Печать

[Holod]

   30.05.1669AV

   Это был последний день весны. Весны, которая закончилась еще вчера, и продлится еще до завтра. Это был тридцатый день месяца Квинта, один из двух дней месяца, который по какой-то странной прихоти древних ученых-церковников, не принадлежал людям, а был отдан Теусу. И даже здесь на Соройе, в одном из самых северных пределов известного мира, откуда до Кастильи и сердца всей Витицианской Церкви были многие месяцы пути, чтили этот день. Кто действительно из уважения к Создателю, кто из простого желания добавить хоть немного праздника и веселья в скучную однообразную жизнь, а некоторые, особенно острые на язык, приговаривали: «Творец дал нам все наши дни жизни, неужто нам, праведным детям его, увиливать от десятины за такой щедрый подарок?!!», частенько превращая свой довод в тост под дружный хохот собутыльников. Почти во всех уголках Теи, этот день считался если и не праздничным, то уж выходным точно и ничего важного в этот день старались не начинать, даже не самые набожные люди. Как потом объяснять, что ЭТО, что бы сие ни было, началось в день, которого даже в календаре нет? И, тем не менее, эта история началась именно в такой вот день. Когда праведные молятся, неправедные кутят, а все остальные, которых обычно набирается больше всего, разрываются между первым и вторым. Странный день, как раз подходящий для начала странной Истории.





   Бенисио и Морган.

   Единственным источником света в гостиничной столовой, занимавшей весь первый этаж, были распахнутые настежь окна, впускавшие в обширное помещение свежий морской воздух, но немногие посетители особо и не роптали на скупость хозяина. Все наслаждались, первыми теплыми деньками, так поздно наступившими в этом негостеприимном северном краю и портить запахом прогорклого лампадного масла, аромат настоящего открытого моря, в кои-то веки пробившийся сквозь извечный смрад, сопровождавший любой портовый город, благодаря весеннему ветру, не спешил никто.
   По утреннему времени посетителей в зале было немного. Почти все гостиничные комнаты верхних этажей занимали члены археологической экспедиции, и большая часть из них уже собрала свои вещи и направилась к причалам, грузится на корабль, отплытие которого было запланировано на завтрашнее утро. И поэтому занято было всего три стола, самой шумной компанией была группа вестенманнавньярцев, или попросту вестенцев, откровенно бандитского вида, и которые, не смотря на столь ранний час, была уже весьма навеселе и судя по постоянно курсирующей между кухней и их столом официантке, подгоняемой звонкими шлепками чуть пониже спины, свой праздник они только-только начинали. Возле выхода устроилась пара вендельских торговцев, явно обсуждающих какие-то свои торговые дела, и то и дело бросающих презрительные взгляды на своих не в меру буйных «соотечественников», хотя уходить и не торопились. За третьим же столом размещались те самые припозднившиеся участники экспедиции, которые, судя по всему, решили напоследок, побаловать себя нормальной едой, перед неизбежной «корабельной диетой» в плавании. За столом сидело четыре человека и если бы не луженые глотки вестенцев, привыкших перекрикивать даже снежную бурю, то она вполне могла переплюнуть первых по части «шумности». Вернее шумел за столом только один. Благородного вида старик в дорогих одеждах, явно выдававших в нем кастильского дворянина, со свойственной его народу экспрессивностью, что-то вдохновенно рассказывал своим спутникам, совершенно не заботясь о том, что его мог услышать кто-то другой в зале.
   - Вот вы можете мне не верить, а я все равно скажу, наш поход просто обречен на успех! Да еще какой! Это ведь тянет не меньше чем на открытие века! Никому неизвестные руины працивилизации, а значит еще не разграбленные этими глупцами «землекопами». Ах, какой непоправимый вред нанесли эти варвары продвижению науки своей жаждой наживы. Пусть гер Груббер и далек от науки, но вы господин МакКвинн, как человек образованный, да к тому же еще и схоласт, должны осознавать всю важность нашего предприятия…
   Сурового вида мужчина, с Айзенскими воинскими знаками отличия, все это время бессовестно дремавший, опершись о стену, опасно балансируя на двух ножках своего табурета, при упоминании своего имени, лишь дернул бровью и выдал нечленораздельное «Ухумф!». Тот же, кого кастилец назвал МакКвином, изо всех сил старался делать вид, что ему интересны излияния старика, хотя давалось ему это с трудом и по тому как он поглядывал на двери кухни, откуда должны были принести их заказ, становилось понятно, что эту речь он слышит далеко не в первый раз, а может и не в десятый, и надежда оставалась только на еду, которая могла бы отвлечь внимание словоохотливого археолога от очередной лекции о славе, подвигах и «неоценимом вкладе в мировую науку». Последним же из четверки был высокий парень, хотя скорее его можно было уже назвать мужчиной, смуглая кожа и смолянистые волосы которого также выдавали в нем кастильца. Старика он слушал в пол уха, и потягивая слабое вино из бокала, больше старался смотреть и слушать что происходит в зале, чем за их столиком. Было что-то в его взгляде чистое и жадное к познанию нового, что выдавало в нем еще неопытного путешественника которому еще не приелись все диковинки чужых краев, и он жадно ловил каждую деталь незнакомого ему мира. Хотя, где-то в глубине его любопытных глаз, нет-нет да и проскакивали искорки настороженности, которые выдавали, что детской наивности и идеализма в нем уже сильно поубавилось.

[alex56]

- «Что-то сегодня дон Гусман разбушевался, - думал про себя, потягивая вино молодой кастилец – нужно бы, наверное, проследить, чтобы на корабле было поменьше спиртного, а то его горячность да сдобренная выпивкой нас до добра не доведет».
Допив вино, Бенисио отставил бокал и, вставая из-за стола, проговорил:
- Покорно прошу простить меня, благородные доны, но я вынужден с вами на время расстаться. Долг зовете, мне нужно еще наведаться на корабль и проверить все ли порядке и как идет погрузка припасов.
С этими словами, он, раскланявшись, направился к выходу из таверны, перебирая на ходу янтарные четки. Пройдя залу насквозь, Бенисио распахнул дверь, вышел на улицу, перешагивая порог, вдохнув свежий соленый ветер с моря. Ветер перемен, которые как он надеялся, должен был принести новые открытия, знания и ответы на накопившиеся вопросы.

[Жан Галуа]

С неким намеком на тоску в глазах Морган проводил взглядом Бенисио.
"Ну что ж - война войной, как говорится, а хорошо откушать, покуда таковая возможность есть, определенно надо" со вздохом подумал Кидд и снова обратил свой взор в сторону кухни.
Не увидев направляющейся к их столику официантки, Морган немного подался вперед и, слегка понизив голос, произнес, обращаясь к пожилому дону:
- Кстати, Пабло, еще немного и наша экспедиция будет обречена только на то, чтобы собирать остатки шикарного пирога - чем дольше и громче здесь ведутся разговоры о наследии Сирнетов, тем выше вероятность того, что кто-нибудь зафрахтует корабль побыстроходнее и, даже не имея карты, отыщет нашу цель прежде нас. Да и смиренные дети Ватицина могут устроить нам немало неприятностей, если вдруг здесь окажутся. Я, конечно, со своей стороны приложу все усилия, но вряд ли слово судового капеллана сильно повлияет на них.
Убедившись, что угроза срыва экспедиции, пусть даже настолько призрачная, заставила словесный фонтан иссякнуть, Морган немного расслабился: "Фух. Передышку минут в десять я выиграл, а там, глядишь, и заказ подоспеет"

[Holod]

  Бениссио
  
  Гостиница стояла на небольшой возвышенности, в результате чего прямо от ее порога открываля красиывй вид на большую часть городка и залива ну и, конечно же, на главную достопремичательность всего города - Маяк. Это чудо инженерной мысли, стоящее немного в стороне от остальных построек на высоком скалистом мысу, врезающемся глубоко в море, притягивало взгляд и производило впечатление даже на таком большом расстоянии. Вендельцы хорошо постарались, чтобы второго такого не было во всем мире. Хотя его уникальность послужила и другой неожиданной цели - названия ему так и не придумали, потому что если на северных островах заходил разговор о маяке, то уточнений о каком именно Маяке идет речь, не требовалось.
   Не мощеная, но вытоптанная до каменной твердости, дорожка вела из гостиничного двора вниз к центральным торговым площадям и дальше к берегу, петляя между вестенскими "длинными домами" и новенькими вендельскими особняками, в два, а то и три, этажа.


  Морган

  Похоже Теус внял мольбам Моргана, потому что буквально через пару минут, из двурей ведущих на кухню, наконец, появилась она из официанток нагреженная внушительного размера подносом с их завтраком. Жаркое приправленное мелконарубленой зеленью источало соблазнительный аромат, да и запах свежего, явно только-только вынутого из печи, хлеба, заставил не раз сглотнуть слюну, не евшую ничего с самого утра троицу, пока девушка лавировала между стлолами.
  - Зря Бениссио не разделил с нами трапезу, - пододвигая к себе ближе тарелку со своим куриным бульоном, заметил дон Пабло. - Молодость еще не понимает всей прелести таких вот незамысловатых радостей жизни, как хороший завтрак перед насыщенным днем, им подавай великих свершений и громких побед и лучше чтоб все и сразу.
  - Хех, - все так же не раскрывая глаз и не отраваясь от стены, хмыкнул айзенец, коментируя реплику старика, который сам всего пару минут назад вдохновенно вещал именно про эти самые веикие свершения и громкие победы.
  Вдргу официантка громко и испуганно вскрикнула, и чуть  выплеснув содержимое последнего блюда, которое выставляла на стол, прямо на Моргана. Причиной этому послужил подошедший сзади один из вестенцев и отвесивший ей очередной смачный шлепок по заду. Официантка тут же отскочила со сместью возмущения и стыда на оице, и даже позабыв о дежурной улыбке и пожеланий приятного аппетита, стараясь не поворачиваться к вестенцу спиной, отступила назад к кухне.
   В очередной раз громко расхохотавшись, и больше не удостоив ретировавшуюся девушку вниманием, вестенец глянул сверху вниз на сидящих за столом.
   - Эта...  здравы будте, уважаемые, пусть Хост одарит своим милостивым взором ваш стол - начал он зычным басом, явно заготовленную речь, во время которой его товарищи на другом конце зала притихли прислушиваясь к происходящему. - Мы эта, с товариществом, в этот благословенный день, славим наших предков, добрым крепким медом. И прослышав про ваш поход, мы  порешили, что нехорошо не делится праздеством с такими достойными мужами, ведь не гоже, чтобы такие великие воины как мы и такие велике путешественники как вы, сидели порознь, а начинать такое важное плавание не вославив великого Рейсе обязательно приведет вас к неудаче!

[alex56]

Выйдя из гостиницы, Бенисио неспешна, дыша полной грудью воздухом, отправился вниз по улочка городка к заливу и располагавшейся в нем гавани. Идя прогулочным шагом, он оглядывался по сторонам, рассматривая доминирующий над городом Маяк, дома, двух разных стилей, и прохожих, так разительно отличающихся от земляков. Все было ново для кастильца и эта необычная страна, и ее жители, и предстоящая экспедиция, которая выводила его границы его прежней тихой жизни, заполненной лишь книгами и учением.

[Жан Галуа]

- Ну вот видишь - твоя невоздержанность в словесных излияниях уже привлекла к нам внимание сомнительной компании. И если эти-то хоть надеются разве что на дармовую выпивку, то могут найтись и более рассчетливые ублюдки. - Старательно подчеркивая, что не считает подсевшего к их столу вестенца чем-то большим, чем дополнительный элемент декора таверны, Морган снял с пояса моряцкий нож и приступил к разделке своей порции жаркого, не прекращая спич. - Правда и эти не вызывают особых сомнений в количестве вариантов развития событий. Они мнят себя великими воинами и пытаются навязать нам поклонение некоего Рейсе в день памяти их предков, в то время, как мы чтим Теуса в день поклонения Теусу. Увы, я вижу впереди либо униженную попытку задобрить этих дикарей, выпивкой и уверениями, что они действительно здесь самые-самые воины, либо же эти воины решат, что к ним недостаточно почтительно относятся, и начнут доказывать свое превосходство в драке. Так что, Пабло, если у вас есть желание отточить навыки дипломатии - дерзайте. В противном случае - ешьте это восхитительное жаркое, пока оно не оказалось на полу.
Произнося свою речь, Морган не забывал активно работать челюстями, а ближе к концу речи слегка развернулся вместе со стулом так, чтобы видеть и подошедшего вестенца и троих его товарищей, остававшихся за другим столом. Ухватистый нож, разумеется, не покидал рук О'Кидда - да, к жаркому, конечно, принесли столовые приборы, но свое как-то роднее. К тому же столовые ножи не так хороши в хорошей кабацкой драке, призрак которой уже навис над столом

[Holod]

  Бенисио

  Кварталы мастеровых располагались как раз на ярус выше от торговых площадей кторые уже выходили к гавани. Посчти все дома тут были одновременно и лавками и мастерскими и жильем для мастеров. От каждой третьей витрины демонстрирующей самые разнообразные товары, слышались крики зазывал, расхваливающих, кто "чудесную ковку", кто "здобные булки", хотя запах здобы от пекарни привлекал сильнее всяких зазывал. На улицах было довольно людно и хоть восновном прохожими были вендельцы, встречался тут люд почти со всего мира, один был даже похож на выходца из Водачче, несмотря на натянутые отношения Торговых Принцев с Лигой. Особенно выделялись из общей массы группки веселящейся молодежи, в одинакового кроя камзолах. Студенты. Вторая, и вобщем-то последняя из двух достопремечательностей города, Вендельская Морская Академия тоже находилась в черте Исафьордура, и похоже, в сей праздничный день ее ученики были свободны от зубрежки морских наук и развлекались кто как мог.
  Именно с парочкой таких вот гуляк, Бениссио и столкнулся у входа очередной таверны, приглашающей отведать каких-то особо "экзотических" кастильских явств. Толчок был не сильный, но ощутимый и высокий длинноволосый блондин тут же рассыпался извинениями сделав легкий поклон:
  - Прошу меня простить сударь, я ненарочно.


   Морган

   При первых словах Моргана, вестенец нахмурился, пытаясь пробится сквозь окутывающее его разум опьянение смысл сказаного, но когда до него наконец дошло, он сразу будто бы взорвался от бешенства. Не сумев даже толком выразить переполняющую его ярость словами, северянин просто взревел и бросился через стол пытаясь ударить наглого инисморца. Его товарищи тоже сразу же повскакивали со своих мест. Они не поняли что именно произошло, всего что сказал капелан, они не расслышали, но реакция их "посла" сомнений не вызывала.

   Ну чтож, ты получил чего хотел, бросай инициативу.

[Жан Галуа]

Инициатива: 1, 6, 8.
Будем прям здесь вести боевку или в отдельной теме, или даже, может в личке/скайпе?

[alex56]

С любопытством озираясь по сторонам, Бенисио лишь в последний момент заметил препятствие у себя на пути и не успел его обойти.
- Это вы меня простите, - проговори он, отступая в сторону, разрывая дистанцию с гуляками – я слишком засмотрелся на достопримечательности и не смотрел куда иду.
С этими словами Бенисио сделал еще один шаг в сторону, так чтобы один из возможных обидчиков закрывал другому пространство для действий, и как бы невзначай положил руку на эфес шпаги.

[Holod]

  Бенисио

  Еще раз поклонившись с вежливой полуулыбкой, светловолосый студент смахнул со своего шитого камзола невидимую пылинку и пошел дальше вдоль улицы, а его спутник, так и не проронивший ни слова, мельком бросил странноватый взгляд на Бениссио и тенью последовал за товарищем.


 

[alex56]

Еще раз, на прощанье, раскланявшись с незнакомцами, Бенисио, подумав про себя: «Какие-то странные здесь местные жители, либо слишком невоспитанные, либо им что-то нужно; наша экспедиция вполне может привлечь к себе ненужное внимание, а поэтому держать нужно ухо востро», ускорил шаг, и уже не осматривая достопримечательности и окрестности, направился на пристань к кораблю. Отойдя на какое-то расстояние, он попытался незаметно обернуться и проверить, нет ли за ним слежки или чего-то подобного. Одновременно с этим, так же стараясь, чтобы его движения остались незамеченными, проверил, хорошо ли ходит клинок в ножнах и заряжен ли пистолет.

[Holod]

  Бенисио

  Уже после нескольких поворотов, окружающие улицу дома вдруг раздались в стороны, открывая Бенисио вид на гавань и пирсы заполненные людьми. Дорога вывела его почти прямо к той части причалов где была пришвартована "Беглянка" давая возможность полюбоваться точеными изгибами бортов быстроходного барка. Народу же на улице позади было изрядно и на первый взгляд все были заняты своими делами и на Бенисио никакого внимания не обращали. Встреченные студенты уже давно скрылись из виду, а все остальные прохожие на непритязательный взгляд молодого кастильца особых подозрений не вызывали.
   Альданский клинок, висевший у Бенисио на поясе, послушно откликнулся еле слышным щелчком убеждая хозяина, что в случае необходимости он выскочит из ножен без задержек, чтобы защитить честь и жизнь. Пистолет тоже оказался на своем месте, но...  Проверяя свое снаряжение, рука Бенисио свбодно скользнула по поле камзола там где обычно привыкла встречать сопротивление. Желая убедится, что ему всего-лиш показалось, Бениссио сунул руку в карман и внутри у него все похолодело - бок кармана был аккуратно разрезан, а сам карман апсолютно пуст. тот самый карман в который Бенисио положил четки когда выходил из гостиницы.


  Морган

  Увесистый кулак пронесся над столом с явным намерением встретится с лицом Моргана и поработать над его формой. Хоть капеллан и был к этому готов, но полсностью уклонится помешало то что он сидел за столом и сзади его подпирала стена. Кулак вестенца все же зацепил вскользь скулу Моргана. Смазанный удар оказался не сильным но ощутимым и Морган дернувшись окончательно свалил со стола те остатки еды которые еще оставались на нем, а судя по пронзительным возгласам немалая ее часть угодила на дона Пабло.
   В это же время якобы «спавший» Дольф, так и не раскрывавший глаз проделал ловкий кувырок в сторону оказавшись уже рядом с соседним столиком и становясь в боксерскую стойку. Никакой сонливости в его движениях не было и в помине.
   Встав со стула, чтобы иметь возможность увернуться от следующих ударов, Морган не стал долго раздумывать и резанул вестенца ножом по руке, намереваясь, если и не рассечь сухожилия, то порезать противнику руку и перевести ее в небоевое состояние. Длинному листовидному лезвию лишь чуть-чуть не хватило, чтобы достичь своей цели оставив аккуратный разрез только на рубахе вестенца, так и не добравшись до предплечья. Наконец осознав сквозь затуманивающие разум ярость и алкоголь, что его противник вооружен, вестенец стал хвататься за все что попадалось ему под руку, чтобы использовать его как оружие, но как на зло для него, и к счястью для Моргана, рядом с ним были только массивные столы, и весьма увесистые лавки, которые как оружие было использовать крайне не удобно.
  Пока противник отвлекся на поиски подходящего для кабацкой драки предмета, Морган, не раздумывая слишком долго, сделал шаг вперед и ткнул ножом в корпус буйного варвара. Клинок вошел в тело с мягким чавкающим звуком вошел в бок нападавшего, и рука, его сжимающая, сразу ощутила, как ее залило теплым и липким.
  В этот же момент, боковым зрением Морган заметил движение и дернулся в сторону выворачиваясь от опускающегося на его голову корабельного рулевого колеса. Оказалось, что к этому времени один из друзей только что подрезанного ним забияки, наконец добрался тому на подмогу и все таки нашел чем вооружится, содрав со стены этот экстравагантный «элемент декора». Оставшиеся два бородача, были видны за его спиной и наседали вдвоем на капитана Груббера.
  Не решившись переть с ножом против весьма большого и массивного рулевого колеса, Морган не нашел выхода лучше, чем укрыться за обмякшим телом неудачливого "дипломата" и толкнуть его на вооруженного штурвалом противника. Пока будут выпутываться - можно помочь Грубберу.
   Дабы не тратить набранный разгон и не убить ненароком никого из противников слишком мощным с разбегу ударом, Морган попросту впечатался плечом в ближайшего противника, снося его в сторону и обрушиваясь вместе с ним и еще одним столом на пол.
   В это же время, воспользовавшись сумятицей образовавшейся с появлением Моргана, Груббер подхватил за один конец рядом стоящую лавку и толкнул ее в сторону оставшегося противника, тот от нее увернулся, но при этом нарвался на уже настоящий удар капитана. Точный, почти как на гравюрах в учебниках по рукопашному бою, апперкот, отправил вестенца в затяжной полет по залу, завершившийся гулким «Бух» когда он, наконец, приземлился на одну из столешниц, по случайности оказавшейся именно той за которой до этого сидели торговцы. Учитывая, что к этому времени их не наблюдалось ни за столом ни вообще в зале, становилось понятно, что они благоразумно  ретировались еще когда только все началось.
  Быстро оценив обстановку, Морган подскочил с поверженного противника, держа, на всякий случай, нож наготове.
  Выходило, что на ногах из вестенцев остался только один, который до того, налетел на Моргана с колесом. Раненый же, которого Морган толкнул сидел рядом с ним на полу опершись об лавку, а сам он не спускал бешено вращающихся глаз с снова готового к драке Грбера в боевой стойке и самого Моргана, бесцельно размахивая перед собой своим импроивзированым оружием.
   Но не успели бойцы вновь сойтись в рукопашную, как в зале вдруг прозвучал оглушительный грохот ружейного выстрела. И не менее громогласный рев:
   - А ну цыц, окаянные!!
   Замкнутое помещение лишь усилило и без того неслабый звук, поэтому в ушах у задиристого каппелана запели колокола, а само помещение наполнилось кислым запахом пороховых газов и селитры.
   Оглядвшись, Морган увидел источник столь неожиданных явлений. В дверях ведущих из подсобки стоял рослый, внушающий уважение своими размерами старик с длинной седой бородой и короткоствольной фузеей смотрящей дымящимся дулом в потолок. Дыры в потолке не наблюдалось, от чего стало понятно, что стрелял старик как говорится «по сухому», тоесть холостым зарядом без пули, лишь чтобы привлечь внимание дерущихся. И ему это удалось.

[Жан Галуа]

- И Вам доброго дня. - Произнес Морган, пытаясь вытряхнуть навязчивый колокольный звон из головы. - Вот только зря вы тут так бабахнули. Громко же. А с господами, которые считали себя самыми крутыми перцами на этой грядке, мы уже практически успели закончить. Осталось только с них стребовать новую трапезу, взамен раскиданной ими по полу. А то нехорошо как-то - подошли к мирно сидящим посетителям, начали словами почем зря кидаться, на ответ словами же уже в драку полезли - в общем, слов не понимают, силу противника оценить не могут, а все туда же - на честных посетителей хайло разевать. У нас даже претензий к ним особых не будет - им бы хоть какой урок из этого извлечь, а то могут же не на таких мирных попасть. А нам бы только поесть, да мы дальше двинемся. - В процессе всей многословной речи Морган привел-таки свой слух в соответствие с окружением и вместо треклятых колоколов стал слышать обычные шумы таверны портового города. - Мой ответ Вас удовлетворил, сударь?
В очередной раз мельком оглядев таверну, Морган, не дожидаясь ответа, задал вопрос, куда более важный в сложившейся ситуации
- Сеньор Пабло, Вы в порядке?

[alex56]

Помянув про себя всех Пророков и выругав себя за беспечность, Бенисио бросился обратно в таверну той же дорогой, что пришел в гавань, по дороге внимательно смотря по сторонам и всматриваясь в прохожих, пытаясь заметить воров.

[Holod]

  Бенисио

  Но пробежать далеко ему снова не дали. За первым же углом, прямо на пути спешащего изо всех ног Бенисио, оказался здоровенный мешок медленно плывущий посреди улицы, в который молодой кастилец, не успевший вовремя затормозить, впечатался. Из мешка донесся характерный шорох мнущегося сена, и до одури резкий запах, тут же вызвавший воспоминания об аптеке и целебных припарках, а также нестерпимое желание чихнуть. Похоже, столкновения сегодня становились для Бенисио традицией.
   Мягко спружинив, мешок отправил Бениссио в обратный полет на мостовую, а сам тут же "уплыл" в сторону открывая вид на человека который собственно и нес этот мешок по улице, укрытого до этого его необъятными размерами. К удивлению Бенисио лицо прохожего было знакомым. Ним оказался Андреас, корабельный врач "Беглянки". Андреас всегда производил неизгладимое впечатление, осебенно теперь, когда Бенисио смотрел на него с мостовой снизу вверх. То что Андреас дипломированый врачь, это пожалуй последнее что можно было о нем подумать впервые встретив. Могучая гора мышц, с просто таки невероятной шириной плеч, затянутая в глухой длинный кожаный плащь грязно серого цвета от подбородка почти до самых пят. Лицо же у него было суровым, как айзенские горы в которых он родился, и откровенно бандитским, по крайней мере именно такими представлял себе бандитов Бениссио в те далекие времена, когда читал о них только в книжках.
  Андреас тоже по видимому сразу узнал парня, потому, что уже было собравшиеся гневные морщины над переносицей разгладились и поставив на дорогу не менее внушительных размеро чемодан, лекарь протянул Бенисио руку помогая встать.
  - Сеньор Бенисио, доброе утро. Приношю свои извенения, надеюс ви не ушиблис. Ви так торопитес, что-то случилос?
  Заговорил Андреас с Бенисио по кастильски, и хоть и с заметным акцентом, но правильно.
  

[alex56]

Подавив чих, Бенисио вскочил с мостовой, подхватил корабельного врача под руку и, потащив его вперед, вдогонку за ворами, скороговоркой протараторил:
- Андреас, как я рад вас видеть!!! Наверное, пророки сжалились и послами вас мне на встречу! Меня обокрали, украли очень ценную вещь и ее нужно как можно скорее вернуть. Я было хотел справиться сам, но ваша помощь будет неоценима. Конечно, если вы не будете против!

[Holod]

   Морган

   - Вашими стараниям, - ворчливо донеслось из под одного из столов. Выбравшийся из своего укрытия до Пабло, похоже был не лучшем расположении духа, брезгливо сковыривая со своего камзола остатки своей так и не случившейся трапезы.
  В это же время, совершенно не обращая внимания на выливающуюся потоком болтовню Моргана, старик, столь внезапно вмешавшийся в уже почти завершившуюся потасовку, грузно протопал по залу, попутно отобрав у последнего оставшегося на ногах вестенца его импровизированое оружие. Подойдя к зачинщику, тихо постанывающему и судя по интонациям, потому как из всей троицы смысл уловить не мог никто, бранящемуся, на полу, старик, скупыми и точными движениями стал пережимать рану.
  - Бера, - крикнул он в сторону кухни, - беги за врачом, будь он не ладен. Не хватало еще чтобы этот болбес тут кровью истек.

[Жан Галуа]

Глянув на разворачивающуюся бурную деятельность, Морган подошел к тавернщику:
- Милейший, поскольку нашу трапезу столь бессовестным образом прервали, собери нам, пожалуйста, провизии с собой. Желательно чего-нибудь поприятнее. Все расходы впишите на счет сих - Морган кивнул в сторону изображающих живописный натюрморт вестенцев - несомненно приятнейших, но допустивших досадное недоразумение господ.
Сделав заказ, Морган вернулся обратно к руинам столика.
- Сеньор Пабло, нам скоро соберут провизию, и мы, я полагаю, так будет лучше, спокойно оттрапезничаем на судне. Там нам уж точно никто не помешает. - Решив снять напряженность, Морган поднял тему, гарантированно отвлекавшую дона Пабло от мелких бытовых неурядиц - Заодно сможем пообщаться с капитаном, прикинуть дальнейший план действий и маршрут исследований

[Holod]

   Бенисио

   - Уффх, - только и смог выдохнуть Андреас под напором молодого кастильца, пытаясь понять сквоь скороговорку что же все-таки произошло.
   - Я с радостью помог бы вам, но со всем этим я много не навоюю, - Андреас сокрушенно кивнул на все еще продолжавший нависать мешок с травами и стояящий чемодан, - а бросить не могу, кампитан с меня за них три шкуры сдерет. Вы запомнили воров? Давно это сулчилось? Можно как раз капиана попросить, она много кого в этом городе знает, сможет помочь?


   Морган

   Неожиданно голову Моргана сотряс звонкий подзатыльник.
   - Когда-нибудь твой острый язык заведет тебя в могилу.
   Дольф, со своим обыкновенным полусонным видом, оглядел место драки и хлопотавшего возле раненого старика.
   - Жить будет. Все, пошли отсюда.
   - Приносим свои искренние извенения, за доставленные неудобства. - обратилс Дон Паблок старику. - Передайте хозяину, пусть не держит на нас зла, мы ни в коем случае не хотели причинять столько неудобств.
   Еще раз поклонившись, кастилец поспешил к выходу вслед за Дольфом.

[Жан Галуа]

- Дольф, мой острый язык имеет свойство молчать или - о чудо! - сводить разговор в нужном направлении, когда это вообще возможно. А тут вариантов и так было только два - или проставляться этим проглотам, или же встревать в драку. Я не думаю, что у нас достаточно средств, чтобы поить первых попавшихся проходимцев только на основании того, что они считают себя самыми прыгучими козлами на этом склоне.
Свернув к двери кухни и забрав еды на всех присутствующих, Морган двинулся вслед Дону Пабло

[alex56]

- Андреас, я не могу ждать! Каждая секунда промедления смерти подобна!!! Пока мы здесь стоит, они уходят. Решай, либо идешь со мнной, либо я иду один!
С этими словами Бенисио, развернулся и быстрым шагом отправился дальше по улице, вслед за ворами.

[Holod]

   Бенисио

   - Погодите...  - только и успел воскликнуть врачь вслед быстро удаляющемуся парню. - Пропадет ведь, болбес.
   Принимать решение Андрэасу нужно было быстро, Бенисио не сбавлял уверенного темпа и скоро уже должен был скрыться из виду. С отчаяньем глянув на свой объемистый груз, Андрэас издал полустон полурык: "Солонина меня убъет" и подхватив чемодан, настолько быстрым шагом насколько мог, пустился догонять молодого мстителя.
   - Да постойте же, вы хоть знаете куда направляетесь?



   Морган

   Вся троица собралась перед выходом из гостиницы как раз на том месте где совсем недавно наслаждался видом Бенисио. Дольф со сосредоточенным видом колупался в зубах, пытаясь повидимому доесть то немногое что осталось у него от их неудачного завтрака.
   - Прискорбно, - подитожил случившееся дон Пабло. - Ну что ж, господа, будем надеятся, что эта неурядица будет первой и последней в нашем столь долгожданном путешествии. Отплытие завтра на рассвете, как долго я ждал этого дня.
   - Ага, пойду ребят по кабакам собирать. Вы на корабль?
   - Нет, на этот последний день я спланировал визит к моему старому приятелю, еще по университесткой скамье. Он работает преподователем в местной академии. Я слал ему письма, еще когда мы только собирали экспедицию и он обещал, по старой дружбе, сделать подборку карт западных морей из их архивов. Дополнительные сведения никогда не бывают лишними. Может хоть у него удастся поесть в тишине и спокойствии. Ну, а вы отче, чем планировали занять свой последний день на твердой земле?

 
   

[alex56]

- С начала к той таверне, возле которой меня обокрали, там осмотримся и решим, что делать дальше – на ходу, необорачиваясь ответил Бенисио.

[Жан Галуа]

- Знаете, дон Пабло, я как-то и не строил планы на последний день на твердой земле. Если я кому-то нужен как спутник - с радостью составлю компанию, если же у всех дела сугубо конфиденциальные - вполне могу пойти знакомиться с командой судна, которое будет везти нас к далеким берегам. Заодно - встряхнув котомкой, забитой едой из таверны, продолжил Морган - поесть все-таки не мешало бы.

[Holod]

   Бениссио

  На то чтобы вернутся к таверне у которой Бениссио столкнулся с подозрительными, теперь уже они казались подозрительными, студентами потребовалось всего несколько минут, все же городок был не так и велик.
  Да, это была именно та таверна, на доске которой все так же предлагалось отведать кастильских деликатесов о которых сам Бениссио никогда не слышал.
  Несмотря на могучее сложение, от этой пусть и непродолжительной но весьма стремительной гонки по отнюдь не ровным улицам, груженый Андрэас, который так и не решился бросить казенные покупки, тяжело дышал, критически осматривая представшее перед ним здание.
   - Не похоже на воровской притон.


   Морган

 - Вот и замечательно. Эрнесто всегда отличался гостеприимством, уж у него то мы сможем подкрепиться в тишине и покое, за бокальчиком вина и приятным разговором о высоком. Я уверен, как человек просвещенный, вы сер Морган в полной мере оцените местную библиотеку и светлый ум здешних академиков. В путь, святой отец, нас ждут великие дела!
   И уже не обращая ни на что более внимания, дон Пабло двинулся вниз по склону с высоко поднятой головой.
  - Постарайся, чтобы он ни во что не вляпался.
Дольф только тяжело вздохнул и, хлопнув Моргана по плечу, пошел своей дорогой.
   До ворот академии оказалось недалеко, в этом городе вообще все казалось недалеко, особенно для человека, привыкшего к континентальным городам гигантам. Академия же была выстроена в лучших традициях современного Венделя. Высокое пятиэтажное здание, большую часть фасада которого занимали окна расположилось на одном из скальных выступов служивших Исафьордуру фундаментом. Тонкие стены и обилие окон в полной мере отражали стремление Вендельцев к комфорту и одновременно с этим массивная стена окружавшая главный корпус Академии не давала забыть, что мирным этот северный край никогда не был и за комфорт здесь нужно платить осторожностью.
   Во двор их пустили  беспрепятственно, ворота были распахнуты настежь и даже охранника на входе не было.
  - Странно. Эрнесто в своих письмах жаловался что на этот город частенько налетают пираты. Тем удивительнее видеть такое пренебрежение к безопасности.