Слова, которые произносил Никки, звучали довольно заумно, но с тем, о чем он говорил, никто не спорил. Соваться в заброшенное место, где, по слухам, которые всеми силами скрывали взрослые, произошло что-то страшное, нужно было лишь после тщательной подготовки. А на сегодня им и так хватало забот…
Дождь накрапывал все сильнее, и первые капли превратились в бегущие по зеленой лужайке ручьи. Вода затекала в залитую нору и на пробке из клейстера начала собираться небольшая лужица. Пришлось накрыть отверстие старым ковриком для ног, который Луиза оставили под кухонным окном для просушки.
Темнело, и постепенно мальчишки начали расходиться. Они все понимали, что после такого лучше оставаться рядом, держаться друг друга, но в мире, где за твоими правами и обязанностями следят взрослые, не все разумное оказывалось возможным.
Беннеты ушли в дом, где на втором этаже, по соседству со спальнями мальчишек дремала за прикрытой дверью их новая сестра. Сестра, с приездом которой в Хэммингфорт пришла настоящая осень.
Кайл Престон ушел к себе, где, в окружении разложенных деталей, почувствовал легкое облегчение. Их стальной блеск напоминал, что в мире все можно разложить по полочкам – а такие вещи… как с той видеокассетой, случаются нечасто. Но все же они случались, и к следующей встрече следовало подготовиться всерьез. Например, собрать то, что могло пригодиться в походе к старому каштану.
Рей и Никки вскоре сидели в комнате Шклофски, уплетая за обе щеки пиццу. Им было о чем поговорить – оба привыкли искать ответы в книгах, статьях и интернете, хотя то, что угрожало дому Никки и заставило его ночевать у друга, вряд ли относилось к общеизвестным вещам.
Джек, насвистывая, шел домой, пряча оставшиеся петарды от дождя под мышкой. Наверное, со стороны он казался самым смелым - хотя в душе боялся едва ли не больше прочих. Потому что именно с его тетей существо обещало сделать что-то страшное, о чем он не хотел лишний раз вспоминать. Нужно было отыскать оружие, которое могло помочь, если писклявая тварь появиться вновь – теперь уже у его дверей.
А дождь все лил, превращаясь в настоящий поток, словно все, накопленное небом, грозило выплеснуться на грешную землю…