- Спасибо, - известие не вызвало у Энтони особый страх. Вампиры были чем-то близким к смерти, но он её не боялся, считая, что будет жить вечно. Даже когда часть, соответствующая Девидсону, умрет, бабочка останется, чтобы возможно, когда-то новый коммивояжер пошел под этим солнцем, предлагая товары.
Чтобы будет с его человеческой половиной, личностью и памятью, Энтони не знал, но мечтал о полном небытии. Гейсты рассказывали про призраков, и такая судьба казалась ему крайне омерзительной, полностью отрицающей прижизненное желание истребить боль через катарсис. Единственное, о чем стоило мечтать - это чтобы перед смертью успеть налюбоваться своей коллекцией удачных охот.
- Тогда займусь тем, кто в шахте сидит. Посмотрю, какие ему снятся сны, потому что все, что можно выяснить магией или лично, думаю, вы уже пробовали, - он посмотрел на шерифа, и глаза его неподвижные, словно у летящего над миром насекомого, казались глубокими и совершенно чужими. - Лишу вместе с братьями намеченных в пищу жертв, исцелив их... надеюсь, все переживут, процесс не всегда столь легкий, как у Финна. Если смогу, то перенесу туда, где оно вашему городу не навредит. Станет одной тварью в Сахаре больше, всего-то. Потому что не думаю, что оно не может выйти, скорее не хочет.
Он еще больше убеждался, что троица магов, которая не может извести в городе вампиров, явно не способна спеленать существо - похоже, его предположение оправдалось.
- Впрочем, есть еще вариант, - он посмотрел на сигарету в руках мага и легко улыбнулся. - Попробуйте сейчас сделать что-то волшебное, только не так близко к лицу и бензину.
//Активирую Поцелуй Матери, чтобы усилить его колдовство. Сколько вычитать Сверхъестественной черты?//