Гвен рывком потягивалась на тросе, и наверное, выглядела так, что это окончательно добило услышавшего двойной крик шахтера. Назад он рванул со скоростью, которой вампиры позавидовали, истошно матерясь во всю глотку. Фонари с шестого яруса осветили их, отчего сверху раздалось еще несколько криков. Проблема была в том, что бросили им канаты только с шестого уровня шахты, а до верха было далековато. Бежать к новому аварийному колодцу?
//Сила + Атлетика//
Баскер исполнил приказ, несмотря на явную боль, заставившую собачье тело задрожать. Томас подтягивался, чувствую, что хоть здесь опережает преследователя - по канатам огромный жук не залезет. Но оно ему надо, когда рядом местами уцелевшая ограда клети, вентиляционные колодцы, кабеля и просто стена? Этот клещ -переросток из стали спокойно бурит камни, что ему помешает рвануть вверх? Тем более если они приведут жука на шестой ярус, откуда и скинули канат, тварь начнет убивать шахтеров и расти... или плодится.
//Виктор, за выдающийся успех дают сразу пять ответов + одно ключевое" видение вместо состояния.//
Кровь перемешалась. Он чувствовал, как то, что было переработанным человеческим витэ, выпитым жуком, стало его частью, а оставлявшее механический вкус осело в животе. И там, он словно увидел... нечто маленькое, копошащееся между кишок. Пока еще оставляющее ощущение тяжести, но скоро оно вырастет и захочет прогрызть путь наружу. Или высосет все его витэ, погружая в торпор.
Это надо извлечь, пока оно еще растет. Но в его состоянии резать себя неразумно, потому что детеныш внутри делает вампира невидимым для остальных - точнее, его считают своим.
Эти твари плодятся, но не могут покинуть низ шахты. Потому что там то, что дало им жизнь находится не так уж далеко, за оставленной дырой и тоннелем вниз, в недрах...
Виктор видел тяжелые, поднимающиеся приводы и вращающиеся шестерни, пульсирующую проводку и множество вспыхивающих в воздухе экранов, отражающих картины из жизни города. И понимал, что то, что он воспринимает, не на самом деле - там нет никакой комнаты управления и подземного завода. Это отражение сгустка силы, который словно копился сотни лет, собираясь в недрах земли. Кормился городом, потому что...
... Мужчина с острыми чертами лица и татуировками перевивающих руки змей что-то быстро пишет при свете одинокой свечи. Виктор заглядывает через плечо, читая каллиграфическе буквы в старом дневнике.
Бесподобное произведение, хоть и не мое. Я не пойму, почему все собранное Повелителю стало недоступным, словно голод привлек внимание кого-то другого, укравшего жертвенную силу их голода и падения, но Великий Искуситель не против. Вышло даже лучше: голодное безумие и жертвоприношение всех этих овец в ритуалом каннибализме привлекло внимание силы, о которой я не знал. Она там, внизу, собирает и копит их желание пожирать друг друга. Процесс медленный, но рано или поздно это вызовет повторение событий... даже частица меня осталась отпечатком в этой силе, дав ей образ змей. А какая защита - реагирует на мысли, любые высказывания тех, кто четко осознает о его существовании. Странная логика, подобная чему-то бездушному, выполняющему команды, но оно быстро учится! Если чувства людей не сдерживать, то оно быстро взрастит себя на голоде жителей поверхности. Желание пожирать друг друга, как это свойственно, как естественно для смертных! Затем, рано или поздно, оно повторит действия, пробудившие это к жизни. Снова будет зима и уже без моих усилий наступит голод и тьма. И все повторится вновь...
... Я оставлю здесь свою кровь, в тех рабах, кому прикажу съесть часть своей плоти. Пусть частица меня через их будет поглощена им, новорожденным духом, пусть мои змеи и мое желание порабощать получше послужат ему оружием. Мое лучшее полотнище и краски, моя картина, нарисованная из желания угодить Повелителю, стала шедевром сама собой.
... Я оставлю ложные записки первому, кто придет сюда. На виду, чтобы он нашел, но запишу там лишь то, что побудит его искать это существо - чтобы оно уничтожило его. Конечно, он может оказаться и умен, поняв, что это ловушка... но что ему под силу? Ограничить число жителей, не давая городу разрастись? Или периодически устраивать " целебные кровопускания", поощряя Сородичей убивать друг друга и людей без особой нужды, чтобы снизить копящееся желание пожирать друг друга? Это действительно разрядит собирающуюся силу, Да, другой Вентру мог бы так поступить, но даже если найдется умник, который не попадет в ловушку моих неполных заметок, он рано или поздно будет думать об этом, или начнет открыто противодейстовать. Оно уничтожает тех, кто слишком далеко пробрался, кто открыто обсуждает его или даже часто пускает в свои мысли. Такое не обойти...
... Со временем его сила возрастет и оно наполнится чужим голодом, повторив все вновь. Поработит тех, кто алчет больше других, заставит их стать его орудием, создать ему плоть и вместилища. Как можно победить то, о чем нельзя открыто думать и говорить? Как обмануть то, что читает мысли? Город вновь умрет, оставив немногих, и я услышу об этом из мест, где буду пребывать, или из снов своего торпора. И улыбнусь, зная, что Повелитель будет горд - чужими руками мы совершим великую жертву.
Но что же оно такое и можно ли повторить такое в иных городах?
//Еще два вопроса можешь задать//
Автор
Тема: Семь шагов к сатане (Томас, Виктор, Гвен) (Прочитано 8457 раз)