оказалось для них фатальным. Не все из пятнадцати предатели, но он - да. Убежденный, что иначе нельзя, и ты его не переубедишь.
- Тогда зачем мне с ним говорить?
- Чтобы он поверил, что в итоге ты пойдешь тем же путем, - в глазах Мятежника словно угасал свет светильников, как в бездонной пропасти. - Саша, как бы ты не была сильна, одна против всех ты погибнешь. И будут убиты те, кто идут за тобой. Я понимаю, что будь это история, в которых злодеи повержены, а герои торжествуют, ты бы одолела всех. Но это реальная жизнь, и против тебя десятки более старших и опытных врагов, которые пока что пытаются использовать тебя. Войди в ряды сильных, пусть они видят тебя своей соперницей и игроком, и однажды, постепенно, у тебя будет шанс остановить всех.
- Ты бы мог сам...
- Мог, - перебил он женщину. - Но не буду. Это мое самоотречение даже от тех, к кому я привязываюсь. Ад невозможен без жертвы, а я и так тебе помог больше, чем всем, кто был до тебя.
Слушай внимательно. Стань лицом малых Агенств в глазах великих. Продавец будет верить, что ты тоже однажды сдашься - поддержи его веру. Властелины... они, как и ты, видят себя героями. Но они уважают меня, и, увидев тебя со мной на прощальном ужине, решат, что ты однажды примкнешь к ним. Поддержи эту веру. Чертежники... они предатели, но и союзники.
- Это как? - вспоминая беседы с Червами, уточнила Саша. - Они всегда казались бесполезными и мелочными в попытке всех поссорить.
- Можно называть их двойными агентами, - пояснил Даурий. - Они выполняют заказы Машины, и изображают, что всех стравливают и подставляют по мелочам. Но они же отводят от вас серьезные угрозы. Им можешь ничего не объяснять - они оберегали тебя эти месяцы, даже когда ты считала, что это твои злейшие враги.
А ведь Агентства - это не только эти, но и другие демоны со своими целями, и их совокупные взгляды определяют поступки всех. Тебя ждут годы интриг, и эти годы многому тебя научат. Или сломают. Или уничтожат. Это жизнь, Саша, и она не будет гладкой, и не закончится "они победили и жили долго и счастливо". Никто никогда не скажет тебе, что будет потом, но мы с дочкой хотя бы даем тебе возможность, чтобы это было...
...
- Я не верю в хаос, который не имеет в своей основе порядка, - качнул головой Городовой. - Да, сейчас и впрямь кажется, будто все вышло из привычных берегов. Но это должно быть запущено с целью, и будет с умыслом перехвачено. Он бы не сумел править от начала времен, если бы не справлялся с подобным. Все послужит...
-К вящей его славе? - усмехнулась Александра. - Это опять вера людей, а не разум. Скажите, был ли Творец, когда не было ни одного человека? Был ли он, когда не было и этой тверди и этих небес? Не как человек скажите, а как ангел, который не может мыслить одной лишь верой.
- Вы - враг, - бесхитростно ответил сыщик. - Вы пришли убедить меня Пасть.
- Вы не знаете, - ответила за него Саша. - У вас нет сведений, был ли он тогда. А если его не было, то откуда уверенность, что он превыше всего и всех? Что он альфа и омега, а не просто сила, которая пытается обратить все не зависящее от него к себе на пользу? Вы не знаете. Каким он будет через тысячу лет? Вы не знаете. У вас нет ответов, и вас сделали умным. Но думать запретил не он, а вы себе сами.
- И что вы предлагаете? -мрачно посмотрел на Сашу ангел. - Выбрать отказ от всей веры? Примкнуть к войне, которая за тысячу лет доказала свою бессмысленность?
-
- А ей бы очень пошло подносить мне платье...
Саша усмехнулась. Разумеется, девочка не должна была стать обычной слугой. В конце концов, разве можно просто использовать человека или духа, видя от него такое искреннее обожание? Наверное, Ангелы на это способны, но именно потому она всегда их и презирала. Именно равнодушие всегда делало их самих всего лишь инструментами. Даже Хирург, самый нечеловечный из тех, кого она знала, возвышался над своими бывшими коллегами за счёт того, что у него были собственные, личные ценности и чувства. Пусть и не к людям.
- Но, я думаю, что смогу ей помочь. В последнее время у меня появляется опыт в поиске смыслов.
Каким этот смысл мог оказаться для Полины женщина пока не представляла, но не сомневалась в том, что обнаружит его, когда сможет безопасно открыться хийси. Намного больше сомнений вызывало видение Даурия политической ситуации.
- Я никогда не видела себя героем, Даурий. Пусть в подобные глупости верят Властелины, которым это нужно, чтобы оправдывать то, что они делают. Я, к счастью, в этом не нуждаюсь. И я никогда не верила в "долго и счастливо". Именно поэтому ваше видение Ада меня не прельщает. Это жизнь и, пока ты жив, у неё нет общего итога, нет единого урока. Только развитие, только новый шаг, а за ним ещё один....
Даурий полагал, что оказывает ей услугу своим планом. Сама Саша не была в этом уверена. Но это была возможность...
- Проблема с вашим планом, Учитель, заключается в том, что иллюзию контроля поддерживать долго невозможно. Особенно в кругу предателей. Без рычагов влияния на все эти мелкие Агентства мне не стать их лицом и не войти в круг игроков. Даже просто их уважения к моему новому опыту и силе будет мало. Но это возможность и за неё я благодарна.
**************************************************
- Тысячи Нескованных обрели свой Ад на этой войне, множество планов Машины было расстроенно, миллионы событий, мелких и крупных, пошли по совсем иным сценариям... Был ли в этом какой-то смысл? Очевидно был - для тех, кто делал всё это. Очевидно был, ведь мы живём в мире, в котором Творец Стали неоднократно проигрывал. А ваш собственный смысл сможете найти только вы сами... У меня нет для вас лёгких ответов. Но у меня есть для вас возможности найти правдивые ответы. Отказ от веры - это просто отказ жить во лжи, Городовой. И если на этом пути вам нужна будет помощь, то я к вашим услугам.
-
- Мы же демоны, - напомнил Даурий. - Вспомни, как мы покупаем души людей. Ты даешь им то, что тебе даже не принадлежит. Так отчего бы не повторять то же самое с нашими собратьям? Властелины торговали связями, Продавцы - эфиром. Ты можешь торговать тем, что делаешь невозможное. Побеждаешь богов и помогаешь древнейшим спасти своих.
- Я не помогла вам, Даурий.
- Но они поверят в это, когда Кира очнется, - пожал плечами грузин. - Они поверят в то, что ты можешь покорять души, которые не может никто другой. Они поверят в уничтоженных неостановимых ангелов и сломанные прежде неодолимые Машинерии. Ты не будешь сильнейшей, но ты будешь непредсказуемой в своих возможностях для них. И тем самым будешь полезной, когда даже предателю будет необходимо что-то невозможное. И тогда к тебе пойдут все. Ненавидя, завидуя, мечтая увидеть твой крах, но и ценя.
- Я буду ресурсом?
- Да, ресурсом, который глупо уничтожать, - подтвердил демон. - Который будут стараться аккуратно переманить, развратить или убедить в бесполезности борьбы. Ты мечтала просто возглавить прочих, но тогда бы стала еще одними Властелинами. А так - вспомни, сколько всего, что другие считали немыслимым, под твоим руководством сделали. И пусть они верят, что ты сделаешь еще больше. Тогда, не будучи формально во главе, ты будешь незаменимой в жизни этого города. Ты будешь им вечно нужной... а значит, и главной.
***
- Миллион истин вместо одной, - сказал он, и тени падали на лицо следователя, словно пытались впитаться в его кожу. - Мне нужен порядок. Я знал, что и зачем делаю. В мире, который вы предлагаете, не будет таких ответов. В нем я буду одним огоньком из множества свечей, пытающимся согреться собственным светом.
- Не обязательно собственным, - заметила Александра. - Я знаю, у вас были ассистенты. Один сибиряк, например. Он вас считал другом и наставником.
- Влас Кочеда Кылым, - кивнул полицейский, чей закон был превыше всех земных судов. - Его растили на родине, изменяя разум. Аккуратно обучали восходить до вершин, которые человеку не достичь. Я должен был завершить обучение, но его сломали. Те, кого называют Террористами, пытали его и свели с ума. Можно было вернуть разум, но не то, что было вложено. Я отпустил его к другим бесполезным, но приносящим пользу.
- А вам бы хотелось однажды увидеть, как далеко смог бы кто-то пройти, если бы его не ждала гибель или безумие? - ощущая, что нащупала что-то, тихо спросила Праздник. - Изменять людей не как пшеницу, что ждет час жатвы, а словно поливая растущее древо? То, из семян которого поднимется лес? А в лесу этом появятся звери, и птицы прилетят свивать гнезда, и придут люди за плодами...
- Замолчите, - попросил он, и Саша поняла - свершилось. Вот так мимоходом, без сгорающих крыльев и низвергнутых с небес, просящий о том, чтобы она не говорила, уже не будет прежним. Процесс начался и он необратим, как необратимы были её первые чувства к Ане, разрастающиеся любовью.
- Я замолчу,пообещала она. - Но буду рядом. Потому что помню, как это, когда все прежнее уходит больше и больше. Я дам вам то, что не дали мне на этом пути. Поддержку...
...Он будет с нами к концу марта, думала она. К концу месяца решится все, и раннюю Пасху встретит совсем иной город. И теперь оставалось только решить, как провести этот месяц...
-
Дела были сделаны. Она заберёт Полину в следующий раз и убережёт девочку, научив тому, чтобы жить и преуспевать самостоятельно, поможет ей обрести новый смысл чтобы заполнить опустевшее сердце. Она встретиться с Кирой и, возможно, поймёт что-либо о Машине и том, как его победить. Она договориться с малыми агентствами... Конечно, это было не тем, чего она хотела, но это было начало... Если она смогла заронить сомнения в Архангела, то и с ними как-нибудь должна справиться. А бывший Городовой, пусть пока ещё он и носил это имя... Его она собиралась заполучить в свою маленькую организацию, которую теперь постарается создать. Все, с кем уже работала с начала этого года, с кем ей удалось добиться многого за столь короткое время. Впрочем, всё это могло подождать. И её восхождение, и её попытки понять Машину, и даже более человеческие дела... Ей нужен был сон и, придя домой, Александра позволила себе расслабиться.