Печать

[Mindcaster]

Пятница, завтрак, радостные обсуждения гулянок на выходные. Чат с названием «Мазурочная болтовня» всегда гудел ближе к концу недели. Рома больше читал его, но много лет знал его участников. Подкрепившись и пролистав новостную ленту, Рома ответил на несколько вопросов по уходу за ручными изделиями в соответствующих группах. Вчерашняя суета в скайпе, вылетела из головы, как дурной сон. Почти у всех были придуманы дела на сегодня, но складывалось ощущение, что это рыбное дёрганье на земле. Ты красишь забор и ждёшь когда краска высохнет, а не скачешь вокруг придумывая как ускорить процесс. Но может он просто ничего не понимает в расследованиях. Время пролетало незаметно, ответы в контакте вперемешку с рабочими делами. До представления Двору, так проходили его дни. Телефон проиграл короткую мелодию, текст на экране - «Ура! Я здоров!». Рома на секунду задумался, что это означает? Улыбка понимания озарила его лицо и он набрал текст "Поздравляю".

 Олегу смс вернулась с некоторым опозданием, как это иногда бывает, во время разговора с Ядидааном. Отключившись, он прочитал текст, и недолго думая нажал на кнопку звонка.
- Привет! - сказал он, когда Рома поднял трубку - не занят?

 Одной рукой держа фигурку с резьбой под заказ и набирая текст на клавиатуре второй, Рома прижимал трубку плечом к уху.
 - Эм... нет.

- Да мы тогда так и не пообщались. А сейчас всякая фигня творится, уже не знаю, когда и пересечемся нормально. Ты сегодня в город выезжать будешь?

- Планшет купить хотел, а так — ничего конкретного.

- Ладно, разберемся - протянул Таммаоф - слушай, может раз ты сейчас дома, глянул бы кое-что? А я пока съезжу свидетеля опрошу.

- Погоди...
Отложив фигурку, Рома быстро переключил закладки в браузере.
 - Давай.

- У нас с Ониэль была встреча в Джакомо с одним призраком, при жизни - ментом. Он повздорил с какими-то наркодилерами в то время, когда Джакомо назывался еще "Пять звезд". Они его и шлепнули. Может, ты найдешь какие-нибудь упоминания об этом? Может, писали что-то в свое время. Мента звали Ермолов. Одного из дилеров - Мариньяк. Это напрямую не относится к делу, но этот призрак может нам доставить проблем, если с ним не разобраться. Ну и, как будешь в городе, звони, может получиться пересечься.

 - О как... ладно, найду чего — перезвоню.

- Пасиба! Ну давай, жду звонка тогда.


Музыкальные вкусы Таммаофа можно было назвать эклектичными. Память Олега подсказывала, что бывший следователь вообще мало интересовался музыкой, однако ангела духа этот аспект человеческой культуры интриговал. Он считал, что должен лучше познакомиться с людским творчеством, и запускал треки наобум, сохраняя те, что понравились. В результате у него рок соседствовал с шансоном, металл с энигматикой, а отечественная попса - с зарубежной. Впрочем, он старался выбирать песни помелодичнее, а откровенно тупые тексты раздражали, потому русский поп у него шел в меньшинстве - у забугорной музыки хоть слова были непонятны. Иногда Таммаоф переводил заинтересовавшие его песни с помощью интернета - и частенько разочаровывался.
Вот и сейчас, раздумывая над онлайновой картой Питера, он слушал замедленный в восемь раз "Владимирский централ", и какой-то частью мозга поражался тому, какую мистическую проникновенность приобрела эта мелодия (впрочем, она нравилась ему и в оригинале).

Прикинув варианты, Таммаоф расплатился за чай и отправился к станции метро. Он собирался зайти к чувачку в Понтонном...

[Neruman]

      После разговора с демонами ЭкоТерры оставалось одно очень важное дело.
Дегас добрался до Эрмитажа, заскочив по пути до магазина. Пришлось немного раскошелиться, но букет синих роз был действительно необходим. За цветами последовали не очень дорогие, но красивые дамские часы и упаковка обезболивающего. По пути из магазина он набрал смску Таммаофу "Это Ваня. Нить от Криворукова никуда не ведёт. По крайней мере, мне не удалось узнать ничего полезного. Мне бы узнать имя нашего подозреваемого. Дальнейшие указания, Почётный Коммисар?".
Спустившись в метро, у Демона было около получаса на размышления. Баториэль была Лордом. Она была Почетным членом Адского двора. И назвать её Рыцарем было по меньшей мере рискованно. Дегас искренне надеялся, что простых извинений окажется достаточно, но на всякий случай приготовился стерпеть всё. Добравшись до Эрмитажа и войдя в Резиденцию, Дегас обнаружил, что дверь в кабинет Почетного Секретаря закрыта. Он оказался один-одинешенек в пустом коридоре.
     Парень вдохнул аромат синих цветов и прошептал "Простите, что я вчера с вами так поступил. Всего вам доброго, мой Лорд!".С этими словами, он положил букет, и коробочку с часами у двери и поехал на завод.

[Neruman]

     После освобождения от обязанностей управления машиной, что уничтожает всё и вся, Иван направился в ближайшую забегаловку, перекусить да почитать новостей. Бумажные газеты - память, что вот-вот исчезнет из обихода, заменяясь на загадочные для Элохим цифровые технологии. Демона интересовали гадалки и ясновидящие, ну или те, кто предлагал свои сомнительные услуги на общее обозрение.
- Мало ли... Может быть попадётся загадочный маг, или... - улыбка демона стала похожей на улыбку Чеширского Кота, -  Или кто-то по своему желанию окажется в центре событий, о которых потом может пожалеть.
Разглядывая невразумительную рекламу оккультных услуг, Дегас пробежал глазами список фамилий, прозвищ и нелепых слоганов:

• Высший маг Вера Петровна, ученица школы Анатолия Козловского. Диагностика кармы, код на карьеру, любовная магия, гадание на таро.
  
• Потомственная ведунья Алевтина Сергеевна - с любовью и заботой верну любимого, сниму венец безбрачия.
  
• Черный маг Капитон - устранение врагов, кодировка на успех.
  
• Таро и астрология. Интерпретация натальной карты, хорарная и элективная астрология. Вениамин Сергеевич.
  

Каждое объявление сопровождалось номером лицензии на коммерческую деятельность и номерами телефонов.

     Поедая чебурек за чашкой горячего кофе, Иван с упоением читал всевозможные титулы и профессии лицензированных колдунов. Интуиция подсказывала, что ничего хорошего от них не дождёшься. Но будет весело. Демону было интересно, как оценит Пентархия и Тиран его попытки связаться с предсказателями. Чтож, это не маги. По крайней мере не ТЕ САМЫЕ МАГИ, которые мешались, как заноза в заднице. Жестоко расправившись с горячим чебуреком, Иван набрал номер и позвонил некоему Капитону. "Мальчишка" - подумал он, ожидая молодой мужской голос
- Алло, - раздался в трубке звонкий поставленный баритон. - Черный маг Капитон слушает.
- Добрый вечер. Меня зовут Иваном. Я наткнулся на ваше объявление. Какие услуги вы предоставляете? - спросил демон
- Любые, - уверенно ответил Капитон. - Но только магические.
- Мне нужно найти одного моего дальнего родственника... Или по крайней мере, узнать немного о его судьбе. Что вам для этого нужно?
- У Вас есть его личные вещи, волосы, кровь?
- Имя подойдёт? Ну и... я как таковой. Родственники всё же
- М-м-м-м-м... Это будет сложнее. И дороже, - ответил маг-коммерсант.
- Вот как раз хотел уточнить ваш гонорар.
- Он зависит от того, как пойдет поиск. Стоимость будет определена на месте. Ориентировочно - от двухсот долларов.
- По рукам, - согласился Дегас. - Куда можно подъехать?
- Я осуществляю прием по записи. Как Вас зовут?
- Меня зовут Иваном, - повторил демон, - Запишите меня как Кириллов, - дополнил он лукавя
- Что значит "запишите как..."? - грозно спросил голос в трубке. - Вы что, шутите?
- Хорошо. Накинем еще сто долларов в ваш гонорар. Мне бы не хотелось, чтобы моя личность стала известной. Друзья засмеют
- Нет, простите! Я не берусь за такие заказы. Предпочитаю общаться с людьми, которые всерьез воспринимают мое искусство. До свидания! - с ровным пренебрежением сказал Капитон и бросил трубку.

     Дегас с недоумением уставился на пикающий мобильник. Его отшили. Опять. Похоже, Творец не оставил своё творение до конца, раз Мироздание продолжает над ним развлекаться. Парень допил кофе, вытер руки бумажной салфеткой и позвонил Алевтине Сергеевне. Возможно, старушке понравится предложение немного продлить её жизнь. А заодно, он готовил легенду об Охраннике одного предприятия, на территорию которого подкинули подозрительный свёрток. Быть может, карьера Ивана Остапчука зависит от того, найдёт ли он подкидыша или нет
- Благослови Господь, - напевно прозвучал женский голос. - Матушка Алевтина у телефона.
На миг все размышления разбились о слова приветствия:
- Э-э. Здравствуйте. И вас да Благословит Господь. Меня.. э.. зовут Иваном. Я прочитал ваше объявление. Хотел спросить, чем вы можете помочь?
- Не я, а Господь помогает моими руками, - смиренно парировала собеседница Дегаса. - Через молитву, добрый совет, заговорый церковный...
- Мне... моему другу нужна помощь, но я боюсь, что вряд ли смогу найти её в ваших руках. Я могу с вами встретиться и поговорить лично? Боюсь, это не телефонный разговор.
- Конечно! - слащаво пропела женщина. - Завтра вечером приходите, часиков в семь. Софьи Ковалевской 14. Позвоните и я Вас встречу.
- До встречи. Всего доброго. - Дегас положил трубку. Телефон лениво упал на столик, рядом с пустующим стаканчиком из под бодрящего напитка. Парень склонился над ним, уткнулся лбом в свою ладонь и тихо спросил
- Что же я делаю?!

[Ifrael]

               - Эт-то страшное имя... Одного из младших... повелителей Лабиринта... Однаждырожденного...
               С этими словами гримаса Синелицего приобрела торжествующее выражение, а Ониэль почувствовала, как оковы власти над духом, которыми она связала его, растворились.
               - Этого мало! Я хочу еще! Так скажи же мне, во имя Господа, что ты еще знаешь об этом порождении зла и Бездны?! - угрожающе заревели голоса Убийцы, казалось, способные разбить стекло, и, уж, тем более - сломить волю призрака, как тонкий прутик.
              Ониэль увидела, как жирдяй что-то вытащил из-под матраса и собирался опрокинуть на нее стол, но в последний момент она успела разжать губы, чтобы повелительным тоном заставить Синелицего говорить.
              - Он - один из Однаждырожденных, духов, которые принесли себя на алтарь служения Пустоте. Он один из принцев Лабиринта, и, если хочешь, верховных жрецов... Я не знаю, на что он похож и о чем думает, я - лишь покорный слуга, - хрипло булькал мертвец. - Он сам говорит с такими, как я из Бездны.
              - Что он говорит тебе? - холодно зашелестели голоса Намтара, пока она неотрывно, как коршун, смотрела на Синелицего. Глаза, заметившие движение призрака, злобно сощурились, превратившись в белесые щелочки, из-под которых пробивались неясные белые огоньки. Ангел смерти медленно, не спеша, с яростным спокойствием, присущим самой холодной зимней ночи, подплыла к столу, который вот-вот готов был на нее обрушиться, и положила на него свою известково-белую ладонь. - Не советую тебе делать это, - угрожающе зашипел десяток мужчин, прячущийся в горле демона скорби и смирения. Той хватило лишь мгновения, чтобы сосредоточиться, сконцентрировать волю и невидимым глазу движением попытаться расплести узор, который удерживает частицы плазмы в союзе друг с другом.
              - Я должен дождаться тебя здесь... Должен накачать тебя отчаянием и болью, а потом сказать, где искать твоего... возлюбленного... призрака, - на слове "возлюбленный" рожа спектра скривилась маской неуёмного отвращения.
              Угроза, которую излучала до этого аггел Второго Мира, была холодной и острой, как приставленный к горлу нож. Но когда Элохим услышала это...
Ее мнимое спокойствие треснуло, как весенний лед, рассыпалось прахом, обнажив идущую из самого сердца пламенную, отчаянную ярость, подобную ярости возбужденного хищника, поймавшего себе жертву и уже готового вонзить в нее острые клыки. Темно-фиолетовые губы Себетту раскрылись, и из них должен был вырваться крик; но легкие Падшей исторгнули полное боли и отчаяние свистящее шипение, столь громкое, что от него закладывало уши. Так кричат птицы с перерезанным горлом; и крик этот не заканчивается, а визжит и визжит, как февральская вьюга, как шторм в северном море.
              - ГДЕ ОН?! - послышалось сквозь бесконечный шум, наполнивший жилище Синелицего. - ГДЕ ИГОРЬ?! СКАЖИ! МНЕ! ПРАВДУ! - наклонилась над спектром Образ Смерти, яростная, отчаянная, неукротимая.
              - В депо Варшавского вокзала, - испуганно прохлюпал призрак, нервно хлюпая мокротой и сжимая в руке молоток, в попытке совладать с рукой и замахнуться на ангела смерти.
              Аметистовые губы Виолетты изогнулись в оскале боли и ярости, когда ее белая, как мел, рука совершила резкое движение к плечу мертвеца, к его руке, вооруженной молотком.
              - Знаешь, почему они отправили на это задание именно тебя? - прошептали голоса, высокие и холодные, но в которых вдруг закралась... горечь? - Потому что им плевать, выживешь ты, или нет. Они выбросили тебя, как ненужную вещь, потому что они монстры, не ведающие ни любви, ни раскаяния, ни жалости. Если бы ты знал, как я хотела помочь тебе... Забытому и потерянному, но все еще остающемуся человеком, - здесь девчонка издала свистящий вздох и прикрыла темно-фиолетовые веки. - Поздно.
              Сгусток энергии, сорвавшийся с пальцев Ониэль, жадно потянулся к призраку; как адский огонь, он готов был пожирать все, до чего способен был дотянуться, и плазма не являлась исключением.
          - В тебе еще живет сын Адама, мертвая душа, которой ты когда-то был; человек, у которого были имя и история, что плакал и смеялся, мечтал и боялся; но теперь его удел - лишь вечные муки в бесконечной тишине. И я знаю лишь один способ прервать эту муку.
              Всего одно легкое прикосновение девочки-намтара, и рука толстяка иссохла, покрылась язвами и оголила тонкие белые кости. Он стал похож на пенек, в который воткнули тонкую сухую ветку, в которую зачем-то сунули молоток. Пальцы сломались под тяжестью инструмента и он рухнул вниз - между койкой и столом, а ужасная сила смерти продолжала брать свое у корпуса призрака - плечо лишилось мяса вместе с кусками шеи и целого бока. И без того отвратительно выглядящий и дурнопахнущий спектр приобрел еще более ужасающие черты... Отвисшая губа чудища задрожала, и оно несколько раз странно икнуло. И без того напуганный дух выглядел просто жалким.
              Его здоровая рука затряслась, а синюшная распухшая рожа как будто бы просветлела, окутавшись бледным зеленовато-белым свечением. На голове проступили первые признаки человеческого лица.
              - Пощади, прошу тебя, девочка, - без лишнего бульканья гулко произнес Синелицый. - Знаешь сколько нужно ангелов смерти, чтобы вкрутить одну лампочку? Ни одного - им и в темноте хорошо! - сказал он и как-то неожиданно добродушно рассмеялся, глядя на иссохшую руку.
              - Ну отправишь ты еще одну душу в Забвение - оно от этого станет еще более ненасытным! - добавил он.
              Плач Всех Ушедших должна была наклониться, должна была коснуться мертвеца еще раз, закончить начатое, отправить его в Небытие...
Но она не смогла. Настолько жалок и испуган был дух, что Халаку просто не смогла его добить. Являлся ли он спектром или обычным призраком, Убийца не могла заставить себя поднять руку на Божьего сына.
          - Я не могу... - тихо протянули дрожащие шепоты. Вмиг Намтар из грозной богини возмездия снова превратилась в жалкую девчонку, которая первый раз переступила порог вагончика. - Прости... - опустила она голову и руки. Несколько секунд ангел смерти просто стояла над неупокоенным; на миг даже почудилось, что с ее подбородка упала на пол прозрачная капля. Украдкой коснувшись рукой щеки, демон скорби и смирения развернулась и побрела к выходу. - Мне хотелось бы верить, что произошедшее будет для тебя уроком; как бы я хотела верить в лучшее даже в таких, как ты! Но это слишком несбыточная мечта, - аггел Второго Мира остановилась посреди комнаты и тяжело вздохнула. - Пожелай мне удачи. Идущие на смерть прощаются с тобой...
            - Спасибо, малышка, - прозвучал голос за спиной Ониэль.
            Когда она вышла из строительного вагончика, Рыбака уже и след простыл, а изнутри начал раздаваться нечеловеческий вой, а маленькая времянка затряслась и заходила ходуном, как лодка на водной глади, внезапно покрывшейся рябью.
            Элохим испуганно обернулась. Ее крылья, черные, как графит, раскрылись, закрыв Себетту горизонт, и резко опустились вниз, рванув тельце Падшей в небо, заставив ее зависнуть над вагончиком. Она на мгновение сосредоточилась, почувствовала, как ноги потеряли силу, не позволяющую стопам Образа Смерти касаться земли; но взамен ей на помощь пришла сила братьев и сестер-Эрешкигалей. Виолетте нужно знать, где она находится, как далеко знакомые ей места, как далеко, в конце концов, злосчастный вокзал. В деле ориентировки на местности никто из Последнего Дома не был искуснее Образов Сфер.
             Минутной концентрации хватило Ониэль для того, чтобы прикинуть расстояние и направление до точки назначения, которой был назначен собственно Варшавский вокзал. Плач Всех Ушедших надеялась, что сможет найти там кого-нибудь, кто знает, где находится депо.
             Оставалось только выбрать способ передвижения. Крылья - медленно, но безопасно, а попытаться сократить путь через Бурю чревато риском неудачи, которая для Халаку будет фатальной. С другой стороны, любое промедление может быть фатальным для Игоря...
         Мысль об этом кольнула Убийцу в сердце острой иглой ужаса и раскаяния. Намтар решила разок рискнуть; путь долог, и, возможно, ей удастся немного его сократить. Если сильно повезет - на треть или даже на половину.
              Ангел смерти спикировала вниз, ее крылья разрезали воздух; не только воздух, но сама ткань Убежища рвалась под узкими перьями, как масло горячим ножом. Демон скорби и смирения зажмурилась, в душе умоляя Господа дать ей совсем немного везения, чтобы войти в Бурю и выйти из нее невредимой.

        -1 Временного Мучения

[Darkfatalis]

       Яфаборэль пришел к забегаловке под названием "БлинЛайн" без десяти минут двенадцать. Он ощущал себя слегка не комфортно, но старался не подавать вида. Жара на улице, заставляла обнажаться, и ламассу позволил себе надеть слегка потрепанные с виду джинсы и черную майку с квадратным вырезом и изображением орла прямо на груди. Нацепив на нос черные брэндовые очки, он спрятался от внешнего мира и смиренно ожидал Екатерину Сергеевну.
       За те пятнадцать минут, которые ему пришлось ожидать Ямдаат, он успел изрядно поджариться, но вот, наконец-то, ангел воды заметил, как к нему приближается красивая высокая женщина в легком светло-голубом костюме. Она поравнялась с Яфаборэлем и, сняв солнечные очки, протянула ему руку.
       - Добрый день, брат, - сказала она. - Надеюсь, не заставила Вас долго ждать?
       - Отнюдь сестра, - сказал ламассу и поцеловал протянутую руку, его воспитание диктовало поступить с дамой именно так. - Рад видеть, - произнес он, открывая перед собеседницей дверь.
      Яфаборэль словил удивленный взгляд Лорда, которая, протягивала руку для рукопожатия, а не для поцелуя. Однако, она снисходительно улыбнулась и, проходя вперед, ответила:
      - С Вашими манерами дам по ресторанам только водить, а не по дешевым закусочным.
      - Возможно и так, - смущенно пожал плечами Иван. - Однако воспитание, как и манеры, часть индивидуальности и это меня вполне устраивает.
      - Надеюсь, Вас это не раздражает?
      - Позволите мне сделать выбор и угостить Вас?
      - Нет, - коротко ответила Ямдаат. - Я всегда сама делаю выбор. Но за предложение спасибо.
С этими словами она уселась на одно из немногих свободных мест и пригласила Яфаборэля последовать ее примеру.
      Через короткое время к двум ламассу подбежал улыбчивый паренек - вероятнее всего, студент - и предложил демонам меню. Ямдаат отвергла его предложение и сразу заказала пару блинов с икрой, салат "Цезарь" и зеленый чай.
       Иван улыбнулся, и заказал два блина со сгущенкой и два со сметаной. В качестве напитка - двойной капучино с молоком и ванилью. После чего повернулся к собеседнице и с виноватым видом сказал:
       - Вы уж извините, что я так внезапно объявился со своими просьбами. Но кроме вас, пожалуй, и еще пары человек, мне реально не с кем поговорить. Как вы уже поняли, мне нужен наставник и учитель в наших общих знаниях. Желательно, разделяющий, мои взгляды на жизнь и отношение к людям.
       - Какое у Вас смертное имя? Иван, кажется? - сощурив один глаз, спросила искусительница. - Можно уже на "ты"?
       - Как тебе будет угодно, - с улыбкой ответил Иван.
       - Хорошо, - выдохнула Ямдаат. - Я так поняла, ты решил попытать счастья со мной? И что же конкретно тебе от меня нужно? Кроме прогноза погоды, конечно...
       - Я обосную... Ты одна из немногих представителей нашего дома и фракции. Находишься здесь, гораздо дольше меня и мне было интересно узнать о том, чем сейчас живет наша организация. Более того, у меня проблема с некоторыми знаниями, нашего профиля, которые тебе, Я полагаю, более памятны. А также, ты - преподаватель и чисто логически, Я действительно решил остановить выбор на тебе. Еще с давних времен я лишился покровительства и ищу здесь достойную личность для произнесения слов присяги и служения, - Иван не знал, что еще добавить, он действительно испытывал необходимость в общении, обучении и в некотором роде покровительстве со стороны представителя своего дома и фракции. С его стороны это был жест уважения.
       - Выглядит достаточно разумно. Только как мне быть уверенной в чистоте твоих намерений?
       - Полагаю, присяга или слово чести, произнесенное перед лицом Пентархии, вполне достаточное свидетельство моих намерений?
       - Хотела бы я в это верить, - с некоторой грустью ответила Екатерина Сергеевна. - Но, боюсь, это не такая уж и надежная гарантия. Все-таки, среди нас есть рэйвнеры, которые тоже давали клятвы и люцифериане, мечтающие разрушить фракцию... Я Лорд и не могу себе позволить беспечность.
       - Так, что же тебя устроит? Клятвы на библии и пару стаканов святой воды, выпитых мною у тебя на глазах. Для меня это не вопрос, - сказал Иван, теребя цепочку с крестом на груди. - Если есть другие предложения, Я буду рад их выслушать.
       - Ну, Имени твоего было бы, конечно, достаточно, но таких вещей я пока требовать от тебя не могу, - Ямдаат рассмеялась, а в это время к столу принесли блины. - Я должна присмотреться к тебе, что ли... Впрочем, если бы кто-то за тебя поручился... Или ты можешь попытаться меня обаять.
       - Я предпочту быть кристально чистым, надеюсь, ты находишь правду обаятельной? Поручиться за меня некому, не так давно я здесь. Постараться привлечь твое внимание, Я мог бы в том случае, если бы у меня не было чувств, к кому-то другому. Как ни странно, ей я не очень подхожу и уже получил откат, но не хочу никого обманывать. Я слишком хорошо знаю, к чему приводит подобная ложь. В памяти Яфа всплыла семейная жизнь и последствия всего одной ошибки, в этот момент по его лицу пронеслась тень, и лицо на мгновение исказила гримаса боли и брезгливости. Но спустя еще мгновение, оно стало столь же ровным и холодным, словно этих воспоминаний и не было.
       - В крайнем случае, Вы можете назначить мне испытание, это все, что я могу предложить...
       Екатерина Сергеевна виновато развела руками:
       - Мне на ум не приходит никаких мыслей по этому поводу. Впрочем, я могла бы обратиться к тебе в будущем, - с интересом наблюдая метамарфозы на лице Яфаборэля, сказала демонесса. - Но это не значит, что я отказываюсь от вассалов, тем более, когда они сами мне себя предлагают, разделяют со мной один дом и фракцию. - Ямдаат откусила кусок блина и запила его чаем. - Будем считать, что приняла твой вопрос к рассмотрению. В ближайшее время я уточню все детали и отвечу тебе. Хотя... Пока я склонна взять тебя под свое покровительство.
       Иван виновато улыбнулся и, ухватив один блин со сгущенкой, запихнул его в рот целиком. Есть хотелось неимоверно, поэтому следующий блин присоединился к первому, буквально, через считанные секунды. Ламассу запивал сладкую еду, сладким кофейно-молочным напитком. Он улыбнулся одним уголком рта и радостно закивал головой, стараясь не издавать при этом мычащих звуков.
       Ямдаат внимательно посмотрела на часы и принялась доедать обед, едва-едва отставая от своего собеседника, хотя и соблюдая максимум достоинства. Подняв глаза на сладкоешку Яфаборэля, она невольно улыбнулась.
Минут через пять трапеза была окончена и Ямдаат, извинившись, расплатилась с официантом и убежала на лекции:
       - Работа ждет, - виновато улыбаясь глазами, сказала она напоследок. - Приятно было пообщаться!
       - Как я тебя понимаю, - ответил Яф, расплачиваясь с официантом вслед за Ямдаат. Он не стал догонять ее на выходе, позволив себе задержаться на пару минут. После чего поехал домой, проверить кактус и электронную почту.

[Mindcaster]

Добравшись на перекладных с метро на автобусе, Таммаоф вновь оказался в знакомом поселке с контрастом коттеджей и полуразвалившихся домишек, аккуратных улиц и разбитых, как после бомбежки, улочек. Халаку спокойным шагом отправился к дому мужичка, поглядывая по сторонам.

Ничего необычного для этих мест поблизости не происходило, поэтому он спокойно добрался до знакомой "усадьбы". Как обычно, калитка была закрыта, и он сначала постучал, затем покричал, затем позвонил, заметив звонок. В прошлый раз в дверь стучался и звонил Яфаборель, так что забыть про звонок было простительно.

Через некоторое время послышался знакомый голос Аркадия:
 - Кто там?!

 - Веселов, я к вам приходил по поводу селитры.

 - Сейчас открою, - недовольно выкрикнул тот.
Калитка дернулась, отцепившись от электромагнитного замка, будто бы приглашая Таммаофа во двор. Тот зашел внутрь, внимательно посмотрев на лицо хозяина
 - День добрый, не помешал? - вежливо спросил он

 - Да чего уж там, - пробубнил Аркадий, отставляя в сторону чемодан - по-видимому, с инструментами. Он был в майке и спортивных штанах, и, при этом, совершенно трезвым. - В дом пройдешь или в саду поговорим?

 - Как удобнее, мне все равно - улыбнулся Олег

 - Ладно, пошли в дом, а то упаришься здесь, - сказал хозяин усадьбы, понуро почесывая затылок. Халаку говорил с ним по пути.

 - В общем съездил я к в ту организацию, и, скажу прямо, мутное это местечко. Мы подозревали, что по хорошему с ними не выйдет, и теперь нам придется хорошо потрудиться, чтобы заставить этих людей ответить за свои дела. Конечно, это уже наши заботы, не ваши, однако я хотел бы задать вам несколько дополнительных вопросов, которые могли бы помочь нам в этом серьезном деле. Конечно, ваше имя нигде не всплывет, и вы можете не беспокоиться, у вас из-за этого никаких проблем не возникнет. Вы итак уже пострадали.

Мужчины вошли в дом и оказались в просторной гостиной с большим камином. Над ним к стене был приделан ж/к телевизор, у окна стоял стол рядом с диваном и креслами. У другой стены располагались сервант с книжным шкафом, а над дверью висела большая картина, на которой была нарисована немецкая овчарка.

 - Садись, - хмуро предложил Аркадий, соскальзывая в отдельно стоящее кресло-качалку.

 - Начнем вот с чего. Я помню, вы говорили, что нашли фирму то ли в интернете, то ли вам кто-то посоветовал... Как вы вышли на продукцию УдобСинтеза - Таммаоф сел, облокотившись поудобнее

 - Я же говорил уже, что узнал на форуме, где фермеры обсуждают свои дела разные... Разговорились с одним челом оттуда, ну он мне разрекламировал это дело, фотки выкладывал - ботва была, что баобаб! Ну я и соблазнился.

 - Дай мне пожалуйста адрес форума. А если сохранился адрес обсуждения, то лучше сразу его - попросил Таммаоф

 - Да пожалуйста! - взмахнул рукой Аркадий и вскочил включать ноутбук. - Тааак... Где там была эта ссылка? - покопавшись пару минут, он извлек нужные данные и показал Таммаофу свою переписку с неким Vegan'ом. Ничего криминального, на первый взгляд, кроме откровенных признаков рекламы, в ней не наблюдалось. Таммаоф внес себе все нужные пометки
- Отлично, отлично... А еще, ты говорил, что к твоему дому последнее время народ приходил глазеть. Каких-то незнакомых, или откровенно подозрительных типов не видел? Никто на территорию проникнуть не пытался?

 - Да ну, на х...й! Все свои глазеть ходят! Завистники проклятые - не нарадуются, что полсада спилить пришлось.

 - Понимаю, - сочувственно сказал Таммаоф, - в таких местах вести разносятся моментально. Не в курсе, кстати, ни у кого больше таких проблем не было?

 - Да никто тут ничего делать не хочет! - вспылил Аркадий. - Поэтому, конечно ни у кого ничего не было!

 - А. Ну, я тут видел каких-то бухарей в основном... - протянул Олег, - видимо, дело и впрямь в этом. Ты собаку свою во дворе зарыл?

 - Нет, - ответил мужчина. - В посадке неподалеку.

 - Ближе к свалке? Селитру туда же сбагрил, или в другом месте?

 - Отраву эту я тупо на свалку свез - от греха подальше. А собака моя тут при чем?

 - Она померла от этой дряни, и не хотелось бы, чтобы на ее трупе выросла такая же чудная малинка. Прости, что задеваю такую чувствительную тему... но лучше уж перестраховаться. Можешь показать, или рассказать, как найти то место, где ты собаку зарыл?

 - Нет! - похоже, слова Таммаофа здорово разозлили Аркадия. - Оставьте ее в покое - она и так натерпелась!

 - Успокойся, я не собираюсь ее выкапывать, - вздохнул Олег - но я должен видеть, что на том месте ничего не происходит. Будь человеком, не усложняй мне задачу, у меня итак вся жопа в мыле из за этой сраной селитры.

 - Нет, - твердо ответил он. - Извини, но я не верю. Оставьте в покое могилу Найды!

Олег почесал нос, посмотрел внимательно на мужика, затем хватил кулаком по столу.
- А теперь послушай меня - рявкнул он, - если ты думаешь что хоть кто-то кроме меня, возился бы с тобой так, как я, ты глубоко ошибаешься. Ты хочешь, чтобы тут через год весь ебаный лес порос этой ядовитой дрянью? Ты хочешь, чтобы твоя коза сожрала твою голову во сне, нажравшись отравы? Ты не представляешь, в какое дерьмо ты ввязался, и только мы занимаемся тем, чтобы спасти этот сраный поселок и тебя в частности от этой отравы. Ты хочешь, чтобы сюда приехали люди в скафандрах и залили тут все кислотой, и ты лишился дома? Скажи, где зарыл собаку, и я даю честное слово, что мы просто польем это место ядом, чтобы там ничего не выросло, и собаку трогать не станем.

Аркадий уставился на Олега, до предела округлив глаза и, как рыба на суше, стал нелепо глотать воздух ртом. После этого, взрослый крепкий мужик, каким был хозяин дома, отвернулся от Таммаофа, закрыл лицо рукой и... заплакал.  Таммаоф ощутил, как его темная сторона схватила его за горло, готовясь прорваться наружу в тот момент, когда он кричал на Аркадия, но ангелу духа в последний момент удалось обуздать ее. Конец Полета ощутил болезненный укол Совести. Олег осекся на полуслове, почувствовав себя последней жестокой сволочью.

- Извините, вы итак натерпелись, - неловко сказал он через пару мгновений - но я здесь чтобы помочь, я отвечаю. Прости, мужик, - добавил он, путаясь в "ты" и "вы", - что я вот так вот лезу, вламываюсь к тебе, ору, но это действительно очень серьезное дело. И ты - единственная зацепка, чтобы все это распутать, и никто больше не пострадал. Я на нервах, ты бы знал, что у меня последние дни творится, и... - он вздохнул, пытаясь подобрать слова, - в общем, пойми, что сейчас я - твой единственный друг, как бы это тупо не звучало. И я помочь хочу, а не там, я не знаю, опыты проводить над твоей собачкой. И, это, извини, еще раз.

 Зажимая губы, то ли от стыда, то ли от досады, Аркадий звонко засопел носом и, оскалившись, пробурчал:
 - Черт с тобой, придурок! Приведу тебя на могилу Найды...

 - Я, это, внизу подожду, - поспешно согласился Олег, чтобы дать время Аркадию прийти в себя, и поднимаясь.

Он спустился вниз, задумчиво оглядывая территорию призрачным зрением из-под темных очков. Не то, чтобы он питал серьезные предчувствия по поводу появления здесь призраков, но проверить стоило. Приблизительно через полминуты умытый, с зализанными назад волосами, хозяин дома вышел к Таммаофу на крыльцо и с мрачным видом запер дверь на ключ.

- Пошли, - пробубнил он и повел Олега через калитку вниз по улице, куда-то на окраину поселка, где находился пустырь. Место это было недалеко от дороги, но в противоположной стороне от свалки. Под тремя молодыми березками возвышался небольшой холмик, над которым стоял деревянный столб с фотографией немецкой овчарки, укрытой под стеклом. Встав перед памятником, Аркадий, повесив голову, прошептал:
- Здравствуй, Найда...

Пронзая взглядом мир мертвых, Таммаоф с удивлением обнаружил, как с могилы навстречу Аркадию метнулась собака и закружилась вокруг него. Больше ничего необычного опытный взгляд Веселова здесь не заметил.
"Потрясающе, и что мне с этим делать?" - подумал он. С подобными фантомами ему еще не приходилось иметь дело, по крайней мере - после возвращения из Бездны.
- Ты знаешь, - негромко и медленно сказал он Аркадию, - мне одна бабуля рассказывала, что наши животные, которые любили нас в жизни, будут первыми, кто встретит нас после смерти. Я бы не стал верить в это безоговорочно, но, похоже, твоя Найда будет ждать тебя и по ту сторону.

Он покосился на собеседника,
- Впрочем, кому во что верить, решает каждый сам, - добавил он.

Мужчина медленно повернул голову на Таммаофа и как будто съежился, встретившись с ним глазами. Демон почувствовал, как подозрение и страх рождаются в душе смертного.
 - С чего ты взял?.. - протянул он.

Халаку пожал плечами
- Ты действительно хочешь знать? - спросил он спокойно - ты итак оказался вовлечен в то, что здорово испортило тебе жизнь. Как я понимаю, у тебя есть семья, наверное, ты их любишь, у тебя есть в жизни цель. Ты богаче меня, у меня вряд ли будет что-то подобное. Может, стоит просто жить дальше? А мы позаботимся о том, чтобы эта история не имела последствий для других. У Таммаофа промелькнула мысль, что он мог бы сделать этого человека своим верующим. Но он не хотел ломать ему жизнь, он должен был защищать смертных, а не использовать их в своих целях. Он готов был ответить Аркадию на все вопросы, но это изменило бы его жизнь, и зачем? Он мог жить дальше, как обычный человек, и, право, это был бы весьма неплохой вариант.

- Так что? Все в порядке? Надеюсь, тебе не нужно ее выкапывать?

- Пока да. Возможно, я еще вернусь сюда, чтобы осмотреть это место, но пока вмешательство не требуется. Я могу тебя проинструктировать, как заботиться о месте захоронения, если ты мне клятвенно пообещаешь подойти к этому делу с максимальной ответственностью, и не забьешь через полгода.

 - Я и так знаю, что нужно делать, - раздраженно ответил Аркадий. - Ты не представляешь, что она для меня значила!

 - Может, и не представляю, - кивнул Таммаоф, - но глаза у меня есть, и я это вижу. А насчет "заботиться" - я имел в виду - тщательно наблюдать за тем, что здесь растет. Не должно возникнуть никаких, даже малейших... странностей, если ты понимаешь, о чем я. Даже если у тебя просто будут появляться здесь странные мысли, это уже повод для беспокойства. Вероятно, землю здесь стоит хорошенько протравить любым ядом, лучше брать самые сильные противосорнячные средства из сельскохозяйственных. Я бы очень рекомендовал именно так и сделать. Пусть здесь никогда ничего не вырастет, это будет лучшим, что ты сможешь сделать для своей собаки. Если все же что-то вырастет, выпалывай и сжигай в золу. Это очень важно, очень. Если ты не уверен, что хочешь этим заниматься, я возьму это на себя. Но я подумал, что, может, тебе будет более комфортно, если никто из чужих не будет здесь ковыряться.

 - Сколько времени я должен за этим следить?

 - Все время, пока здесь живешь. Не меньше двух-трех лет, по крайней мере.  Да и потом поглядывай. Мы еще не изучили состав, и потому лучше перестраховаться. Потому что вещество ОЧЕНЬ опасное. И еще. У тебя не должно быть проблем, потому что мы не собираемся упоминать твое имя в каких-то официальных отчетах, и милиция и прочие органы в это не полезут. Однако, если вдруг ты заметишь, что тобой кто-то интересуется, увидишь каких-то странных людей около твоего дома или, например, у могилы собаки, обязательно звони мне. Сохрани мой телефон где-то, где ты его не сможешь потерять. Скажу сразу, это вряд ли произойдет, но мало ли, ты же хочешь иметь запасной вариант? И да, на форуме том больше не общайся. Или, по крайней мере, избегай выяснения отношений с тем мудаком, что тебе посоветовал селитру. Не стоит давать о себе дополнительной информации.

 - Да что там, плутоний что ли? - ужаснулся Аркадий.

 - Да нет. Просто это вещество неизученным образом действует на живые организмы, приводя к мутациям при жизни, и неестественным изменениям после смерти. Это не вирус, и эпидемия здесь не грозит, но как ты знаешь, даже неорганический яд может оставаться в почве, и передаваться через другие организмы, и поэтому важно, чтобы ты следил за могилой собаки. О том, что произошло на свалке после того, как ты сгрузил там селитру, мы уже позаботились.. и поверь мне, ты не хочешь, чтобы это снова произошло, на этот раз - здесь. Мы работаем над изучением. Не я, конечно, я исполнитель, а не ученый ум. Эксперты занимаются составом, но пока что ничего конкретного я тебе сказать не могу, кроме личных наблюдений.

 - Ладно, я понял, - понуро ответил мужчина. - Так и быть, прослежу...

 - Уж постарайся. Еще раз повторю, я пошел тебе навстречу, и надеюсь, ты меня не подведешь. Ладно, у меня, похоже, все, мне нужен только твой телефон, на случай чтобы если возникнут еще вопросы, мне не пришлось снова сюда тащиться. Ну и, если у тебя еще есть вопросы, я готов на них ответить.

 - У меня много вопросов, но все равно на них нет ответа, - сказал Аркадий и назвал Таммаофу свой номер мобильного.

"Ответы есть, но нужны ли они тебе..."
- Тогда я с вами прощаюсь, Аркадий. Удачи вам, и вашей семье - снова перешел на официальный тон Олег. - Просто знайте, что вы еще отделались малой кровью, и... не забывайте приходить на могилу.

- Ладно... Удачи вам, - мрачно пробубнел Аркадий и, пожав руку Олега, двинулся прочь.

[Mindcaster]

 Таммаоф, сделав вид, что тоже уходит, нырнул за угол, сделал крюк и, дождавшись удобного момента, пересек барьер между мирами. Он осторожно двинулся обратно к могиле.
- Найда, Найда, ты здесь? - позвал он собаку. Здесь, где его уже не могли видеть смертные, он принял форму, более соответствующую его внутреннему содержанию. Легко паря над землей, он стал похож на призрака, с мерцающей кожей и бездонными темными глазами.

В ответ на свой призыв он услышал короткий лай. Найда сидела недалеко от могилы и смотрела на приближающегося ангела духа навострив уши и склонив голову набок.

- Найда, Найда, - позвал Таммаоф, присаживаясь на корточки, - девочка, я Олег, друг твоего хозяина, Аркадия. Найда, иди сюда.
Он внимательно смотрел на призрака, пытаясь детальнее распознать его природу. Овчарка наклонила голову на другой бок и звонко гавкнула, помахивая хвостом, но осталась сидеть на месте. Восприятие Таммаофа подсказывало, что перед ним ни что иное, как душа собаки, облаченная в плоть из плазмы - самый настоящий призрак.

Таммаоф пожалел, что у него нет ничего съедобного. Впрочем...
- Подожди меня, я вернусь, - предупредил он, вставая и поворачиваясь, чтобы идти в удобное для возвращения материальный мир место. Олег метнулся кабанчиком за сосисонами, и довольно быстро был снова на могиле собаки, в мире призраков.

Найда лежала недалеко от могилы и вылизывала языком передние лапы.
- Найда, Найда! - Олег присел на корточки и достал сосиску - смотри что я принес! На! - с этими словами он осторожно подкинул сосиску к собаке

Она подняла глаза на Таммаофа, бодро гавкнула после того, как понюхала воздух, потом сосиску, облизнулась, навострила уши и уставилась на ангела духа, хотя и не притронулась к лакомству.
Олег вздохнул
- Ешь! - предложил он ей - похожу, собака была приручена есть из рук хозяина... но где ж его взять

Найда звонко тявкнула в ответ и демонстративно отвернула морду от лежащей перед ней сосиски.

- Найда, хозяин не может тебя покормить, - сказал он, - он не видит тебя. Только я могу о тебе позаботиться. Пойдем с тобой, я друг твоего хозяина, Аркадия, я помогаю ему - он говорил мягко, спокойно, убеждающе, и посматривал на реакцию собаки

Собака посмотрела на падшего ангела, наклонила голову набок и, помахав хвостом, еще несколько раз осторожно понюхала сосиску. После этого она аккуратно прикусила ее конец резцами, несколько раз лизнула и осторожно посмотрела на Таммаофа.

- Можно. Я сам покупал, - сказал Таммаоф, и, очистив вторую сосиску от шкурки, надкусил полуфабрикат сам. Есть было вполне можно, хотя конечно вареные сосиски были вкуснее

Осторожно посматривая на Олега, собака медленно потянула сосиску на себя, откусила небольшой кусок и, не удержавшись, одним махом проглотила оставшуюся ее часть.

- Молодец Найда, хорошая девочка! - искренне похвалил животное Таммаоф, который было думал уже, что у него ничего не выйдет. С собаками он общался довольно редко, хотя неприязни к ним не испытывал, скорее даже наоборот. Просто как-то так получилось.
- Держи еще, - он кинул надкусанную сосиску. Собака осторожно проглотила и это.

- Умница Найда. Ешь, - он положил сосиску между собой и собакой. Она вскочила и подмела третью порцию. Четвертую сосиску Олег осторожно протянул собаке, на открытой ладони

Найда поднялась на лапы, подошла к Таммаофу, обнухала его руку и мигом проглотила угощение.

- Умница Найда, ай да молодец, - Олег попытался осторожно погладить собаку, и та благосклонно приняла ласку.

Олег вдоволь начухал животное, ему было самому приятно это занятие, во многом еще и потому, что он опасался более агрессивной реакции. Скормив Найде остатки сосисок, и поболтав с ней о всяких пустяках, как обычно люди общаются с животными, он начал думать, что делать дальше. Его вело, в осносном, наитие, а здравый смысл подсказывал, что собачка вряд ли владеет знаниями призраков, и перенести ее через Бурю будет куда как сложно. Но надо же что то делать?

Таммаоф посмотрел на часы, стрелки показывали около половины третьего. "Вот это время летит!"

- Ядидаан, ты проснулся? - позвал он собрата по дому

- Как штык, ёпт! - гыгыкнул халаку.

- Охрененно. Если ты свободен, давай думать, как встречаться будем. Я в Понтонном, гаденыш у меня в банке, но тут у меня внезапно объявился призрак собаки, которая траванулась нашим веществом Икс. И вот я сижу у нее на могиле и думаю, что с ней делать. Не хотелось бы ее бросать, случай как бы не частый, чтобы животное становилось призраком

- Ну, предположим, да... Думай, где будем встречаться - я открыт для предложений! А насчет собаки я тя вообще не понял - нафиг она тебе?

- Ну, может ее изучить как-то, - промямлил Таммаоф, - редкий же случай, и явно связано с нашим веществом. Да и скучно ей тут. Ты в каком щас районе?

- В Выборгском... - выдохнул Вячеслав.

Таммаоф с грустью посмотрел на собаку. Кажется, взять ее с собой не получалось. Вероятно, он вернется за ней позже. Не через нигиль же ее тащить, вряд ли она нормально воспримет такое путешествие.
 - Ну, предлагаю где-нибудь посередиине, чо нибудь типа Александровского сада, например. Или могу к тебе подъехать, чтобы посреди улицы не рассматривать эту дрянь.

 - Как скажешь, - согласился Ядидаан. - Давай в Александровском через полчасика. В Убежище посмотрим, чтобы не палиться.

 - Ну, я выезжаю, пожалуй дольше получаса ехать буду, если чо. Отбой.

Олег с грустью потрепал Найду за ухом
- Прости, я не могу тебя пока забрать. Но я обязательно вернусь. Подождешь меня здесь?

Он встал. Собака посмотрела на демона и убежала к могиле, где легла и принялась вылизывать лапы. Помахав ей рукой, Олег отправился к Ядидаану

[Neforlution]

     Пролетев, по оценкам намтара, пару миль, Ониэль попыталась сделать новый рывок, но растерялась, увидев вынырнувшую из ниоткуда летучую гору костей, и не смогла справиться с узором Царства Мертвых. Повисев в гуще бури пару мгновений, она решительно повторила свою попытку и на одном дыхании пронеслась еще около четырех миль до Варшавского Экспресса, который с другой стороны выглядел совсем не так, как из Мира Живых.
     Отдышавшись - все-таки переходы через Бурю сильно изматывали аггела Второго Мира - она стала медленно, осторожно снижаться, описывая широкие круги над Варшавским вокзалом, внимательно рассматривая его, но не опускаясь слишком низко. Сердце Элохим бешено, возбужденно стучало, изредка напоминая о себе уколами слабой боли. Путь Себетту почти окончен; скоро она узнает ответы на все свои вопросы.
     Судя по всему, в Мире Мертвых вокзал был еще действующим. Здесь околачивалось немало призраков, которые стояли в очередях на паровоз, который длинной колбасой растянулся вдоль узкого перрона.
     Едва заметное движение крылом - и Падшая спикировала вниз, а затем непривычно жестко приземлилась на перрон. Все же как хорошо было бы висеть в воздухе в дециметре от земли, лишь едва покачиваясь вверх-вниз! Без привычной воздушной подушки под ногами Образ Смерти отбила себе обе ступни.
     Очень странно было видеть толпящихся у паровоза мертвецов, видно, старающихся поскорее занять свои места. Уже само существование действующего и, более того, регулярно курсирующего транспорта в Мире Теней было более чем удивительно. Но об этом Виолетта подумает потом. Кто здесь может точно знать, где находится депо?
     Подумав секунду, девчонка быстрым шагом направилась в сторону предположительной головы поезда. Она очень надеялась - раз уж это паровоз - найти там машиниста.
     И она его нашла. Сердце Ониэль сделало радостный вираж, когда она легко оттолкнулась ногами от земли. Врановые крылья с силой ударили по воздуху, подняв целые тучи пыли и мусора, скопившегося на перроне, и часто-часто забились, чаще, чем сердце, позволив своей хозяйке зависнуть в воздухе на уровне окошка в будке машиниста. Плач Всех Ушедших коротко заглянула внутрь, как любопытная пташка, и, вытянув белую, как бумага, руку, трижды постучала в дверное стекло.
     Машинист и кочегар резко повернулись на Ониэль, немного испугав ее своим внешним видом. Это был мужичок в одежде образца начала 20-го века, в характерной кепке и фартуке. Единственной его заметной особенностью было то, что нижняя часть тела отсутствовала - в наличии имелось только туловище, которое было установлено на железной треноге напротив печи. Рядом с ним стоял кочегар с обожженным лицом.
     Та поначалу вздрогнула, но быстро привыкла к необычной внешности духов. Это ведь совсем не то, что она видела у Синелицего... В мире мертвых внешний вид часто является отражением души, но на этот раз Халаку была уверена, что этим людям просто не повезло.
     Пока Убийцу бросало вверх-вниз в такт взмахам крыльев, она постучала в стекло еще раз, всем своим видом умоляя открыть дверь и впустить ангела смерти внутрь. Это было написано на ее темно-фиолетовом лице, на приоткрытых губах, на вытаращенных белых глазах, на каждой черточке юного лица Намтара.
     - Чего надо?! - послышался грубый скрипучий голос машиниста, когда кочегар раскрыл окно кабины паровоза.
     - Простите меня, пожалуйста, за то, что я Вас отвлекаю, - зашипела демон скорби и смирения как можно менее угрожающе, хоть этого, если честно, добиться было нелегко, - но не могли бы Вы подсказать мне, где находится депо Варшавского вокзала? - сердце аггела Второго Мира снова кольнула игла острой боли, и она схватилась свободной рукой за грудь. - Вы не представляете, как важно мне туда побыстрее попасть, - встревоженно прошептала Элохим, чьи глаза расширились еще сильнее в безвыходном страхе.
     Едва встав, Таммаоф вспомнил, что давно хотел поговорить с Виолеттой.
     - Ониэль, привет! - радостно позвал он, - а я, прикинь, призрачную собачку нашел.
     Себетту качнулась, услышав в своей голове знакомый голос. Она будет выглядеть очень странно, разговаривая будто сама с собой, но ведь и отлучаться нельзя - Падшая ждет слишком важный ответ. Образ Смерти приставила кулак к губам и тихо шепнула:
     - Привет, мой любимый брат, - ее голос, не в пример Нергалу, был тих, печален и встревожен. - Рада слышать тебя - я уже думала связаться с тобой сама. Как твое здоровье, как рука? Ты уже вылечился?
     - Вон там, - прохрипел кочегар и указал рукой в глубь станции - за перрон, где располагались ряды железных дорог. "Там недалеко есть железнодорожный музей" - пронеслись в голове у халаку воспоминания Виолетты.
     Девчонка повернула голову в ту сторону, куда указал ей кочегар. Будь у нее чуть больше времени, она бы могла спросить еще очень многое: начиная с того, насколько далеко это самое депо и заканчивая тем, что же это вообще за демонический паровоз Уриэля такой. Однако времени не было, и поэтому Ониэль лишь кивнула - упорная и испуганная - и ответила глухим многоголосым шепотом:
     - Спасибо Вам огромное. Доброго Вам пути.
     Трепещущие за спиной крылья взмахнули еще раз - резко и сильно, и подняли свою хозяйку в воздух, выше, чем паровоз, выше, чем здание вокзала. Плач Всех Ушедших выровнялась и со всей доступной ей резвостью полетела в указанном направлении черноперой стрелой. Пока она будет добираться, есть время поговорить с братом; к змеиному гнезду же следует подходить невидимой и неслышимой.
     - Да, все  окей, ты не получала смс? У тебя что-то случилось?
     - Я сейчас без телефона, да и во Втором Мире связь плохо работает, - выдавила из себя слабую улыбку Халаку. - Это хорошо, что ты здоров; хоть одна хорошая новость на сегодня. Послушай, брат, у меня мало времени - ты свободен сейчас? - встревоженно, почти отчаянно зашипела Убийца множеством голосов. Тяжелое, шумное дыхание и свист ветра наводили на мысль, что она куда-то летит.
     - Нужна помощь? - быстро спросил Таммаоф. Стрелку с Ядидааном можно было и подкорректировать.
     - Послушай, брат, - надрывно захрипела Намтар, видимо, в очередной раз не справившись со своими эмоциями: кажется, что, если бы Таммаоф находился сейчас рядом, ангел смерти схватила бы его за грудки и встряхнула от усердия. Она кричала, если б могла. - Есть одно дело, которое я по своей глупости не выполнила, и есть кое-что, что ты должен знать. Если у тебя сейчас есть время, беги в "Джакомо" и найди там электрощитовую со стороны Убежища. Там ты найдешь двух девушек, которых Ермолов слепил вместе - пожалуйста, освободи их! Я бы сделала это сама, но побоялась навредить Знанием Смерти... А теперь жалею. Пожалуйста, помоги им, брат. Помоги и стань для них Господом Душ... Унеси их оттуда, защити. Подтверди, что ты их бог, не только словами, но и делами.
     "Пусть все будет так, как должно быть", - добавила про себя демон скорби и смирения. Даже если бы она хотела, она не смогла бы собрать паству: это удел Нергалов, не Намтаров. Любить кого-то и защищать - это слишком тяжелый груз, а аггел Второго Мира доказала, что не может обезопасить даже своих родных.
     "Да елки палки, что там происходит"?
     - Я понял, а ты как? Что случилось, в двух словах хоть?
     - И второе, - упрямо продолжала гнуть свою линию Элохим. - Я узнала кое-что о нашем враге. Его слуга сказал мне, что это один из младших повелителей Лабиринта, Однаждырожденный - я так полагаю, это следует читать как "не демон, а дух, продавшийся Бездне". А еще он и его слуги... - тут голос Себетту оборвался, а когда она снова заговорила, шепоты стали дрожать, как воздух над раскаленным песком, - они знали, где меня найти и как выманить. Я пока нашла лишь одно объяснение: личинки. Те паразиты, которые были в тебе, все слышали, знали, где находятся, и передавали эту информацию своим хозяевам. Так они узнали, кто из нас самый слабый... И где мое слабое место. Знаешь, я даже восхищена таким тактическим маневром, - невесело усмехнулась Падшая.
     - Вот гавно, - про себя Олег выматерился куда сильнее, кляня себя за беспечность, - так, а куда тебя выманили, и как?
     - Они украли Игоря! - послышался ему в ответ глухой визг, и шипение, и шелест десятка голосов, и щеки Образа Смерти полыхнули лавандовым; она до последнего пыталась уклониться от этого вопроса. Брат, конечно, ничего не скажет вслух, но, пока Виолетта не видит, точно возложит длань на свое чело. - Украли и использовали его, как приманку для меня! Я знаю, что там ловушка, но у меня нет другого выбора! Я! - должна! - лететь! - прямо в расставленную сеть!
     - Так, успокойся срочно. Я спасаю девок и двигаю к тебе. БЕЗ ВОЗРАЖЕНИЙ. Куда?
     - Ты не понял, брат? Там ловушка! - все пыталась донести до Конца Полета свою мысль девчонка. - Послушай, я не хочу, чтобы ты угодил в ту же паутину! Если что-то пойдет не так, среди нас должен остаться хоть один Халаку, иначе нам конец! Да, и еще... Ступай в "Джакомо" осторожно: там нигили расставлены. Я подозреваю, что Ермолов тоже как-то замешан во всей этой катавасии, но доказательств у меня пока нет.
     - В любом случае, мне надо знать, куда ты отправилась. Чем дольше ты сопротивляешься, тем больше мы теряем время, что тут непонятного? - рыкнул Таммаоф таким голосом, что можно было легко понять - сейчас с ним лучше не спорить.
     Несколько секунд Ониэль молчала, а затем Олег услышал в своей голове ее шепоты, глухие, тихие и далекие.
     - Депо Варшавского вокзала - с Другой Стороны там железнодорожный музей. Ищи нас там. И еще, мой брат... Пожалуйста, пожелай мне удачи, - в горле Плача Всех Ушедших застряла фраза о том, что она может и не вернуться. Не надо нагнетать атмосферу, она и так более чем подтвердила свое почетное звание Комиссара-истерички.
     - Удачи, дорогая, держись на связи, если что, и не лезь на рожон - сказал Таммаоф, разрывая связь.
     - Спасибо, мой любимый брат. И тебе тоже удачи, - тихо ответили мужские голоса, такие чужие для девчонки, в чьем теле теперь находилась Халаку.
     Но их уже никто не слышал.

-1 пункт Воли

[Neforlution]

     Размеренно хлопают по бокам два черных крыла, держа юное тельце своей хозяйки над землей, исполосованной шрамами-рельсами. Холодная пыль и смрад достают до самого горла и застилают глаза, притупляя зрение. Убийца высоко, там, где не коснутся живота ее ни жадные когти, ни алчные сети. Но сквозь обычный для железных дорог туман все, что находится далее, чем на расстоянии вытянутой руки, кажется неясным, призрачным, будто является не более чем мыслью, еще гадающей, какую форму ей все же принять.
     Полетав над территорией бывшего Варшавского вокзала там, куда указал призрак кочегара, она увидела ржавую крышу старого ангара, растянувшегося на достаточную длину для того, чтобы вместить небольшой состав. Нагромождение строений и развалин из двух миров перемежалось стоящими тут и там вагонами разной степени давности.
     Намтар уже видела такие ангары раньше, и потому была уверена, что это и есть то самое депо, которое она ищет. Спящий змей, держащий в пасти ее надежды, старая клетка, расставленная специально для ангела смерти.
     Сердце демона скорби и смирения забилось часто-часто, но как-то тихо, будто боялось своим шумом привлечь ненужное внимание, зато живот скрутило так, будто аггел Второго Мира только что проглотила увесистый клубок копошащихся червей. Мысли словно слиплись вместе и превратились в сплошной белый шум, сквозь который ясно пробивалось лишь осознание, что Игорь там. И ей нужно быть осторожной.
     Недолго думая, Элохим сложила за спиной антрацитовые крылья и мягко начала снижение. Черный туман и воздушная подушка под ногами будут ей хоть какой-никакой, но помощью, если Себетту хочет остаться незамеченной; Падшая призвала их. Где-то здесь должен быть вход... Где-то здесь должна быть раскрытая пасть.
     Ониэль прошлась вокруг заброшенного ангара. В мире живых это место было заброшено и ожидало ремонта, но в мире мертвых оно выглядело гораздо новее...
     Ничего странного пока Виолетта не увидела - ангар как ангар. Значит, самое интересное ждет ее внутри...
     По крайней мере, Образ Смерти так думала.
     Девчонка, рассудив, что нормальные герои всегда идут в обход, несколько изменила свой первоначальный план просто и ненавязчиво войти в дверь, поскольку, подняв голову, Ониэль обнаружила наверху окна. Ее крылья снова с силой ударили по воздуху, разметав вокруг клубы густого черного тумана; ветер засвистел в ушах Плача Всех Ушедших, когда она быстро, словно стрела, взмыла ввысь. Даже тогда Халаку не спешила без мыла в дырку лезть, а, не долетев немного до окна, зависла в воздухе, сконцентрировалась, протянула руку, чтобы ухватить нити Мироздания и посмотреть, не ждут ли ее прямо на входе непредвиденные обстоятельства.
     Она ощутила исходящие изнутри опасность, страх и боль, жажду мести и горестную обиду, смешанную со злорадством. Однако, источники этих чувств, похоже, не были в непосредственной близости.
     Все эти чувства... они были так знакомы Убийце. Она была уверена, что их источников несколько. По крайней мере, это доказывало, что Игорь еще жив, и Намтар должна была обрадоваться, но вместо этого...
     Вместо этого ангел смерти почувствовала ужасную вину. Нет, она не жгла огнем, как это часто бывало; она, скорее, придавила демона скорби и смирения своей тяжестью, как упавший с неба камень или тонны морской воды. Эта вина не уйдет, не смоется каплями летнего дождя, не испарится на солнце, не улетит на крыльях ветра - она будет жить вечно в груди аггела Второго Мира и не уйдет. Никогда.
     Скорее всего, она никогда не дождется прощения, которого, тем более, не достойна, но разве же это важно было сейчас? Главное - просто вытащить Игоря отсюда, просто вывести. А дальше... Пусть все будет, как будет.
     Лишь секунду заняли у Элохим ее горестные мысли. Когда же ее миг скорби прошел, Себетту вздохнула и попыталась тихо, неслышно, осторожно пролезть в окно.
     Да свершится ныне то, чему суждено было быть.
     Несколькими легкими прикосновениями она разрушила плазму стекла и смогла пролезть внутрь, хотя крылья немного мешали. Две длинные канавы, пара старых вагонов и какой-то разбросанный мусор увидела она там. Ближе к середине стены располагалось несколько приоткрытых дверей.
     Она двигалась почти неслышно, только несколько взмахов бескрайними ночными крыльями - и вот, Падшая уже скользит по воздуху прямо к злосчастным дверям. Но какая из них верная?
     Недолго думая, Образ Смерти снова сосредоточилась, вдыхая бесконечно разнообразные запахи Творения, пробуя их на вкус, пытаясь почувствовать ауру места и хотя бы понять, в правильном ли направлении она летит.
     В одной из дверей она услышала сдавленный хрип.
     Возможно, это была ловушка. Может быть, Виолетта шла прямо в расставленную сеть, в раскрытую пасть хищника.
     Но сейчас Ониэль об этом даже не подумала.
     Ее сердце екнуло и остановилось на целую секунду, после чего, опомнившись, поскакало галопом, будто пытаясь отстучать за всю жизнь девчонки наперед. Плач Всех Ушедших, недолго думая, приземлилась, зависнув в дециметре над землей, протянула дрожащую руку почти призрачной белизны и толкнула дверь, входя.
     Она оказалась в небольшом складском помещении, где стояли ржавые металлические стеллажи с какими-то не менее ржавыми деталями. Повернув голову, она увидела Игоря, который висел в дальнем конце комнаты, подвешенный за руки на цепи, перекинутой через трубу, проходящую под потолком. Еще несколько цепей с крючьями впивались ему в бока и пах.
     Позади него стояла миловидная девушка с пухлыми щечками и светло-русыми волосами, с руками в виде подклешней богомола. Одной она упиралась в пол, а другую выставила у горла Игоря.
     - Такой красивый, такой хороший, - шептала она, стоя за его спиной. - Но такой же порочный, грязный подлец, как и мой братец!
     Она ударила Игоря тупой стороной подклешни по лицу, рассадив ему и без того разбитую бровь.
     - Все только для тебя, - продолжала она шептать. - Все нашему милому мальчику. А о сестренке можно забыть, да?! Ой, девчушка, при-и-и-и-ивет! - лицо девушки растянулось в приятной улыбке, когда выглянуло из-за спины призрака и повернулось на Ониэль. - Ты заблудилась, да?
     Гнев и боль вдруг овладели душой Халаку; ярость и вина смешались вместе, сотворив темное вино, горькое и обжигающее горло. Темно-фиолетовые губы Намтара задрожали и непроизвольно изогнулись в гримасе страдания, белые глаза прищурились и тихий хрип вырвался из горла, почти неслышный вопль чистой злобы и ненависти, сквозь который послышался отчетливый, ясный шепот:
     - Нет. Это ты заблудилась. Я же нашла свой путь, - крылья ангела смерти, бесконечно огромные, черные настолько, что кажутся безгранично глубокими, как пустота, как Великое Ничто, угрожающе распахнулись, создав иллюзию того, что демон скорби и смирения больше и страшнее, чем есть на самом деле. - ОТПУСТИ ЕГО! ОТПУСТИ СЕЙЧАС ЖЕ! - гаркнули вместе десять мужских голосов, отражаясь от стен нескончаемым эхом.
     - ЕЩЕ!!! - дьявольски расхохотавшись, завопила девушка, выкатив из орбит глаза и неестественно открыв рот. Ее губы посинели и растрескались от напряжения. - ДАЙ МНЕ БОЛЬШЕ!
     Ей ответило сдавленное, полное ярости и боли шипение, глухой крик, который мог оглушить, если бы уделом демона скорби и смирения были не только шепоты. Стены склада ответили драконьими воплями, и наполненный эхом воздух взорвался, рассеченный надвое могучими крыльями. Аггел Второго Мира быстро оттолкнулась от земли, стремительная и неукротимая, и гнев был в руках ее: одной рукой Элохим целилась в подклешню, терзающую призрака, другой - прямо в морду чудовища, в ее нечестивую пасть.

[Neforlution]

    Начало 1 боевого раунда.

     Девчонка с подклешнями богомола, ничуть не испугавшись, приготовилась ускользнуть из рук Ониэль - тем более что это было не очень трудно - и занесла страшную мечеподобную конечность, чтобы в одно мгновение лишить намтара ног. К своему счастью, халаку вовремя заметила это движение.
     Себетту не стала уклоняться, но, помня, как хрупка плазма, приготовилась ответить ударом на удар. Волны губительной энергии распространялись вокруг нее жарким приливом; вернее сказать, наоборот, нити энтропии концентрировались в руке Падшей, готовясь быть выпущенными одним лишь словом.
     И Образ Смерти произнесла это слово, направив весь свой гнев, боль и ужас в лапу чудовища, в ее мерзкую конечность.
     Ониэль промахнулась... Холодок пробежал по ее вискам, когда она поняла, что может не успеть. К счастью, чудовище оказалось не таким расторопным, как это казалось поначалу, и в попытке увернуться само напоролось на угрожающую ладонь ангела смерти. Вопль призрака сотряс кладовую, когда она увидела, как обнажаются кости его измененных рук. Но она успела ответить - боль резанула по икрам Виолетты, едва не добравшись до сгиба колена. Если бы кто-то видел демона с призраком в этот момент, он мог бы подумать, что две чудовищных девочки танцуют в каком-то дьявольском танце, но пока у них был только один зритель, стонущий на цепях.

    Ониэль: 1 смертельного урона
     Конец 1 раунда

     Восприятие Ониэль обострилось до предела. Она увидела, как одна клешня подбирается к ней, а вторая собирается вонзиться в спину Игоря. Злорадная ухмылка проскользнула на лице чудища.
     Первая кровь пролилась, она потекла по рассеченной ноге Виолетты, густая, черная, как краска, закапала на пол холодной жижей. От резкой боли девчонка зашипела, но упрямо продолжала наступать и уже занесла руку для удара...
     Боковым зрением Ониэль заметила, как вторая клешня потянулась к спине Игоря, и липкий страх тут же поглотил Плач Всех Ушедших с головой. Даже не успев ничего подумать, на чистом инстинкте Халаку метнулась в сторону, целясь в ту лапу, которая угрожала призраку, и готовясь получить удар.
     Склад был полон старых вещей, умирающего железа, покрытого ржавчиной и готового вот-вот рассыпаться прахом. Пусть, пусть с врагом будет так же! Пусть она иссохнет, пусть покроется язвами, пусть будет изгнана в страну без возврата!
     Вторая подклешня соперницы покрылась язвами и струпьями. Она была готова вонзиться в спину Игоря, но дрогнула и промахнулась, угодив в стоящий рядом стальной стеллаж, заполняя комнату металлическим звоном. Страх и злоба отобразились на лице призрака, почти полностью лишившегося рук. Даже грудь и шею призрака покрывали следы разложения, но мерзкая тварь смогла отомстить убийце, располосовав ей бедро до самой спины.

    Ониэль: 2 смертельного урона. Итого: Ониэль - 3 смертельного урона.
     Конец 2 раунда.

     Кровь уже не капала - она текла уверенной струей по бедру Убийцы, и боль терзала ее тело нещадно, кусала руки, вгрызалась в ноги, молотила хвостом по спине. Нужно прогнать эту боль, иначе руки Намтара будут слабеть все сильнее и сильнее...
     Ангел смерти сосредоточилась на долю секунды и резко выдохнула. Скоро кровь перестанет бежать, скоро всякая влага вообще покинет ткани демона скорби и смирения. Она превратится в иссохшую, лишенную жизни мумию, отдаст кусочек своей души ради того, чтобы защитить своего призрака.
     Да будет так.
     С силой махнув крыльями, аггел Второго Мира метнулась вперед, как стрела, как пущенный из пращи камень. Ее пальцы, до краев наполненные голодным, ревущим дыханием Смерти, потянулись к глазам твари, пытаясь вырвать их, выжечь, сгноить, ослепить врага.
     Ониэль почувствовала, как призрачная девица стала спешно плести узор Знания, по-видимому, чтобы открыть нигиль, но, похоже, что-то пошло не так. На глазах у демона призрак выронил этот узор из рук, и его тело стало разрушаться, как от прикосновения намтара... Девушка с подклешнями богомола застыла в немом ужасе, наблюдая, как пальцы демона смерти касаются ее глаз и превращают корпус духа в бесформенную массу, похожую на пыль. Какое-то мгновение прошло и ветер, стелившийся по полу комнаты, унес серебристо-серый прах призрака, и от него не осталось и следа...

    Конец 3 раунда.

[Mindcaster]

 - Васян, дружище, ты далеко от Балтийского вокзала сейчас? - спросил Таммаоф в пустоту, закончив с Ониэлью. Ожидая ответа он выдохнул и представил себе призрачные окрестности Джакомо. А затем вздохнул и шагнул в ничто.

Таммаоф рухнул в нигиль и бушующие объятия Бури проглотили его, словно прорубь. На одном дыхании он проялетел около пяти миль - лишь однажды остановившись, поняв, что теряет контроль над ветрами смерти. Еще пара миль и голос, ворвавшийся в голову нергаля вывел падшего в штопор и тот едва не провалился в самую Бездну.

- Ну чо ты, Олежек? На даче я! Какой вокзал-то?

Неимоверным усилием воли вернув себе власть над вихрем, Таммаоф сумел вырулить и подняться назад, пролетев остаток расстояния до "Джакомо", сделав пару вынужденных остановок, чтобы отдышаться.

- Фух... блин... прости, у меня тут ветер дичайший, - срывающимся голосом сказал халаку, - я хотел предупредить, ты это, в ближайшие дни если что, будь готов, твоя помощь может понадобиться. Сильно там не парься, просто важные дела не закладывай, ладно? - сейчас звать на помощь Васяна не было уже смысла, пока тот доедет, все давно закончится, а что там будет дальше - известно еще не было.
- Я думал тебя сейчас дернуть, если честно, но ты далековато, так что щас уже не важно.

 - А... Ну лады! Ты там это - сам как?

- Да пока норм. Перезвоню чуть позже, расскажу подробнее, чтоб ты был в курсе, а щас пока буду разгребаться. И это... ты там в церковь заедь, пару баллонов святой воды забери. Не горит, но и сильно затягивать не надо. И это, лучше к отцу Дмитрию, у него вроде продукт качественный должен быть, не абы что

- Считай сделано уже, Олежек! Бля буду!

- Супер! Ну, до связи.

Поглядывая на "Пять звезд", Таммаоф немного отдышался и вызвал Ядидаана.
- Ядидаан, тут меня напрягли проблемой - сказал он немного виновато. Вечно он ввязывал собрата по дому в неприятности, - я тут в Джакомо уже, тут какие то сросшиеся призраки, которых надо спасать, у тебя есть знакомые с Ваянием?

- Найду, если надо, - апатично отозвался убийца. - Вопрос упирается только во время. И вообще, бля, что у вас там творится?

- Какая то херня. Сам не знаю, но походу у одной из нашего отряда проблемы. Я сейчас вытащу двух призраков из Джакомо, хорошо бы их сдать кому нибудь на руки, а там я полечу вытаскивать девицу из передряги... Все как всегда не вовремя

- Из передряги? - чуть взволнованно переспросил Ядидаан.

 - Да. Я не знаю в чем дело точно, но кажется, у нее украли призрака, за которого она ответственна. И она кинулась в расставленную ловушку... так что я прошел через Нихиль в Джакомо, спасу тех призраков, о которых она просила, и пойду ее выручать, как смогу их где-то или кому-то оставить.

Разговаривая с Ядидааном, он не терял времени даром. Достал дробовик, разложил прямо на растрескавшемся призрачном асфальте патроны, надел перчатки, и стал заряжать оружие святыми патронами вперемежку с обычными - через один. Первым шел обычный.

Славик присвистнул.
- Ясенько... Ну жди, попробую прислать к тебе кого-нибудь.

- Было бы просто ОФИГЕННО. Я бы тогда и призрака в банке отдал бы

- Кому?

- Ну ты же пришлешь кого-нибудь... - удивился Таммаоф. Может, он не так понял Ядидаана

- ТЫ ОХЕРЕЛ?!! - заорал на него убийца. - Доверять такие вещи жмурикам?!!

- Блядь.. не ори на меня... я думал, ты пришлешь доверенное лицо, - огрызнулся Таммаоф, - а банка может разбиться, если я окажусь в какой-нибудь жопе, спасая Ониэль
Он установил второй магазин, и начал запаковывать сумку. Он был почти готов.
- На самом деле, ты не обязан помогать. Просто, ты убийца, и мы уже назначили встречу... должен же я объяснить, почему я ее откладываю

- Да пусть лицо будет хоть перепроверенное, такие вещи надо лично в руки передавать! - смягчившись, пояснил Ядидаан. - Если от них демонов так колбасит, представь на минутку, что будет с призраком!

Таммаоф вспомнил Игоря
- Блин... Ну значит с собой возьму... постараюсь не разбить, чо. Ладно, я вхожу в Пять Звезд. В смысле, в Джакомо. Вызову, как найду призраков.

Он закинул сумку на плечо так, чтобы если что ее можжно было быстро скинуть, и придерживая одной рукой, другой держал оружие. Паря над землей, он быстро направился ко входу.

 - Особо не торопись, - ответил нергаль. - Нужно время, чтобы найти, связаться и притащиться к тебе. Поэтому, мгновенно не обещаю! Давай, до связи!

 - Конечно, буду ждать.

Таммаоф вошел в пустующий зал "Джакомо". Круглые стулья были аккуратно расставлены по столам, свет внутрь едва проникал через дверь в коридор и небольшие щелочки драпировки окон. "Электрощитовая. Где она может находиться? Где-нибудь в подвале" - и Таммаоф отправился искать туда вход. На это ему потребовалось всего около пяти минут. Пока вокруг было тихо, но ангел духа оставался начеку. Оказавшись у входа в электрощитовую, Таммаоф обратил внимание на полураспахнутую дверь с явными следами распада в обоих мирах.

"Здесь была Ониэль" - он толкнул дверь, чтобы та отворилась пошире, дулом дробовика.  Его глазам предстала та же картина, что и его сестре несколько часов назад - немного хлама на полу, голые кирпичные стены и два призрака, лишенные ртов со слепленными между собой конечностями.

- Ох... Я вытащу вас отсюда, - сказал он, подходя, - тут есть кто-нибудь еще поблизости?

На это женщины могли ответить лишь растерянностью на лице и пожать плечами.

 Это Таммаофа устроило. Однако была одна проблема, которой он сразу не учел - дробовик. Впрочем, это было не сильно важно для того, кто мог перемещаться через изнанку мертвого пространства. Он щелкнул предохранителем, убирая оружие в сумку, затем перекинул лямку через голову так, чтобы сумка держалась сама, без его участия. Скинуть по желанию ее он теперь, конечно, уже не мог.
- Я не буду сильно осторожен, уж извините, - сказал он, подходя к дамам. Наклонившись, он попытался взвалить их себе на спину.

 "Ох, и трудная это работа - из болота тащить бегемота" - вспомнилось Таммаофу, когда он попытался взвалить на свои плечи призраков и понял, что эта задача ему не по силам.

Таммаоф со вздохом понял, что слишком мало тренировался последнее время и потерял форму. Вот это номер... Позорище. Со вздохом оставив попытки, он присел на корточки возле девушек, осматривая то, как их соединила извращенная воля. Его интересовало как чисто физическое расположение мест "некросварки", так и то, как это было сделано. По крайней мере попытаться разобрать прихотливый узор примененных знаниий он мог.

Призраки сидели на полу спинами друг к другу со связанными восьмеркой руками - правая рука одной женщины плавно перетекала в левую другой и наборот. Ноги каждой из нах были вывернуты в суставах и соединялись стопами. Внезапно вспышкой пронеслось ускользающее воспоминание о том, как они с Аховом стояли над оболочкой призрака, попытавшегося шагнуть в запрещенную зону Убежища... Его можно было восстановить, но получилось ли у них тогда? Олег смешно наморщил нос, напряженно пытаясь поймать ускользающую мысль. Таммаоф был очень далек от полного понимания процесса, но его древняя память кое-что подсказывала ему. Основу плазмы, из которой состояли тела призраков, составляют воспоминания и страсти, обращаться с которыми убийцы научились у падших пятого дома из Алебастрового легиона. Интуиция намекала нергалю, что знание Метаморфоз могло бы здесь оказаться весьма кстати.

Конечно, в таких случаях помогали знания Океанидов. Тот самый "пафос", из которого состояли тела этих несчастных, был просто соединен воедино, хотя Таммаоф не в состоянии был постигнуть, каким образом можно было это сделать. Однако кое-кто мог разбираться лучше.
- Яфаборель?

[Darkfatalis]

     Ламассу завершил общение и собрался ехать домой. Его волновало состояние растения, а также реакция на отправленное письмо.
Ответа от официальных лиц пока не последовало, зато кактус заметно подрос и еще немного потемнел. Даже невооруженным глазом было заметно, как выросли и окрепли его колючки, которые стали глязно-желтого цвета с черными кончиками.
     Тут ламассу вспомнил про Ирбагнеля, может связаться с ним и привезти пациента на первичный осмотр. Может уже на этой стадии, можно раскрыть секрет воздействия.
     Иван по обыкновению нахмурился и сидя в кабинете, закинув ногу на ногу и глядя на растение, произнес имя Рабишу.
     - Яфаборэль? - переспросил тихий доброжелательный голос. - Это ты?
     - Да, здравствуй собрат! Уделишь ли ты мне несколько минут своего времени?
     - С радостью.
     - Спасибо тебе. Я тут провожу эксперимент над кактусом с помощью новокупленных удобрений. Думал, может тебе будет интересно осмотреть пациэнта спустя три приема гадости. Я мог бу упаковать его и привезти к тебе, ну или приезжай ты ко мне. Посмотришь, попьем чай...
     - Я пока на работе. Анализы еще не готовы. Если хочешь, можешь подвезти мне свой кактус.
     - Ок, а удобрений свежую порцию не привезти? И куда приезжать?
     - Удобрений хватает, - усмехнувшись, ответил Ирбагнэль. - Как обычно, давай в оранжерею.
     - Хорошо, - сказал Иван и начал упаковывать кактус.
     Ламассу нашел коробку и начал упаковывать кактус в неё. Яфаборэль закончил с приготовлениями и направился в Пушкин. Он уже ехал в автобусе, когда в его голове прозвучал вопрос: "Яфаборэль?". Это был голос Олега.
     Иван с серьезным видом достал мобилу и нажал на кнопку ложного вызова. Сделал он это незаметно, через три секунды раздался звонок и ламассу ответил.
     - Да, Олег, слушаю тебя...
     - Яф, вспомни о том, как в древние времена вам подобные помогали алебастровому легиону возводить Убежище - тем временем Олег встал, сделал знак призракам, что вернется, достал из сумки дробовик, и двинулся на выход из комнаты. Он хотел найти что-нибудь вроде стола, широкой доски, чего угодно, чтобы соорудить носилки-волокушу.
     - Ты мог заниматься другими делами, но это в твоей природе. Призраки созданы из чувств, их тела - рафинированные эмоции, которые воплощают их во втором мире. И сейчас я видел двух призраков, чьи конечности слеплены воедино извращенными Знаниями. Может, у тебя появятся идеи, как я могу им помочь? На место, конечно, я тебя не смогу протащить, но твое знание Метаморфоз...
От волнения Таммаоф не заметил, как начал изъясняться высоким слогом, похожим на тот, которым разговаривала Ониэль.
     - Если у них нет физической оболочки, я не смогу работать с телами, даже просто пластически...
     Таммаоф хотел было спросить, может быть, он может что-нибудь сделать, но он не мог приказывать призракам, все попытки до этого проваливались, и повлиять на призрачную плоть он тем более не смог бы.
     - То есть, и совет тут дать не получится, - уныло и даже утвердительно сказал он.
     - Им нужно аккумулировать свою веру, сродни тому, как это делаем мы. - Ты понимаешь, о чем я?
     - В смысле, они должны получить достаточно эмоций, чтобы залечиться самим?
     - Да, как говориться, положительные эмоции, помогают вылечить даже рак. Им нужно представить себя такими, как они видят себя в идеале и поверить в то, что так и есть. Но им нужно много веры и сосредоточения. - Как в случае с фантомными болями отсутствующих конечностей. Или опыт с зеркалом, где человек видит отражение, как свою целую половину. - Или, им нужно материализовать себя, хотя-бы на несколько секунд. - Спроси могут ли они себе это позволить?
     - Похоже, времени на опыты потребуется достаточно - кивнул в такт мыслям Таммаоф, который порадовался, что "позвонил" Яфаборелю. Ему казалось, что подобные воздействия можно убрать только аналогичными методами, причем извне, и ему не приходил в голову предложенный медиком вариант. Даже если это и не понадобится сейчас, халаку понимал, что восстановил очень важный кусочек знаний о призраках, который обязательно пригодится ему потом. Впрочем, ничто не мешало хотя бы попробовать это позже, когда он найдет материалы для волокуши и вернется.
     - Яфаборель, ты гений, - сказал он после короткого молчания, - и я удивлен, что комиссаром сделали не тебя.
     - Или, им нужно материализовать себя, хотя-бы на несколько секунд. Спроси, могут ли они себе это позволить? - продолжал генерировать идеи Яф.
     - В смысле, чтобы ты мог на них воздействовать? Ты далеко от Джакомо? - Таммаоф остановился, сделав нерешительный шаг назад.
     - Я еду в оранжерею, отдать кактус на допрос, а потом свободен, но ехать буду на автобусе. - Узнай, могут ли они блинковать, - ламассу и самому был интересен этот опыт.
     - Понял. Узнаю. Раз ты далеко, это пока не актуально, но я буду иметь в виду. Слушай меня внимательно, Яф. Ониэль попала в передрягу, я сейчас выручу призраков, как и обещал ей, а затем отправлюсь ей на помощь. Я понимаю, что могу не вернуться, но никто кроме меня не сможет этого сделать. Слушай вкратце - она отправилась в железнодорожный музей у Балтийского вокзала. Я двинусь туда же. Я буду осторожен, и постараюсь, как минимум вернуться, если не получится ее оттуда вытащить. Возможно, с информацией. В любом случае, если я не вернусь, и меня унесет в Бездну, ты - комиссар, и отвечаешь за этот бордель. Я поговорил с мужиком в Понтонном, это он подбросил на свалку дрянь. Если что, узнаешь у него адрес форума, где ему посоветовали купить селитру, я из Убежища не могу выслать тебе смс с адресом. Он принимает нас за каких-то агентов или что-то вроде, не разубеждай, и не говори конкретики, пусть сам выдумывает, кто мы. Больше особо ничего нового, кроме того, что мои паразиты могли подслушивать информацию, и я идиот, что сразу не подумал об этом. Их удалили, но... ну ты понял.
     - Освобожусь, поеду в сторону развлекательного центра, если увидишь, сможешь вылезти или сказать что-нибудь рядом.
     - Хорошо. До связи.
     - Спасибо, понадобится.
     Выяснив все дела с Олегом, Яфаборэль положил телефон обратно в карман. Ему предстояло отвести растение на испытания, а затем направиться в развлекательный ТЦ "Варшавский Экспресс".

[Mindcaster]

Таммаоф прошвырнулся по местности, и неожиданно нашел пару старых костылей. Чтож, это даже лучше, чем столешница - и, сорвав портьеру, он вернулся обратно.

Сложив вещи в углу, он присел на корточки рядом с девушками. Его лицо начало мерцать, представляя собой скорбный, утешающий ангельский образ.

- Милые дамы. Я вас вытащу отсюда, и для этого все готово. Вам осталось терпеть не долго. Успокойтесь и не паникуйте, если надо будет, я вас защищу. Однако я хочу ускорить процесс, чтобы освободить вас прямо сейчас. Если не получится, то я вас вынесу на носилках, но вы еще некоторое время будете соединены. Или мы можем попробовать разлепить вас прямо сейчас, и мы уйдем быстрее и проще. Но это потребует серьезной концентрации и воли, вы готовы попробовать?

Девушки непонимающе уставились на нергаля. Похоже, их Воля была очень слаба и они могли бытьв любой момент ввергнуты в Страдания Лабиринта.

Таммаоф вздохнул и попытался предпринять еще одну попытку.
- Я - ангел Смерти, и знаю о ваших страданиях то, о чем вам неизвестно. Ваша воля слаба, над вами жестоко издевались, однако вы можете прямо сейчас освободиться. Верьте мне, я знаю то, о чем говорю. За неисчислимые века я видел миллионы душ, и в страданиях закалялась их воля так, что они могли вознестись над ними - он понимал, что они не все сейчас поймут, но ему важно было потоком слов и успокаивающими интонациями настроить их на одну с ним волну, чтобы они поняли то, на что на самом деле способны. После этого он мог перейти к испытанию их Воли.
- Я здесь, я помогу вам осознать то, что вы можете преодолеть свою слабость, свою беспомощность, возвыситься над тем, что уготовили вам спектры. Они поддались темным сторонам своей души, но в вас есть то, чего нет у них - добро, надежда, помощь. Поверьте в то, что вы можете преодолеть свои беды, ведь то, что вас соединили - это временное препятствие, которое может преодолеть сильный духом. Вам тяжело, но вам нужно преодолеть себя всего лишь на один миг, собрать волю в кулак для того, чтобы сделать то, что я вам расскажу, и вы сможете освободиться и вернуть себе свободу и свои нормальные тела. Поверьте мне, прошу вас, ведь я верю в вас, я вижу, что вы на это способны, и что вместе мы сможем преодолеть арканои, которыми вас опутали

Говоря это, он успокаивающе положил руки на плечи, и пристально смотрел глаза, его лицо дышало спокойствием, которого им так не хватало в эти моменты страха

После вдохновенной речи халаку, Таммаоф заметил, как искра пробежала в глазах призраков и выражения их лиц на мгновение приняли осмысленный вид. На лицах женщин на короткое время появились бледные очертания ртов, но, продержавшись пару секунд, они исчезли.
Таммаоф принял это как ободряющий знак, в конце концов, он не надеялся на результат так быстро, так что можно было пробовать дальше, главное - не давить слишком сильно, и не радоваться заранее.

- Я помогал создавать мир призраков, и знаю, как тут все устроено, - медленно продолжил он после короткой паузы, - и нужно понимать, что этот мир создавался для помощи духам, а не для страданий. Это место пришло в запустение, власть в нем захватили ожесточенные и заблудшие создания, но его сущность все еще остается прежней. Помните - то, что происходит с вами - случилось лишь потому, что вы поверили в реальность этого. Вы привыкли воспринимать мир призраков таким же реальным, как и мир живых. Но это не так. Вы - лишь обнаженные чувства и воспоминания, без какой-либо физической оболочки. Это и плохо... и хорошо. Да, вы не можете вернуться к жизни, но вам доступно гораздо больше, чем живым, если правильно пользоваться преимуществами этого мира. И одно из преимуществ - то, что вы сами выбираете форму, в которой находитесь здесь. Вот это.... - он бережно провел по коже в месте соединения тел, - лишь иллюзия, в которую вас заставили поверить. Но я могу помочь вам вспомнить, кто вы на самом деле. Слушайте меня, смотрите вглубь своей памяти, и вспоминайте... Все вокруг - лишь сон уставших душ. Помните, как вы спали когда были живыми? Вязкая дремота, вы никак не можете проснуться, но потом начинаете осознавать себя. Кто вы, что было вчера, что было неделю назад... вы потихоньку просыпаетесь, и мир вокруг приходит в привычное состояние - такое, как вы привыкли. Вы в безопасности, вам ничто не угрожает - по крайней мере, прямо сейчас - и вы чувствуете что сегодняшний день, возможно, будет лучше, чем вчерашний. Это надежда часто не имеет под собой оснований, но именно она дает силы всем, и живущим, и уже ушедшим. Вспоминайте, вспоминайте... вы подходите к зеркалу, и видите себя. Такими, какими вы являетесь. Какими были всегда, и будете дальше. Ваши воспоминания - единственная реальность, и окружающие видят то же, что вы помните. И то, что вы позволяете им видеть. Какие вы? Вы помните?

Его голос постепенно стал совсем тихим, и он внимательно смотрел в глаза девушкам. Те заерзали на месте, пытаясь освободиться друг от друга. Плазма лишь несколько растянулась, но не вернулась в прежнее состояние. У обеих глаза были на мокром месте, но в них читалась неожиданная решимость. Похоже, Таммаофу удалось разжечь в этих душах огонек неповиновения, противоборства судьбе - чувства, которого они не испытывали, похоже, очень давно.

- Я вижу, что помните, и вижу, как меняются ваши тела, - кивнул Таммаоф, - но одного воспоминания мало. Вам нужно ПОВЕРИТЬ в свои воспоминания. То, что я говорю, вы подозревали и так, но не было повода проверить, верно? Вот сейчас - тот самый момент. Помните гусениц, маленьких ползающих насекомых? Они всю весну жрут листья, и думают, что так будет всегда, а потом... умирают. И превращаются в бабочек, которым предстоит научиться летать, и узнать новую жизнь. Вы тоже умерли, и тоже обрели новую жизнь. Быть призраком - не проклятье, а благословение. Вы свободны от пут плоти, вы можете вообразить себе все то, о чем мечтали. Но для этого нужно верить, мои хорошие, потому что именно из веры соткан этот мир. Он лучше, чем вы о нем думали, и вы это поймете. Главное не давать мерзавцам путать ваши мысли, ибо правда на нашей стороне, просто потому, что заблудились они, а перед вами простирается длинная дорога, полная возможностей. Каждая из вас - индивидуальность, чудесная бабочка, которая выпорхнула в мир призраков, сверкая красками эмоций и уникальных воспоминаний, и никакая тьма не может вас затенить.

Таммаоф говорил вдохновенно, вновь повышая голос, охваченный древними воспоминаниями, приходившими как яркие вспышки. Он создавал Убежище для того, чтобы призраки были счастливы, и никакие мрази, запутавшиеся в собственных гниющих  мыслях, не в состоянии этому помешать!

На лице девушки, которая была в белом коротком платье после нескольких невнятных мерцаний появился маленький, аккуратный рот и она разжала губы, похоже, с трудом веря в происходящее. Две девушки переглянулись и пышногрудая шатенка, слепленная с ней, тоже обрела свой орган речи, издав им вымученное "Спасибо".

- Пока не за что, - мягко улыбнулся Таммаоф, - вы сами это делаете, я лишь показываю путь. Но похоже самое время познакомиться, прежде чем двигаться дальше. Мое настоящее имя - Таммаоф, и я услышу вас всегда, если меня позвать. Но в мире людей меня знают как Олега, можете называть так, как больше нравится. А вас, девочки, как зовут?

 - Я - Надя, - тихим голоском пролепетала девушка в белом платье.

 - Елена, - с легкой хрипотцой в голосе ответила ее компаньонка.

Таммаоф улыбнулся. Он ощущал странное, нереальное спокойствие, как будто он был здесь просто наблюдателем, и смотрел, что дальше происходит, а кто-то говорил за него. Осмыслить происходящее времени не было, оставалось только гнуть свою линию. Анализировать можно было позже.
- Вот это очень важно, - сказал он, - потому что в основе всего лежит имя. Каждое существо имеет свое название, и это отголосок его истинной сущности. Имена имеют много уровней, но сейчас не будем в это углубляться. Важно то, что осознавая свое имя, произнося его, вы заявляете о себе в мире. Разумный человек отличается от животных тем, что может сам себя назвать, понимаете? Конечно, он еще много чем отличается, но это - сначала, - он сделал паузу, чтобы понять, улавливают ли они его мысль.

Девушки, как завороженные смотрели на Таммаофа, время от времени устремляя взгляды свои в пол или друг на друга.

- Я к чему это говорю, - сказал он, - вы должны понять, насколько вы разные. Вас насильно объединили в одно духовное тело, но все ваше естество этому сопротивляется. Ирония в том, что гораздо сложнее поверить в то, что вас слепили воедино, потому что вы сами знаете в глубине души, что это невозможно. И то, что вы временно дали проделать такое с собой - это ненадолго, и кончится тем быстрее, чем быстрее вам самим это надоест, и вы не захотите разъединиться. Вас обеих интересуют танцы, но даже здесь ваши мысли не пересекаются! Елена, помнишь того парня у шеста? Его движения - сама страсть, помнишь, каково это, наблюдать за ним? Ты помнишь свои мысли, свои желания? И блин, почему нет, если тебе это нравится, кто может тебя ограничить? А вот Наде совершенно не было дело до Артура, верно? Ты как будто была в другом мире, я видел, ты слышала совершенно иную музыку... Какую? Хотел бы я знать, но это лишь твоя тайна, и даже если ты говорила об этом Елене, она не будет чувствовать то же, что и ты, а ты - не ощутишь до конца, что такое, быть ей. Так чего же вы здесь сидите? Пора двигаться, девочки! Они не могут вас ограничить, это так же верно, как то, что я вернулся, чтобы спасти вас. Веришь мне, Надя? Лена, ты? Ведь вы сами знаете, ВАШИ ДУШИ - АБСОЛЮТНО РАЗНЫЕ, И ЛУЧШЕЕ, ЧТО ВЫ МОЖЕТЕ СДЕЛАТЬ, ДАТЬ ВОЛЮ СВОИМ СТРАСТЯМ, РАЗОРВАТЬ ЭТОТ ОБМАН, И ВЫРВАТЬСЯ НАКОНЕЦ НА СВОБОДУ!

Раздалось глухое рычание Елены, которая заерзала плечами так, бкдто хотела их вырвать. Это был крик пробуждающегося сознания - Таммаоф ощутил, как воля призрака крепнет с каждым мгновением ее крика и - о чудо - одна рука девушки освободилась. Призраки не могли дышать, но ее грудь ходила вверх и в низ, будто она пробежала только что стометровку и выложилась на всю катушку. Надя, тем временем, всхлипнула и, улыбнувшись и закрыв глаза, медленно вытянула правую ногу из корпуса подруги.

Под пристальным взглядом ангела духа возня, похожая на какой-то странный способ борьбы, где ее участники находятся спинами друг к другу, продолжилась. Потолкав друг друга локтями, девушки, наконец, расцепились и отскочили, едва не ударившись лбами об пол.  Придя в себя, они встали и отряхнулись. Их лица, до того долгое время бывшие отрешенными и даже бессмысленными, впервые засветились надеждой. Надя радостно бросилась к Таммаофу с объятиями, а позади нее встала Елена, ожидая своей очереди, чтобы выразить ему благодарность по-своему.

Таммаоф, который готовил новый пассаж своей речи, даже удивился такому прогрессу своих подопечных. Но это было, пожалуй, вдохновляюще - им самим получилось освободиться! Олег широко улыбнулся, чувствуя себя одновременно совершенно выжатым, не хуже пресловутого лимона. Он на мгновение подумал, где проходит грань между бывшим ментом и ангелом - первый не смог бы так хорошо складывать слова, но и второй, зная очень многое о призраках, никогда не понимал их в полной мере. Но тут его мысли прервала Надя, и Олег крепко обнял ее в ответ
- Я знал, что у вас получится! - воскликнул он, - умнички мои, вы это сделали!
Зарывшись на мгновение в Надины волосы, пронеслась шальная мысль, что со времен развода со Светой он, в общем-то, и не обнимался с девушкой. Поиски работы, потом гонка наперегонки со смертью, поиски единомышленников - ему было не до поиска подруги. Потом он стал демоном, и мысли о девицах вообще ушли куда-то в прошлое. А тут за короткий период - сразу три. Правда, мертвые. Это показалось смешным, и Таммаоф улыбнулся еще шире. Помимо чувства истощенности, в нем пробуждалась некая эйфория, возможно о такой говорят артисты, выступающие на сцене - сравнивать Олегу было не с чем.

Повисев некоторое время на шее демона, Надя слезла с него и отступила, освобождая дорогу подруге. Та, поправив прическу, подошла и протянула ему руку и сдержанно улыбнулась.

 - Кто бы ты ни был, спасибо тебе, - сказала она. - Все мы здесь почти обезумели из-за этого Вихря и... шизофреника.

 - Я уже говорил, - он крепко пожал руку девушки, - что я - ангел смерти, Таммаоф. То, что творится у вас, происходит повсюду в мире призраков, и здесь... нужно навести некоторый порядок. Это одна из причин, по которым я пришел сюда. Однако, я думаю, не стоит здесь задерживаться. Это гиблое место, по крайней мере до тех пор, пока мы не разобрались с виновниками происходящего.

- Мы бы давно сбежали отсюда, если бы могли, - ответила Лена. - Но никто не хочет в Лабиринт.

- Я думаю, это решаемо. Я попросил своего... знакомого о помощи для вас, сейчас спрошу, как обстоят дела.

- Ядидаан, я освободил призраков, - вызвал он халаку, - но их все еще нужно куда-то пристроить. Ты говорил, кто-то подойдет, кто сможет их провести через Бурю?

- Я говорил? Разговор был про Ваяние, вроде... А куда ты хочешь их притащить?

- Да, ты прав, я было подумал, что раз твой призрак сможет прибыть сюда, то и увести сможет - разговаривая как бы сам с собой, Олег покосился на девушек, - так уж вышло, что мне удалось пробудить в них веру, и они сами смогли разлепиться. Так что в Ваянии надобность отпала., и я теперь думаю как мне успеть помочь Ониэль. Ладно, если твой контакт этого не может, сейчас вызову девчонку, может она все-таки смогла сама разобраться.

 - Я могу найти кого-то с Аргосом и Наказанием, но на это потребуется больше времени. Принципиально это решаемо.

"Аргос... Наказание... Что это? Я слишком недолго здесь"
- Так... друг мой, я понял тебя. Сейчас свяжусь с Ониэль, и там будет видно, что нужно.

[Neforlution]

     Неужели это конец? Неужели Элохим победила, так просто, так быстро, отделавшись всего лишь рассеченной ногой? На миг Себетту оказалась оглушена внезапным успехом, но ее замешательство длилось лишь долю секунды. Едва осознав, что враг уничтожен, Падшая, приземлившись, бросилась к Игорю. Сердце ее сжалось, содрогнулась от боли, когда Образ Смерти получила шанс рассмотреть призрака получше.
     - Сейчас, сейчас... Потерпи минутку, пожалуйста, потерпи всего лишь минутку, - так знакомо, с торопливым испугом, лихорадочно зашелестели голоса. - Сейчас, сейчас... - повторяли они, как молитву, мягкие и испуганные, надломанные от волнения.
     Дрожащие пальцы потянулись к цепям с крючьями, чтобы достать их из плоти Игоря, подарить губительное прикосновение холодному призрачному металлу, растворить его в вечности.
     - Сейчас, сейчас...
     - Уходи-и-и, - прохрипел Игорь. – Быстре-е-е-е-ей...
     - Ну что, малышка, поиграли и хватит, - послышался знакомый голос со стороны двери в комнату – он, определенно, принадлежал Ермолову.
     Майор загораживал собой дверь и покачивал длинными шипастыми цепями, в которые превратились его руки.
     С противоположной стороны комнаты раздался ехидный смешок.
     - Ты убила Катюшку... Так ей и надо! Она была слишком красивой, чтобы жить!
     Это говорил призрак сутулого парня с курчавыми рыжими волосами, оттопыренными ушами и лошадиным прикусом. Его сияющие звериным блеском глаза были увенчаны нелепыми круглыми очками.
     Он надвигался на Ониэль, держа в руках огромный тесак, хотя его руки при этом нервно дрожали.
     - Нет, - неожиданно тихо, но твердо ответила Виолетта, оставив пока попытки снять с цепей Игоря. - Нет. Они использовали тебя, как наживку, чтобы выманить меня. Я знала, на что шла, - прошептали голоса чуть ли не с самурайской обреченностью и самурайской же твердостью. Девчонка подняла голову с самоубийственной гордостью, и белые огоньки в ее глазах ярко вспыхнули праведным гневом. - Ермолов! Знай, что мы хотели помочь тебе! Мы хотели утолить твою печаль, развеять твои страхи и подарить тебе покой! Мое сердце содрогается, узнав, что ты выбрал путь страдания и саморазрушения! Пусть вы превратились в чудовищ, но я все еще люблю людей, любимых детей Творца, которыми вы были! Я заклинаю все человеческое, что еще осталось в вас, заклинаю именем Господа: откройте свои глаза, сложите оружие, перестаньте приносить в этот мир страдание! Сердца ангелов смерти все еще открыты для вас, если вы сами того пожелаете! - вдохновенно заговорила Ониэль, в глубине души зная, что все бесполезно, но продолжая при этом пытаться. - Каждый из вас мог быть на месте другого; каждый одинаково чувствует радость и боль, надежду и ужас. Неужели вы можете поднимать оружие против ближнего своего, зная, что могли оказаться на его месте?
     - Ты со своим дружком украла моих невольников! - прорычал Ермолов. - Никто не может обокрасть Ермолова и остаться безнаказанным!
     Цепи на руках призрака угрожающе зазвенели.
     - Они никогда не были твоими, - громкими шепотами, с отчаянной гордостью продолжала говорить Плач Всех Ушедших. Ее черные, как антрацит, крылья медленно колыхались, расчерчивая полосы в холодной пыли. - Люди рождаются свободными, и никому не дано отнять у них эту свободу - даже нам, Небожителям. Вы возлюбленные дети Всевышнего, и для вас нет преград, кроме одной: свободы другого человека. Я знаю, мир теней исказил ваши сердца, но загляните внутрь себя, и вы поймете... Вы поймете, как пройти по тончайшему лучу света, ведущему к Истине. Она заложена в сердца каждого из вас; загляните внутрь себя - и вы найдете ответы на все вопросы. Просто загляните.
     - Ты лжешь, дрянь! - рыкнул Ермолов, бряцая своими цепями, хотя Ониэль показалось, что он немного замялся. - Они - МОИ!!!
     - Разве у меня есть причины лгать? - продолжали упрямствовать шепоты. - Но у меня есть причины говорить правду. Каждый из восьми смертных грехов - творение рук таких, как я, и я хочу исправить содеянное. Я одержима теми же темными страстями, что и вы, но знаю, что потакание злу не исцеляет от боли; напротив, чем больше страдания вы будете приносить в этот мир, тем сильнее - мучаться сами. Где неправда в словах моих? В конце вашего пути - голодная пасть; почему же вы так упрямо хотите броситься в нее?
     - Чт-то он-на го-ворит? - заикаясь, спросил второй призрак, повернувшись к Ермолову. - Поч-чему мы стоим, ком-мандир?
     - Заткнись, щенок! - рявкнул майор. - Мы будем нападать тогда, когда я скажу! Чем дольше она будет распинаться, тем больше будет ее разочарование! А ты ловко разделалась с Катей, - одобрительно отозвался о ней бывший мент, обращаясь к Ониэль. - Но против меня тебе не поможет! Ты тоже будешь моей невольницей!
     - Я не хотела этого, - обреченно прошептали голоса, облетая комнату, стелясь вдоль стен, кружась и танцуя вокруг призраков. - Я не хотела убивать. Я не хочу сражаться с вами, я не хочу приносить страдание детям Небесного Отца. И я прошу вас еще раз, пока еще не стало слишком поздно: остановитесь. Подумайте, куда вы идете... и куда вы должны идти. Пока еще - пока не начался смертельный танец - до тех пор я буду верить в вас.
     - Все, соплячка! - нервно рявкнул Ермолов. - У тебя выбор простой: либо ты сдаешься, либо я отправлю твоего дружка в Забвение раньше, чем ты скажешь слово: "го...но"!
     На целую секунду Халаку застыла, сжав зубы и глядя на призрака со смесью упрямства и ужаса. Белые огни в глубине ее зрачков горели едва сдерживаемой злобой, кончики крыльев возбужденно трепетали, будто готовые вот-вот рассечь воздух и поднять свою хозяйку в небо. Убийца согласилась бы на предложение Ермолова, обязательно согласилась; но сейчас у нее был готов вариант «или».
     Сам того не ведая, Синелицый помог ей вспомнить кое-что необычайно важное – точнее, вовсе не «что», а «как», и теперь Намтар была готова воспользоваться новообретенным знанием.
     Да поможет ей Бог, да не ставит он в трудный час заблудшую дочь Свою и да воспрепятствует Он ей погибнуть в пасти змея, когтях зверя, жадном клюве стервятника.
     Ангел смерти глубоко вдохнула, собираясь с силами, и начала свой смертельный танец – но не с атаки, как это обычно бывает, а с вопроса:
     - Говори со мной, внук Адама, Сифов сын, плоть от плоти Ноевой и Иафетовой! Твой язык – развернутый свиток, и гортань твоя – открытая книга пред очами моими! Ответь мне, сошедший в царство Гадесово, не утаив никакой правды, не сказав ни слова лжи: как ты смог найти мой дом, как узнал, где я прячусь от холодных рук твоих?! – зашипели голоса демона скорби и смирения, сначала тихо, а затем все громче и громче, пока не превратились в нескончаемый шум, подобный ветрам Бури, сравнимый с криками всех усопших, чья жизнь была отнята аггелом Второго Мира, напоминающий крик хищной птицы, отчаянно бросающейся на защиту своего гнезда. В этом шуме была скрыта сила древних знаний, которые составляли саму суть Элохим; в этом шуме была воля, способная вырвать истину из самого несговорчивого Неупокоенного.
     - Твои штучки не помогут тебе! - злорадно ухмыльнулся Ермолов и, угрожающе зазвенев цепями своих рук, сделал замах на ангела смерти.

Начало боя.
Начало 1 раунда.

     В неудачный момент взгляд ангела смерти соскользнул на рыжеватого очкарика с оттопыренными ушами. Зато Ониэль могла легко заметить, как, заметно приободрившись, он схватил тесак двумя руками и приготовился ударить им Виолетту с разбега.
     Сердце Себетту ухнуло куда-то вниз, закончило свой полет в низу живота и остановилось, замерев. Ее план провалился - похоже, ужасный хозяин духа научил своего подопечного новым трюкам. Или это была неудача ее, Виолетты?
     Так или иначе, сейчас было не время проверять.
     Крик отчаяния сорвался с губ Падшей, бесчисленные шепоты рассекли воздух, разверзли землю, исцарапали саму ткань Мироздания, и раны ее проникали вглубь до самой Бездны; голодная Тьма потянулась на зов искалеченной души Образа Смерти, распространяя вокруг себя ощущение невыразимой злобы, страдания и иррациональности происходящего. Темно-фиолетовая маска девчонки потекла вниз, как расплавленный воск, как черничный сок; все тело Ониэль окрашивалось в цвет смородины и молока, становилось призрачным, прозрачным, нечетким, черты лица исчезали, остались только бледные огоньки на месте зрачков. Живая тень, в которую превратилась Плач Всех Ушедших, раскрыла крылья, мягко оторвалась от земли - и просто пропала, растворилась во тьме, оставив после себя лишь след из холода и боли.
     Невидимая и неслышимая, Халаку бросилась вперед, страшная в гневе и жалкая в отчаянии, и попыталась поразить руку-цепь Ермолова Знанием Смерти. Ей помогала кровь, разлитая на полу. Кровь... чья-то вытекающая по каплям жизнь. Пусть она брызнет из ее врага, пусть свернется в жилах, пусть вскипит, как масло. Когда надежды почти не осталось, Убийца была вынуждена цепляться за любой, даже самый призрачный, шанс на победу.
     - Помоги мне, - закружились шепоты вокруг паренька в очках, тихие и ясные. - Я вижу, что он запугал тебя. Помоги мне, и больше никто не посмеет удерживать тебя. Помоги мне - и добудешь свободу сам, своими руками. Помоги мне... Просто... Отойди...
     - А-а-а!!! Где она, командир?! - завопил очкарик, бессмысленно протыкая пустое пространство перед собой в попытке поразить бесплотную тень.
     При этом его слова были почти проигнорированы демоном и призраком, сцепившимися в попытке совладать друг с другом. Очкарик немного обескураженно смотрел на то, как темнота легла на руку Ермолова и та покрылась ошметками омертвевшей "плоти" и ржавого "железа" цепей. Майор завопил от боли, но хватанул Ониэль двумя своими цепями и обвил ими ее тонкое тело, впрочем, не причинив ей вреда.

Конец  1 раунда.
Заявки в следующем порядке: Очкарик, Ониэль, Ермолов.

     - Где она, где? - не помня себя то ли от страха, то ли от возбуждения кричал рыжий призрак, очевидно приготовившись нанести демонессе столько ударов, сколько он сможет.
     Его крики утонули в бесконечном шуме, бесплотном шуме, который являлся одновременно голосами и мыслями Намтара, попавшей в западню. Так птица, пойманная руками, здоровая, сильная птица отчаянно кричит, и бьет лапами, и машет крыльями, пытаясь вырваться из хватки охотника – но ангел смерти стояла спокойно. На мгновение показалось, что в воздухе появились два призрачных белых огонька, пылающих столь лютой и жгучей ненавистью, что на них невозможно было смотреть. Но то было лишь мгновение, а после они погасли – и воля демона скорби и смирения стала остервенело кромсать Мир Теней, прорываясь сквозь нигиль в другой угол комнаты, чтобы можно было быстро развернуться и снова броситься в атаку.
     - От меня ты не спрячешься, сучка маленькая! - прошипел Ермолов, сдавливая Ониэль своими цепями. Те, словно змеи, обвились вокруг ее хрупкого тела и подобрались к шее.
     Ониэль почувствовала резкую боль - на руках и шее от давления полопалась кожа. Девочка сделала попытку сделать властное движение ножкой, чтобы открыть нигиль и умчаться туда, но Мир Теней на этот раз не поддался ее воле.
     Ушастый призрак, похоже, понял, что происходит и, подлетев к демону, взмахнул тесаком по теням ее крыльев, но промахнулся. Падший ангел смерти почувствовала, что, несмотря на всю выносливость ее мумифицированного Мукой тела, оно вот-вот не выдержит напряжения. Глаза Ониэль наблюдали перед собой торжествующую улыбку Ермолова с желтыми следами от никотина меж его ровных зубов.

Ониэль: -1 ПСВ, 3 пункта поверхностного урона. Итого: Ониэль - 3 смертельного, 3 поверхностного урона.
Конец  2 раунда.
Заявки в следующем порядке: Очкарик, Ониэль, Ермолов.

     Рыжий обезумевший призрак воодушевленно замахал ножом в надежде сделать максимум ударов из того, что он мог.
     Она сходила с ума. Она обезумела от боли и ужаса, понимая, что сейчас умрет и оставит Игоря на съедение этим шакалам. И, как загнанный в угол зверь, аггел Второго Мира раздирала ткань Мироздания, желая лишь навредить своим врагам сильнее, чем они уже навредили ей.
     О, Господи, как же это больно! Как больно отрезать от себя куски, чтобы бросать их на съедение Муке! Но ведь у Элохим не было выбора. Просто... не было... выбора.
     - Не-е-ет! Игорь! Нет! - завопила тень бесчисленными высокими голосами, и по высохшей коже Себетту заструилась гремучая смесь из боли и ужаса. Она вырвалась из Падшей сотнями стрел, жалящим роем, взрывом энергии неизбежной гибели. И все это было бесполезно, потому что Образ Смерти сейчас умрет.
     - Теперь мне не страшны твои прикосновения, дурочка, - ехидно прожурчал майор, сдавливая ей руки и шею цепями в то время как Ониэль сосредотачивалась на своей духовной сущности.
     Он уже праздновал победу, когда Виолетта, вскинув голову, встретила его глаза взглядом и выдохнула, отпуская силу разложения, которую так тщательно сдерживала все последнее время. Она прокатилась волной по комнате, превращая в прах все на своем пути.
     В результате, удивленный призрак посмотрел на себя - от волос на его голове осталось лишь пара выдранных пожелтевших клоков. Участок челюсти оголил кости, один глаз вытек, а на туловище просто не осталось живого места. Его плазма потекла, как мороженое на раскаленном асфальте в жаркий летний день.
     Стоящий неподалеку стеллаж подкосился и рухнул, едва не прихлопнув собой Игоря, который, мгновенным усилием качнул цепи, на которых висел и это позволило ему избежать удара, хотя крючья принесли ему в результате столько боли, что он потерял свою телесность и рухнул в открывшийся под его ногами нигиль.
     - Я вернусь... - краем уха услышала Ониэль слова уходящего в Лабиринт призрака.
     Тем временем, стены и мусор в области действия силы демона перестали существовать.
     Рыжий очкарик успел сделать неудачный удар ножом, когда обнаружил, что лишился своего единственного оружия, а сам покрылся следами гниения, от которых его руки затряслись еще больше.
     Но и самой Виолетте пришлось нелегко - даже разрушенные цепи Ермолова причиняли ей боль, но на этот раз тело элохим оказалось крепче неустойчивой плазмы и оно не понесло вреда.

Ониэль: +2 пункта временного Мучения, +1 пункт постоянного Мучения. Включены: Хватка смерти. Итого: Ониэль: 3 смертельного урона, 3 поверхностных повреждений.
Конец  3 раунда.
Заявки в следующем порядке: Очкарик, Ермолов, Ониэль.

     Очкарик затрясся, как осиновый лист. Похоже, он знал, что ему есть, что терять и Ониэль почувствовала, как он начал плести узор управления Бурей, чтобы открыть нигиль. Похоже, он собирался спешно ретироваться.
     Ермолов не собирался выпускать Виолетту из своих объятий, но и душить ее прямо сейчас, судя по всему, тоже. Сверхъестественное чутье демона подсказывало, что майор собирался применять свои Знания. Но что именно и для чего - для Ониэль оставалось тайной.
     - НЕ-Е-ЕТ! НЕ-Е-ЕТ! ИГОРЬ! - завопила Виолетта, было дернувшись, чтобы расправить крылья, но цепи Ермолова не дали девчонке этого сделать. - ЧТО С НИМ ПРОИЗОШЛО?! ОТВЕЧАЙТЕ МНЕ, ЧТО С НИМ ПРОИЗОШЛО! - обезумела Ониэль от горя и ужаса, попробовав еще раз. Она поняла, что хочет сделать ее враг, поняла еще до того, как почувствовала - он хотел забрать ее Веру, поняв, что только так сможет с ней совладать. Признаться, Плач Всех Ушедших ожидала этого с самого начала.
     Ей больше нечего было терять - все, что было у Халаку, уже было отнято, потеряно и уничтожено. Она ударила еще раз, ударила, вкладывая всю боль, но не Знанием Смерти - она хотела лишь получить свои ответы, и думала сейчас только об этом. Остановить. Задержать. Узнать правду. Получить хотя бы капельку надежды. Господи, хотя б чуть-чуть!
     Что бы там ни замыслил Ермолов, властный вопрос Ониэль вырвал из его рук узор Знания и он был вынужден ответить:
     - Его дух отправился в Лабиринт, чтобы пережить там Страдание, - едва ли слыша себя и выплевывая сгустки крови, прохрипел майор, не выпуская Ониэль из своих объятий.
     Тем временем, перепуганный призрак студента раскрыл под собой пол и исчез.

Конец  4 раунда.
Заявки в следующем порядке: Ониэль, Ермолов.

     Дух чувствовал, как призрачное тело девчонки затряслось в его руках, затряслось от Муки, от ужаса, от ненависти к самой себе. Ведь это она виновата, только она...
     Все они: Адам, Ева, Авель, Фрейя, Радаэль, Солониэль, Хаваэль, Мизраэль - все они страдали из-за нее, Убийцы. Они умирали, они сходили с ума, они исчезали навсегда. Теперь к этому личному кладбищу, которого не должно было быть, добавился еще и Игорь. Теперь Намтар действительно хотела умереть, нет, даже больше - она хотела никогда не существовать.
     - Что можно с этим сделать?! - едва смогла выдохнуть из груди ангел смерти, которую била крупная дрожь. - Как исправить?! Ты знаешь?! - почти кричали голоса, такие далекие, такие чужие, будто и не принадлежащие демону скорби и смирения. Ее сердце остановилось - сейчас аггел Второго Мира услышит ответ, от которого зависит вся ее жизнь.
     - Ничего нельзя сделать, - ответил Ермолов. - Можно только надеяться, что он выдержит все испытания, которые ему подготовили и вернется.
     Отвечая на вопросы Ониэль, майор стал ослаблять хватку, а потом вовсе ее отпустил и, покачнувшись, отошел от нее на два шага. Он схватился за голову и в растерянности посмотрел на Виолетту, ощущая над собой власть этой страшной маленькой девочки. Впрочем, она знала, что эта власть в любой момент может рухнуть и тогда ей, возможно, не поздоровится.

Конец  5 раунда.
Конец боя.

     Сердце Себетту перестало стучать.
     Она слышала слова духа будто бы сквозь толстую стену, и не хотела им верить, и не хотела знать, что все закончится вот так, что все, что делает Падшая, приносит лишь горе и разрушение. Она не хотела этого знать, но это было так, и ей пришлось принять ужасную правду.
     Но крошечный лучик надежды все еще горел в груди Образа Смерти, недостаточный, чтобы утешить ее, но заставляющий Виолетту жить, вынуждающий ее начать тоскливое ожидание день за днем, ночь за ночью рассеянно смотреть в пустоту, пока не окончится вечность.
     - Где и когда... он... вернется? - тихо шепнули голоса, потерявшие силу и волю.
     - Я не знаю. Никто не знает. Скорее всего, возле своих Оков. Например, этих цепей. Или возле тебя, если ты будешь жива. Или в туалете "Пять звезд"...
     - Как ты смог найти нас? - выдержав паузу, продолжали шептать голоса, голоса пустые, голоса мертвые, хотя их хозяйка все еще была жива.
     - Он сковывает меня в Мире Теней, - пробубнел Ермолов, а его единственный уцелевший глаз еще больше налился кровью и яростью.
     Темно-фиолетовая тень подплыла ближе. На шаг, на два. Если она протянет руку, то сможет коснуться призрака, сможет ударить его еще раз. Смертельный раз.
     Но вместо этого девчонка опустила крылья, прожигая ими на полу какое-то имя. Имя повелителя Лабиринта, за которым охотились она, ее брат и вся их команда.
     - Что ты знаешь о нем? - тихо выплюнули шепоты, готовясь вот-вот броситься в очередную атаку. Возможно, словесную.
     Тем временем, она ощутила, что теряет власть над языком призрака.
     - Ничего я не знаю о нем, - презрительно фыркнул Ермолов.
     Пока еще он не врал...
     - Знаеш-ш-шь, - угрожающе задрожал воздух. - Потому что ты как-то связан с Синелицым, а тот, в свою очередь, связан с этим повелителем Лабиринта. И я хочу знать все об этих связях, - продолжали упрямствовать шепоты, клокочущие, отчаянные, постоянно прерываемые дрожащими вдохами Ониэль. Она пыталась развязать ему язык еще раз, пыталась настойчиво, упрямо и злобно.
     - Нет, не знаю!!! - взревел майор. - Я не лезу в чужие дела!
     - Значит, ты больше не нужен мне, - выдохнули голоса, и огоньки на месте глаз Плача Всех Ушедших, казалось, вспыхнули ярче, вспыхнули отчаянной, голодной злобой. - Мне жаль, но мне придется избавить тебя от страданий худшим из способов. Смотри, до чего довело тебя твое упрямство, Ермолов! Смотри, до чего оно довело нас обоих... - тяжкий, полный боли и страдания всхлип разрезал воздух. Если бы каждая косточка Халаку была сломана, она не смогла испустить такой; если бы была содрана ее кожа, Убийца почувствовала бы лишь половину страдания, которое терзало ее душу сейчас. Если бы она была сварена в кипящем масле, крики Намтара не смогли бы выразить и четверти того, что смог один лишь ее вздох. - Похоже, ни один из нас не может жить спокойно, пока жив другой. О, я бы вырвала твое сердце и скормила его собакам, а затем сама сошла бы в яму со змеями, напившись расплавленного свинца. Но ты... Попытайся раскаяться, дух. Попытайся раскаяться перед тем, как я отправлю тебя в страну без возврата, - тихо шепнула ангел смерти, прикоснувшись к груди мужчины, сосредоточившись и начав плести узор своего Знания. - И скажи мне, что ты чувствуешь сейчас. Я хочу это знать.
     - Ничего, - ответил майор. - Я вернусь, и тебе не поздоровится, демон!
     Ермолов занес над девочкой остатки своих цепей, но не успел обрушить их на ее голову - намтар оказалась проворнее и последним прикосновение обратила его тело в прах и обнажила его душу, которая, подобно душе Игоря минуту назад, молча обрушилась в ревущий нигиль.
     Ониэль почувствовала, как вся тяжесть мук совести обрушивается на нее, зато она могла гордо сказать, что использовала свое Знание не бездушно и не так хладнокровно, как когда-то могла. Это немного возвышало ее в собственных глазах.
     - Я буду готова, - тихо прошептала демон скорби и смирения, и крошечный огонек надежды, ютившийся в ее груди, озарил слова аггела Второго Мира. - Мы оба будем готовы.
     А затем он погас, и тьма окутала душу Себетту, и надвигающаяся ночь поглотила ее. Элохим медленно подплыла к месту, где исчез ее возлюбленный.
     А затем она упала, рухнула на колени, как сломанная кукла, у которой перерезали ниточки. Прозрачные темно-фиолетовые руки, сотканные из самой тени, легли на пол, на место, где разверзся нигиль, и они все еще пытались что-то найти, нащупать, понять...
     Падшей не было прощения, и она не просила его. Если бы она только могла вырвать из себя свое сердце, все свои внутренности, все, что заходилось болью у нее внутри... Если бы она могла умереть, стереть себя с лица Творения. Если бы она могла ринуться следом...
     Но все, что ей осталось делать - только ждать. Жить со своей болью и надеждой, нести их, как детей, в своих руках, и продолжать свое существование бесконечные дни и ночи, которые потянутся теперь. Где теперь Игорь? Что он чувствует сейчас? Какие муки придется пройти ему прежде, чем он сможет вернуться?
     Образ Смерти заплакала бы, но чудовище, которым она теперь была, не могло плакать. Она просто упала на грудь, прикоснулась лбом к полу из плазмы, сотрясаясь от тихих, сухих рыданий, что-то шепча и бессильно царапая пол.
     Виолетта коснулась лбом земли и больше не шевелилась.

[Darkfatalis]

     Яфаборэль доехал до оранжереи и зашел туда, оглядываясь по сторонам и держа коробку с кактусом перед собой.
     - Вы к кому? - строго спросила Яфаборэля строгая пожилая женщина в синем халате, с подозрением глядя на его коробку.
     - Я к товарищу Костомарову...
     - Не знаю таких, - ответила бдительная гражданка. - У него что, телефона нет?
     - Я в оранжерею, меня просили принести кактус. Если есть проблемы, я выйду, позвоню ему.
     - Вот звоните, звоните, - важно напутствовала тетенька и пошла по своим делам.
     Яф аккуратно поставил коробку на лавку. Затем по обыкновению достал телефон и с умным видом приложил к уху.
     - Ирбагнель, спаси меня от технички, - тихо и аккуратно сказал ламассу.
     - Ох, - вздохнул пожиратель. - Иду. Ты у входа?
     - Дээ, - нудно протянул искуситель.
     Через пять минут Яфаборэль увидел семенящего к нему Ирбагнэля в белом халате и кедах.
     - Приветствую, - спешно сказал он, протягивая руку. - Что у тебя там?
     - Кактус перекормыш у меня здесь. Привез на первичный допрос.
     Ирбагнэль грустно хихикнул.
     - Пойдем-ка в мою лабораторию, - тихо пригласил пожиратель, дав знак вахтерше, что все в порядке.
     Ламассу и рабишу долго шли по коридорам и лестницам, пока, пройдя, наконец, немалое расстояние, оказались в лаборатории Ирбагнэля, где под разнообразными лампами на столах стояли опытные образцы растений с ярлыками, пометками и черт знает, с чем еще. Здесь же стояла пара компьютеров, стеллаж со справочниками и какой-то документацией.
     Взяв коробку из рук искусителя, Ирбагнэль расчехлил ее содержимое, посмотрел и вздохнул.
     - Ну и гадость...
     - Не представляю, как его теперь вылечить, - с мрачной иронией добавил Ирбагнэль. - Откуда вы взяли эту дрянь?
     - Нам было поручено провести расследование. В рамках оного мы вышли на фирму - ООО Удобсинтез, где я и прикупил сию дрянь. В общем-то дрянь идентична той, что мы нашли на свалке. Квитанцию я сохранил, процесс метаморфоз записал на видео. Ищу повод привлечь через роспотребнадзор или организацию вроде вашей, которая притормозит процесс распространения.
     - Роспотребнадзор я бы не стал привлекать, - прокомментировал Ирбагнэль. - Это может выдать наше существование и привлечь к нам ненужное внимание. Как бы хуже не вышло. Однако, всю селитру нужно уничтожить. Как и завод, на котором ее производят.
     - А преподнести это, как особый вид генной инженерии? Животные страдают и люди тоже... У нас мало времени. Олег подцепил заразу именно там.
     - Если они увидят то, как оживают деревья... Тогда нам обеспечены проблемы с вампирами или еще хуже... с охотниками.
     - Твои предложения, как и под чьим видом их, прикрыть и стереть?
     - На предприятиях иногда случаются пожары. Рейдерские захваты. Аудиты, которые найдут нарушения всегда и везде. Особенно, если аудитор будет из Пятого дома, - с намеком уточнил пожиратель. - Ломается производственное оборудование. Рабочие устраивают забастовки или накатывают профсоюзы. В конце, концов, нападения хакеров на банковские счета и внутренний сервер. Да мало ли способов? - Ирбагнэль пожал плечами. - Это не считая силовых вариантов.
     - Я все понимаю, но без поллитра и эксперта тут никак. Особенно учитывая тот факт, что двоёиз нас немного залипли в мире ином, что также связанно с этим делом. В котором какого-то рожна принимают участие жители того света.
     - Ужас, какой! - изумился Семен. - Но тут уж я точно не консультант. Да, и раз уж ты здесь... Есть первые результаты анализов. В этой селитре очень высокая доля примесей для такого продукта... Какая-то органика, но какая - пока сказать не могу.
     - А я могу...
     Ирбагнэль с интересом посмотрел на Яфаборэля в ожидании его предположений.
      - В этом подвале, где хранят удобрения, и где заразился Олег. Находятся призраки, они находятся в особом состоянии и процессе размножения, и семенная жидкость, которую вырабатывают любовники, как раз вызывает заражение. Даже у людей.
     - Призраки могут создавать органические вещества? - с недоверием спросил пожиратель.
     - Я полагаю да, учитывая зародышей в руке Олега, после попадания оного вещества на его кожу.
     - Хм... Тогда проверим и эту версию... - задумчиво протянул Семен.
     - Опять же, мне кажется, эти твари врастают организм носителя и сливаются с ним, за счет чего растения и начинают оживать - мутировать.
     - Понятно, - добавил рабишу. - Кактус я оставлю у себя и продолжу его выращивать, если ты не возражаешь. Как только появится новая информация, я сообщу.
     - А удобрения такие есть?
     - Есть. Мне же ваш человек передал пакетик.
     - У меня 4 мешка этого г-на дома.
     - Тебе лучше избавиться от них... Правда, пока я не знаю как. Я что-нибудь придумаю и скажу тебе.
     - Спасибо. Поеду я, наверное, искать друзей приключенцев.
     - Ладно. Если что, обращайся - всегда рад помочь товарищу Реконцилеру.
     - Договорились. Звоните, заходите.
      После этого ламассу откланялся и вышел из здания уже без коробки. И направился в сторону развлекательного центра.
      Выйдя на Балтийской, Яфаборэль прошелся вдоль Набережной Обводного канала и поравнялся с Варавским экспрессом. Пройдя еще немного, он оказался возле входа в музей Октябрьской железной дороги.
     Ламассу достал из кармана телефон и тихо произнес:
     - Ониэль?

[Neforlution]

     В ушах демонессы послышался голос Таммаофа
     - Ониэль, я освободил девушек. Что у тебя?
     - Ониэль? - послышался в голове девочки голос ламассу.
     Голоса. Кто стучится в разум девчонки в сей недобрый час? Голоса казались ей знакомыми, и они упрямо сновали вокруг Ониэль, вырывая ее из дремы отчаяния, в которой та пребывала.
     Но никто не спросил у Плача Всех Ушедших, хочет ли она просыпаться от кошмара, хочет ли она пробудиться про сна и ответить им.
     И Халаку не хотела. Она зашипела, вынужденная оторвать голову от вычищенного злокозненным обращением пола и сжала руки в кулаки.
     - Уходите, - глухо прохрипели шепоты, и Убийца не знала, кому из своих друзей она отвечала. - Пожалуйста, оставьте меня в покое. Я так... не хочу... говорить... - тонкая иголочка совести кольнула Намтара в грудь, а следом за ним навалился тяжелый камень недавних воспоминаний. За что же она так со своими друзьями?
     Ангел смерти просто надеялась, что они ее поймут и не станут терзать дальше.
     - Если у тебя есть проблема, её надо решать. Или говори, что стряслось, или жди коллективного ремня, - сказал ламассу.
     - Что у тебя происходит, Ониэль? - назойливо стучался в сознание девочки голос собрата по дому. - Там еще кто-то есть?
     "Ее что, пытают там? Она вообще со мной говорит?" - на мгновение халаку готов был бросить все и прыгать в нихиль.
     Демон скорби и смирения уже хотела огрызнуться, что она выбирает ремень, но вовремя подумала, что это будет совсем уже ребячеством. Поэтому аггел Второго Мира лишь зашипела, как потревоженная змея, и стала в болезненном исступлении терзать пальцами пол.
     - Не все проблемы можно решить, - выдохнули шепоты, и Элохим стала терзать пол еще активнее, срывая высохшую кожу с пальцев и тщетно пытаясь заглушить болью физической боль душевную. - И нет, здесь никого... Больше никого, - процедила сквозь зубы Себетту. - Я убила их всех, но этого оказалось мало, мало, мало! - глухие удары, сопровождающие каждое слово Падшей, наводили на мысль, что она бьется головой обо что-то твердое. Затем послышался шипящий вой. - Господи! Ну, почему, почему я такая идиотка?!
     - Убила всех, это уже результат, - более спокойным тоном сказал Таммаоф, - ты успокойся и скажи, в чем дело.
     - Боюсь показаться идиотом, но, если ангела практически нельзя убить с учетом возможности менять тела, то фраза «я убила призрак» заставляет меня дергать глазом. Если убитый человек становится призраком, то чем становится убитое привидение? Что-то дурно моей голове и вспоминается воскресающий Фредди Крюгер.
     Некоторое время, похоже, Виолетта вообще не могла нормально разговаривать - ответом Таммаофу были только свистящие вопли, чередующиеся с сухими рыданиями. Наконец, девчонка с силой втянула в себя воздух и продолжила свои стенания.
     - Ну, пожалуйста... Мой любимый брат, пожалуйста... Я-я-яф, ты же мой друг, ты один можешь меня понять! Умоляю вас, Господом Богом умоляю, просто оставьте, оставьте меня! Просто дайте мне это пережи-и-ить... - Ониэль снова с шумом втянула в себя воздух. - Отец наш Небесный, скажи мне, где найти такого Изверга, который мог бы повернуть время вспять?! Всевышний, ну что я, что я натворила-а-а-а?! - похоже, истерика Плача Всех Ушедших могла быть бесконечной. - Я задела Игоря, вот что случилось! Я задела его... И ОН ИСЧЕ-Е-ЕЗ! - завопила Халаку, поднявшись, наконец, на колени - для того, чтобы запустить пальцы в волосы и тянуть их, пытаться вырвать целыми клоками.
     - Ну, исчез, он же призрак, подумай сама, - сказал Таммаоф.
     - Он же меня никогда... Не прости-и-ит... - захлебываясь рыданиями, завыли голоса. - Боже, что за эгоистичные мысли, как я вообще могу об этом думать?! ДА Я САМА СЕБЯ НИКОГДА НЕ ПРОЩУ! - снова занялась самоистязанием Убийца, скорчившись на полу и царапая свое лицо. - Господи, ну почему, почему, когда я берусь за что-то, становится только хуже?! Что я за ангел-хоронитель такой?!
     - Яф, ты далеко от Балтийского вокзала? - спросил Таммаоф.
     - Я у музея, а толку?
     - Ониэль. Ты сейчас встаешь, и выходишь в реальный мир к Яфаборелю, хорошо? Я подъеду к вам, как только смогу.
     - Я хочу сказать только одно: в нашей жизни ничто не уходит в никуда.
     - Да вернется он, а если обидится, так ты его спасала. Не пори горячку, - подхватил Олег, - и иди к Яфу.
     - Я... Не хочу... - тихо, как будто во сне, прошептала упрямая девчонка, рассеянно сев на пол. Ее призрачная грудь высоко подымалась и вновь опускалась, заставляя свою хозяйку часто и шумно дышать. - Ермолов сказал, что он может вернуться, и, может быть, именно сюда... - горячо зашептала Намтар, крепко-крепко сжимая кулаки. - Я так не могу, я не могу... Я буду ждать, я должна это сделать! Если это понадобится, я буду ждать целую вечность! - выдохнули шепоты, и Виолетта в исступлении ударила кулаком по земле.
     Таммаоф покосился на призраков.
     - Ты уже сделала все, что могла, - сухо и отчетливо произнес он, - ты ломанулась вперед, никого не предупредив, даже не сказала о девушках, которые тут находились. Я вызвал тебя по чистой случайности, и если бы не это, мы бы так и не узнали, что у тебя происходит. Ты сделала ВСЕ, что хотела сама, и теперь получила закономерный результат. ХВАТИТ ИСТЕРИТЬ И ЖИВО ДВИГАЙСЯ К ЯФАБОРЕЛЮ, ЭТО ПРИКАЗ!
     "Если ты еще не хочешь что-то испортить, конечно", - чуть было не добавил он, но в последний момент сдержался. Еще не хватало, чтобы дурная девчонка окончательно психанула.
     - Ты же занят был! Я тебя сама хотела вызвать, я говорила тебе об этом, я говорила! Ты опередил меня буквально на секунду! - попыталась защититься ангел смерти, сделав еще один клокочущий выдох. Она еще целую минуту думала, а не ослушаться ли ей Почетного Комиссара - в этот момент демону скорби и смирения было настолько на все наплевать, что, кажется, она не двинулась бы с места, даже если бы Конец Полета лично сюда заявился. - Что мне, по-твоему, было делать?! Ждать? Да у меня каждая секунда была на счету-у... - выдохнула аггел Второго Мира. Кажется, ее ноги стали чужими, и все ее тело перестало подчиняться воле хозяйки - во всяком случае, Элохим не хотела уходить, но сверхъестественная сила, удерживающая девчонку над землей, подняла ее тело в воздух и потащила к выходу - Себетту только и успела, что царапнуть подушечками пальцев пол да бросить тоскливый взгляд в сторону цепей.
     - Это мы обсудим потом, - сказал Таммаоф, - будь уверена, обсудим детально. Ты сейчас найди Яфабореля, это ВАЖНО и СРОЧНО, слышишь меня?
     - Да... Уже ищу, - уже чуть более спокойно, но все еще слабо пробормотали шепоты Падшей. Увещевания брата, наконец, начали действовать, когда он сменил кнут на не то, чтобы пряник, но уже что-то более съедобное. У Ониэль, похоже, сейчас существовало только два режима: "кричать" и "уйти в транс". И кто-то бешено щелкал туда-сюда переключатель.
     - Ониэль, поехали домой. Приведем тебя в порядок...
     - Умница, - с некоторой теплотой в голосе сказал Таммаоф, но глаза его не улыбались, - как состыкуетесь, сообщите, хорошо? - это уже относилось к обоим. - А я пока попробую вывести девушек и присоединюсь к вам, как закончу.
     Он незаметно прервал связь - что захочет ему сказать Ониэль, он услышит, а остальное адресовалось Яфу.
     - Как узнаешь, что там у нее случилось, дай мне как-нибудь знать, хорошо?
     - Да, капитан, так точно, капитан, - ответил Иван.
     Таммаоф со вздохом кивнул и разорвал связь уже с обоими.
     - Я здесь, - послышались в голове Яфабореля измученные, усталые шепоты, когда Плач Всех Ушедших подошла к нему почти вплотную. - Будет лучше, если я останусь с Той Стороны. Я немного заигралась с Бездной, чтобы победить... Да что там, я просто ошареть, как заигралась с Бездной! Похоже, уже непоправимо... - призналась Халаку, положив призрачную темно-фиолетовую руку на грудь и шумно дыша.
     Яфаборель тяжело вздохнул и предложил Виолетте поехать домой.
     - Там ты хоть в порядок себя приведешь, прежде чем домой ехать. А то отца твоего кондратий хватит.
     - Ладно, - вяло ответила Убийца. Если честно, ей было теперь все равно, куда идти - Намтару казалось, что кто-то просто взял и выпил ее душу, оставив одну лишь пустую оболочку. - Яфаборель... Что ты сейчас чувствуешь? О чем думаешь? Пожалуйста, скажи мне правду.
     - Я думаю, что ты чего-то недопонимаешь и сильно утрируешь. И напрасно думаешь, что все кончено, если, проведя много тысяч лет в аду, готова сдуться уже сейчас.
     - Знаешь, Творящий Красоту... - медленно прошептала Халаку. - Ведь я потеряла очень многих на той войне. И я, вырвавшись из Бездны, пыталась убежать от своего прошлого. Но оно настигло меня, потому что причина моего прошлого - это я, - горько усмехнулась Убийца. - Наверное, я просто зря надеялась, что вы меня поймете. Еще одна потеря... Я просто не могу ее перенести.
     - Да неужели, мы каждый день теряем кого-то? Надо быть просто эгоисткой, чтобы такое решить. Я каждый день бегу от того, как вижу старение и смерть прекраснейших созданий. Тех, к чьим образам столько усилий прилагал, дабы вечно цвели. Смерть – всего лишь переход в иное пространство бытия, и мы не можем вспомнить, как там все устроено. Я, честно, не уверен, что призрака можно просто так убить, ну или в тему о том, как у призрака после смерти появляется призрак. А еще, я помню твою клятву верой и правдой служить барону-миротворцу, так что решай! - Иван хмурился даже пуще обычного.
     Намтар уставилась сквозь Мамету отсутствующим взглядом. Слова ангела красоты перепутались в ее голове, и она не могла их понять.
     - Объясни мне, пожалуйста, о чем ты говоришь, - прохрипела она. - Потому что я не улавливаю твою мысль.
     - Ты слишком зациклилась на своем «я» и «хочу», я не жалуюсь о своих потерях и неудачах, да и не вижу смысла. Ты много говоришь, красиво и сотрясая воздух, но слишком сильно обещания расходятся с тем, что ты делаешь, не пытаясь даже логически все обдумать, просто на эмоциях. Это прямой путь вниз.
     Ангел смерти тяжело вздохнула.
     - Да, я тоже это заметила, - встряхнула она головой. - И, поверь, мне действительно очень больно от того, что это так. Я пытаюсь сделать все правильно, но у меня ничего не выходит. Но, пожалуйста, объясни мне, за что ты сейчас меня упрекаешь? Неужели за то, что я пыталась помочь самому дорогому для себя существу? Да, я все только испортила, - всхлипнула демон скорби и смирения, - и мне нет в этом прощения. Но я пыталась... Пыталась...
     - Скажу одно: меньше эмоций, больше дела. Чтобы изменить окружающую действительность, необходимо начинать с себя. Смотри на вещи с большей логикой. Наблюдай причинно-следственные связи. Придерживайся слова и носи на плечах холодную голову. Это не означает быть безучастной или бесчувственной, горячее сердце все равно компенсирует.
     - А теперь, я очень прошу тебя, скажи мне, что я все-таки сделала не так? Где я нарушила свои клятвы? В чем ты меня обвиняешь? - аггел Второго Мира почувствовала, что ее снова начинает колотить. - Я действительно не понимаю тебя, мой друг. Ведь ты действительно мой друг? - с отчаянием в голосе спросила Элохим.
     - В невоздержанности и непоследовательности.
     - Хорошо, и в чем же выражается моя невоздержанность и непоследовательность? Если ты про то, что я потащилась туда в одиночку, то не думай, что я сделала это от хорошей жизни. Яфаборель, я бы позвала своего брата, но, судя по тому, что он сказал мне вчера, он в это время должен был ехать к Министру Зубров. Да пойми же ты меня, Творящий Красоту, у меня не было времени ждать, я спешила так, как только могла! Мой друг, мое сердце, неужели ты не можешь меня понять? - с болью в голосах выдохнула Себетту. - Ты, возможно, хочешь меня упрекнуть в том, что я забыла свои обязанности перед Двором. Это не так, мой друг, я ничего не забыла. Я готова отправиться на задание хоть прямо сейчас, и, как всегда, отдать ему все свои силы. Но я верю, Творящий Красоту, что для Мироздания нет ничего важнее человеческой жизни. Поэтому я рассудила, что Двор может подождать минутку, а Игорь - нет. Кем бы я, по-твоему, была, если бы решила по-другому? Кем бы я была, Яфаборель, если бы оставила друга в беде? Я тебе отвечу, ангел красоты. Я была бы тогда не только чудовищем, а еще и последней сволочью.
     - «Не было времени» - это довольно не значащее оправдание, на эмоциях, которые ты себе критически позволяешь. За тобой вышел комиссар, и ты могла его дождаться, поскольку лишний час времени мог еще спасти твоего подопечного. Но ты впопыхах, решив действовать самостоятельно, добилась обратного результата. И что же мы имеем: истерящего аггела, который пришиб двух призраков. Можешь оправдывать себя сколь угодно, но твоя невыдержанность привела к такому результату. Учитывая то, что, отсидись ты час в засаде, оценив силу противника, передав эту информацию Олегу, ты могла бы спасти своего Игоря.
     - В одном ты прав, мой друг. Я допустила ошибку, запаниковав и попытавшись поразить сразу несколько врагов. Это было моей ошибкой, моей ужасной ошибкой... - голос Себетту задрожал, как пламя свечи, как рябь на воде. - И если бы не это, у меня все получилось, Иван. И тогда ты говорил бы со мной по-другому. А если отношение ко мне так сильно зависит от результата... - тут Падшая осеклась и замолчала, так и не продолжив свою мысль.
     - Я высказываю не отношение, а дружеский совет, не более... А, значит, соберись с духом, и поехали домой приводить тебя в порядок! - Иван высказывал Виолетте отцовское недовольство, он сейчас точно понимал, что в свободную минуту поедет к сыну, у которого не был 2 недели, только звонил.
     Долгое молчание повисло в воздухе ему в ответ. Образ Смерти размышляла. Она, конечно, готова была последовать совету Осквернителя - ее вынуждали к этому сами обстоятельства. Виолетта не справится в одиночку, не сможет вырвать Игоря из когтей Ермолова, имея в распоряжении только свои силы и свои умения. Ей придется обратиться за помощью - к брату или к кому-то еще.
     Но сейчас девчонку одолевала ее собственная память. Тяжелые, гнетущие воспоминания... Столь многие из ее братьев и сестер желали бы вспомнить столько же, сколько хранила в своей голове Ониэль.
     Она же предпочла бы все забыть. И размышляла, рассказать ли своему другу о решениях, принятых много тысяч лет назад. Рассказать ли ему о выборе, который вышел боком всем, кто был рядом, или похоронить его под толщей человеческого?
     - Яфаборель... - тихо начала Плач Всех Ушедших. - Скажи мне честно. Ответь, мой друг... Ведь ты мне друг? Даже не смотря на то, что я натворила, ты все еще любишь меня? Ты ведь все еще смотришь на меня не просто как на кирпичик в стене или винтик в большой и сложной машине? - Халаку зашипела, будто чем-то подавилась. - Прости, это что-то в голове у меня заклинило. Забудь. Я как-нибудь справлюсь, - испустила она болезненный смешок.
     - Люблю я тебя, поехали, женщина, домой!
     Убийца уже раскрыла рот, чтобы спросить: "Честно?", но испугалась, что Ламассу после такого ее точно прибьет. Поэтому она лишь вздохнула и вяло ответила:
     - Пошли.

[Mindcaster]

- Вселение в людские тела, - сказал Таммаоф медленно, ни к кому конкретно не обращаясь, - стало для нас как великим благом, так и сущим проклятьем. Но неважно. Одна проблема вроде решена, теперь нужно вас вывести. Надя, Лена, что у вас с умениями вселяться в людей или предметы?

Девушки переглянулись и отрицательно покачали головами.

Таммаоф задумчиво кивнул. Не могло же все было идти так прекрасно.
- Мне нужно знать, что вы умеете. Я пока думаю, каким образом вас лучше отсюда вывести, и любая информация пригодится. Ваши навыки, сильные и слабые места. Не стоит бояться, я уже доказал, что не агент спектров, и не собираюсь вами помыкать. Но чем быстрее я вас, девочки, отсюда выведу, тем быстрее смогу заняться другими проблемами.
Он добавил после короткой паузы
- Кстати, если у вас здесь есть какие-то важные для вас вещи, лучше об этом сказать, возможно, я смогу забрать их для вас из реального мира сейчас или позже. Ну и, на пару вопросов могу ответить

- Я всегда хотела быть Искупителем и добилась некоторых... успехов, - стеснительно проговорила Надя. - Еще я чуть-чуть умею управлять Пафосом и настроением...
Лена посмотрела на подругу и продолжила:
- Я преуспела в основах Воплощения и Песнопения... Ну, и немного в управлении снами и Пафосом.

Вопросов не было. Таммаоф с интересом посмотрел на девушек. В каком-то смысле, их умения были полезны, однако он все еще считал, что первейшей необходимостью для любого призрака была мобильность. Впрочем, умей они нормально перемещаться, они бы  и сами покинули царство Ермолова уже давно.

- Чтож, понятно, - кивнул халаку, - итак, каков мой план. Я могу вывести вас через нечто вроде разрыва в пространстве мира призраков, но есть одно но. Сейчас я слишком выдохся, чтобы перенести вас мгновенно в безопасное место, а оставлять вас здесь слишком опасно. Поэтому мы... пойдем пешком. Это может быть опасно, но я буду вас защищать, и в любом случае, это не та гарантированная опасность, которая будет вас ждать здесь, если вы решите остаться. Я думаю пока что вывести вас недалеко, куда-нибудь в ближайшее безопасное место. Ермолов вас все равно  не будет знать, где искать, даже если вы будете в одном из соседних домов. Он ведь знает, что вы бы сами не смогли пересечь бушующий снаружи ураган. А потом уже мы решим, останетесь ли вы там, или мы найдем вам место получше. Ну как, девочки, готовы немного пройтись?

Надя и Лена переглянулись, хихикнули и, пожав плечами, хором ответили:
- Конечно!

- Отлично. Тогда еще один звонок...
Таммаоф уткнулся взглядом в стенку.
- Ядидаан? В общем извини, что поднял сумасшедший переполох. Просто сам посуди, собрался я к тебе, как тут выясняется, что Ониэль по уши в проблемах, нужно срочно выручать из беды призраков, и времени совершенно нет. Вот я и начал лихорадочно искать все возможные варианты. В общем, с девчонкой все нормально, бежать мне никуда не надо, осталось только спасенных призраков отвести в безопасное место. Я думаю войти в нихиль и пройтись немного пешком - на быстрое путешествие меня не хватит. Как тебе удобнее, чтоб я тебя дождался уже в Джакомо, отдал баночку, и затем отправился выводить девушек, или уже потом встретимся? Признаться, я бы тебя дождался, все равно уже договорились встречаться, тебе же вроде недалеко?

 - Веди девчонок, куда собрался, а потом уже перебалаболим, - ответил Славик.
 - Тогда до связи.

- Итак.. путешествие начинается, - мрачно ухмыльнулся халаку, одевая сумку через грудь, и перехватывая дробовик поудобнее. Он провел рукой по воздуху, разрывая ткань пространства этого мира - как будто черное пятно появилось прямо в воздухе, моментально разрастаясь...

- Нам сюда, - сказал он, поглядывая в дыру, чтобы опасность не поджидала прямо на входе.

[Darkfatalis]

     Ламассу еще немного похмурился и набрал номер такси, заказав машину, он задумался на секунду о том, как Ониэль поедет из умбры. Затем проворчал:
     - И как ты поедешь, мадам?
     - Эм... Послушай, Яфаборель, тут проблема, мне нельзя из Убежища выходить, - пробормотала Намтар. - Понимаешь ли, я сейчас не очень по-человечески выгляжу... И лучше мне так и остаться. Давай я лучше попробую прыгнуть прямо к тебе домой, а?
     - Не лучшая идея. Давай лучше приведем тебя в человеческий вид.
     - Это плохая идея, Творящий Красоту. Меня немножко побили, и если я перейду в человеческий вид, тебе придется меня нести. Давай я лучше как-нибудь на своих двоих. Или, может, чтобы не прыгать, я прилечу так?
     - Я лучше донесу тебя, чем буду думать, что ты не долетела.
     - Ива-а-ан! - попыталась поспорить ангел смерти, зная, что это бесполезно. - Я, может, и наломала дров, но нельзя же мне настолько не доверять! Я же твой друг... Я бы никогда так не поступила с тобой! - воззвала к Осквернителю демон скорби и смирения.
     - Ты можешь не понимать, достаточно ли у тебя сил и встрять еще сильнее.
     Она в ответ тяжело вздохнула, соглашаясь.
     - Ладно, - досадно кивнула она. - И что мы тогда будем делать?
     - Я оплачу таксисту простой, куплю тебе шмотки, затем ты переоденешься, умоешься и падай в свой обморок. Я довезу тебя до дому и обработаю раны, как-нибудь залатаем тебя, на крайняк съездим снова в Джакомо.
     - Я тебе потом все отдам, - опустила голову аггел Второго Мира, глядя на свои ноги. - Только можно мне тебя попросить? Купи мне, пожалуйста, что-нибудь с открытой спиной, а то надоело рвать одежду крыльями. Уй, черт... Мне бы бинтов, кажется, мне подколенную артерию рассекли, но я не уверена. И заднюю большеберцовую, наверное, тоже... Не вижу отсюда, - призналась она.
     - Посмотрим.
     - Спасибо тебе большое, - вздохнула Элохим. - Но, все-таки, зачем тебе со мной возиться? Давай я лучше домой пойду и буду там потихонечку лечиться Верой... Да не пропаду я, дойду уже, - пробормотала Себетту, прекрасно зная, что Яфаборель с ней не согласится.
     - Какая глупость! У меня в мозгах рождается белый шум, когда я слышу подобное, если бы ты была взрослой, я бы подумал, что ты провоцируешь меня...
     - На что? - удивленно спросила Падшая. - Прости, я просто пытаюсь сделать, как лучше... - обреченно пробормотала она.
     - И, все же, все женщины манипуляторы... - обреченно пробормотал Иван.
     - Неправда! - надулась Образ Смерти. - Я ничего не пытаюсь... Ладно, ты победил. Я сделаю все, что ты скажешь, - вздохнула она. - Но ты все-таки подумай, Творящий Красоту, - тихо добавила Ониэль, заткнув пальцами уши будто бы для того, чтобы не слышать возмущенных криков Ламассу. - Ты просто представь, как будешь идти с моим бездыханным телом к такси. Ты представляешь, как это выглядит? Такую рану быстро не залатаешь, я сама без понятия, сколько сосудов порвала, ты знаешь, сколько будет вопросов, когда я все заляпаю кровью, и салон, и тебя тоже? Мой друг, пожалуйста, подумай. Давай рискнем еще разочек, давай я попытаюсь прыгнуть прямо к тебе через Бурю. Подумай над этим, а?
     - Хм, вот черт! А это уже реально проблема, в таком случае ты летишь ко мне, а я еду на такси, потом мы лечим тебя, я надеюсь, а потом покупаем одежку. Иван эмоционально зажмурился, сжал руки в кулаки и выдохнул.
     - Хорошо, хорошо, я лечу на своих двоих прямо к тебе. Не беспокойся, я знаю дорогу, - кивнула Плач Всех Ушедших. Ей нужно было сосредоточиться лишь на секунду, и тогда сила братьев и сестер, ангелов порога, придет, чтобы указать путь, как врожденный компас птиц, всегда знающих, где находится их гнездо. - Не беспокойся обо мне, я двух призраков с этой раной запинала. Хватит сил и крылья раскрыть, - выдохнула Халаку, без всякого шума снимаясь с места.
     Ламассу дождался такси и поехал домой, вслед за ангелом смерти.
     Приехав домой, ангел воды набрал телефон Анашмаима.
     - Яфаборе-ель... - протянул тихий, усталый голос в голове Мамету. - Не мог бы ты открыть мне окно? У тебя подъезд закрыт, не хочу гонять тебя туда-сюда...
     - Ламассу открыл окно, параллельно дозваниваясь до ашару.
     - Спасибо, - шепнул голос. Образ Метаморфоз не видел, как темная тень шмыгнула прямо в его квартиру. - Я здесь. Можно мне в ванную? Не хочу портить твой красивый дом, уютный дом...
     - Я постелю медицинскую клеенку на кровать, - сказал Иван, слушая гудки в трубке.
     - Ладно, - выдохнула Убийца. Наобещала слушаться своего друга, и потому тяжело вздохнула, зажмурилась и шагнула вперед, усилием воли прорывая завесу между мирами. То, что вышло с Той Стороны, очертаниями напоминало Намтара - но только очертаниями, во всем остальном оно ни капли не походило на ангела смерти. Прозрачная темно-фиолетовая фигура была словно целиком соткана из густой тени - кожа, крылья, волосы - но не имело даже намека на черты лица, только знакомые белые огоньки светились на месте глаз. Казалось, что это существо плавится, как воск в жаркий полдень; тень струйками потекла по высохшему телу демона скорби и смирения, вплетаясь в остатки маски на ее горле. Минута - и пред глазами Осквернителя предстала уже совсем иная картина: аггел Второго Мира теперь была древней мумией с кожистыми крыльями необыкновенной черноты, с посеревшим от времени черепом вместо лица. Она стояла, обернувшись крыльями, как плащом, так, что ее раны можно было обнаружить только сзади: одна из них разрезала ногу Себетту от пятки до самой поясницы, другие, больше похожие на следы от удавки, обвивали шею, грудь и плечи Падшей.
Элохим дернулась по направлению к ангелу красоты, протянула в его сторону белую бескровную руку, будто хотела схватить его за рукав, удержать и что-то сказать; но, увидев, что Иван занят, Образ Смерти, снова молча, опустила взгляд вниз и обреченно села на пол. Белые волосы падали на безмясое лицо Виолетты, и под ними не было видно, как высохшая плоть покрывает голый череп девчонки, но зато то, как обрастают мягкими черными перьями кожистые крылья, не заметить было сложно.
     Свободной от телефона рукой, Яф расстелил клеенку и переложил полупернатое существо на постель.
     - Алло, что ли, - ответил ашару.
     - Привет, это снова Яф тебе мешает жить спокойно! - голос ламассу был заранее кающимся.
     - Не льсти себе, - ответил Анашмаим. - Нужно нечто большее, чтобы испортить мне жизнь.
     Каратель ехидно хихикнул.
     - Да, у меня тут опять труп маленькой девочки прикопать некуда, да и недопомерла пока... Лечить надо, а то кровью истечет, юная приключенка.
     - Ох, ё-маё! То есть: ты предлагаешь мне сорваться с места и лететь к тебе на шухере постоять?
     - Ну, можно не лететь, но помрет срань такая. Я ей богу не просил её совать рыльце во второй мир и уж тем более не уговаривал драться там с местными авторитетами... Я б тебя чайком напоил, может даже накормил бы, да напоил...
     - Мммм... Не представляю, как устоять перед таким предложением, - хохотнул Артур. - Где планируется вечеринка?
     - По улице 7ая Советская, дом 9, квартира..., - ламассу методично и внятно произносил адрес, в тоже время с опаской, поглядывая на лежащую Ониэль.
     - Вызов принят, - деловито продекламировал Артур. - Ожидайте.
     "Срань такая" лежала на кровати, свернувшись калачиком и спрятав лицо в ладони. Кажется, она вообще не слушала, с кем и о чем там разговаривает Осквернитель - Ониэль было достаточно знать лишь то, что он занят.
     - Яфаборель, - тихо пробормотала она голосом, чем-то напоминающим завывание ветра в пустой трубе. - У меня есть еще капелька Веры, я могу чуточку подлечиться, чтобы можно было хотя бы встать. Но я тогда буду еще бесполезнее, чем сейчас...
     - Толку нам от твоего хождения, полежи, потерпи, - сказал ламассу, в надежде на то, что хоть в таком положении халаку не найдет приключений на свою подростковую задницу.
     Плач Всех Ушедших все поняла. Она посмотрела на Яфабореля сквозь щелочки между пальцами, тяжело вздохнула и перевернулась на спину, вытянувшись, как на смертном одре и накрывшись крыльями. Вид у нее был, самый что ни на есть жалкий - по-другому не скажешь.
      - Я хочу почувствовать боль, - одними губами шепнула она сама себе, искренне надеясь, что ангел красоты ее не услышит. - Я хочу почувствовать боль, на которую обрекла Игоря...
     Перья черным дождем посыпались на грудь, живот и ноги Халаку, не оставив и следа от крыльев. Исчез черный туман, беспокойно клубившийся вокруг тела Убийцы, она наконец-то перестала парить над землей, волосы, глаза и кожа потемнели, приобрели естественные для Виолетты цвета. Высохшая кожа разгладилась, сердце забилось, кровь снова побежала по сосудам, быстро накапав темно-вишневой лужей на клеенку, впитавшись в перья. Ангел смерти зашипела, как спущенный шарик, снова спрятала лицо в ладони. Вместе с человеческим обликом к ней вернулась способность плакать, и неудержимые слезы хлынули из глаз, но не от боли, хотя демону скорби и смирения казалось, что в рану на ее ноге залили расплавленного свинца. Она тихо рыдала, потому что не смогла спасти Игоря, потому что брат злился, потому что Творящий Красоту был недоволен. Себетту знала, что ей нужно успокоиться, но никак не могла остановить слезы, упрямо струящиеся по ее щекам.
     - О Боже, отправьте меня в тартар, там было куда предсказуемее. Неужели это я виноват, в том, что земные мужчины это терпят. То, что для ангелов воды естественна красота женских эмоций Иван почти забыл и второпях пошел на кухню заваривать чай.
     Провозившись на кухне около получаса, ламассу услышал звонок телефона.
     - Открывай свои пенаты - не вижу камердинера и лакеев, так что сам встречай. Фик его знает, где в вашем дворце вход, - буркнул Анашмаим.
     - Ползу и спотыкаюсь, мгновение ожидайте, - Иван с улыбкой направился к двери.
      Поняв, что ашару заблудился еще на подходе к дому, ламассу вышел во двор и, озираясь по сторонам начал высматривать Артура.
     Артур стоял перед самим зданием, снаружи. Он, похоже, запутался и не нашел вход во двор. На нем были желтые брюки дудочки, спортивная футболка, куча фенечек и цепочек, а в руках болталась спортивная сумка.
     - Привет, - сказал ламассу, подходя к ашару, и протягивая руку для пожатия. Получив ответный приветственный жест, Яфаборэль повел товарища домой.
Войдя в жилище Ивана, Артур осмотрелся и, одобрительно покивав, бросил сумку в прихожей у тумбочки. Картинно хрустнув костяшками пальцев, он иронично спросил:
     - Где пОциент? Что у нас: трипература, простудифилис?
     - Мндеее... ОРВИч. Но на самом деле все проще, халаку в собственном соку, - съехидничал маммету, провожая гостя, буквально под белы руки в собственную спальню.
     - Хм... Кишочков только не хватает, - пробурчал Артур, войдя в спальню Ивана и глядя на распростертое тело Ониэль. - Милая, ты, что на мясокомбинате испытателем оборудования подрабатываешь?
     В голосе ашару не было и доли иронии. Его тон был, скорее, слегка нравоучительным.
     - Да, что ви, в школе монстров была физкультура! - сказал Иван разводя руками.
      С тех пор, как Осквернитель видел Падшую в последний раз, она побледнела сильнее, а лужа на клеенке стала ощутимо больше. Элохим лежала на кровати неподвижно и не могла или не хотела говорить; по правде говоря, она хотела вообще исчезнуть, спрятаться от всех, упасть в обморок. Но голоса мужчин вырвали Образ Смерти из забытья. Она непроизвольно зажмурилась, испустила тихое шипение, стиснула зубы. Рука Элохим сжалась в кулак, будто она душила какое-то мелкое существо, а затем бессильно заскреблась по постели подушечками пальцев.
     - И Вам добрый вечер... Господин... - наконец, заставила себя выдохнуть девчонка, помотав головой и дернув ей в сторону, словно хотела отвернуться.
      Анашмаим вздохнул и понуро тряхнул головой, присаживаясь на край кровати.
     Он нежно прикоснулся к побитому плечу девочки и, поглаживая его, произнес:
     - Нельзя так относиться к своему телу... Это - сосуд для бессмертного духа. Ты должна его уважать.
В эти слова он вложил всю возможную мягкость и теплоту, на которую был способен ангел-хранитель. После этого, он поднялся и, наклонившись над Виолеттой, поцеловал ее в щеку. От ран на ее теле не осталось следа.
     Ониэль непроизвольно вздрогнула - ее окатила волна необъяснимого страха, сердце забилось чаще, а сама девчонка вытянула шею и вытаращила глаза, как встревоженная сова. Впрочем, прикосновение ангела жизни немного успокоило Плач Всех Ушедших, пусть и ее мышцы остались предательски напряжены. Даже тепло, разлившееся по телу, не прогнало до конца тяжесть в груди Халаку. Ибо как же она может кому-то верить, когда ее друг, Яфаборель, так хмурится?
     По крайней мере, боль отступила, хотя где-то в глубине души Убийца хотела, чтобы она осталась вместе с ней.
     - Спасибо Вам огромное, господин, - тихо, рассеянно, но чуть более мягко пробормотала Намтар, виновато опуская глаза и поглаживая щеку ладонью.
     - Пожалуйста, господин, простите меня, что из-за меня Вы вот так сорвались с места... Речь ангела смерти прервал резкий, судорожный вдох, отдаленно напоминающий всхлип.
     - Мне кажется, леди нужно собраться с мыслями и привесть себя в порядок, - сказал Иван, выкидывая из шкафа детскую футболку, размера подходящего Виолетте и джинсы, мальчуковые, но вполне годные, даже красивые. Также, ламассу достал пару полотенец и сланцы, которые вероятно пригодятся в ванной комнате. - Ну, а мы с Артуром, немного дерябнем и закусим, пока ты приведешь себя в достойный вид и явишь миру себя в аккурате.
      - Давно меня так не оскорбляли, - скривился Анашмаим. - Ты должна была встать, поклониться и сказать: "Господин Анашмаим из Дома нарастающего ветра, да хранит Судьба все его пути!". Да что с тобой вообще такое, девочка моя? Ты жива и все еще недовольна?
     - Я полагаю сложное детство, деревянные игрушки, пубертатный период и много готической дури в голове... - пробормотал себе под нос ламассу.
     Демон скорби и смирения молча, опустила голову - кажется, у нее даже уши виновато опустились - и резко затрясла головой в ответ. А услышав Кнута, аггел Второго Мира и вовсе побледнела, как мел, поспешно скатилась с кровати, бухнулась на четвереньки и начала спешно отбивать земные поклоны, видимо, перепугавшись всерьез, а не на шутку.
      - Тьфу ты! - ошарашенно вскрикнул ашару, отпрыгивая от намтара. - Эй, ламассу, сделай уже что-нибудь - я не умею вправлять мозги! Боже мой, мне же придется оглушить ее! Совершив лихой пируэт к дверям спальни, Анашмаим закатил глаза, после чего уставился на происходящее. - Она что, правда, шуток не понимает, или ее рельса по голове стукнула? Спаси меня, ламассу, срочно!
     - Ви коллега, вроде врач, а о поведении неполовозрелых самок человека, видимо, не осведомлены... - А вообще, стоит умыть это, и покормить, мож полегчает. С этими словами ламассу снял футболку, перехватил Виолетту за бока и понес в ванную комнату.
     - Простите, простите, пожалуйста! - спешно затараторила Элохим, заламывая руки и прижимая их к груди. Она уже собиралась вскочить на ноги, когда Мамету поймал непутевую личинку человека и силой потащил ее из комнаты.
     - Э-э-э... Тебе помощь нужна? - поспешил на помощь Яфаборэлю Анашмаим. - Подержать, я незнаю...
     - Кого подержать, меня? - спросил Иван, прижимая к себе непутевое существо в крови, с джинсами он уже мысленно простился, отстирывать кровь, всегда последнее дело. - Ты можешь постоять в дверях ванной, пока я буду это мыть, ну или топить, как пойдет...
     - Да я сама, не утоплюсь! Второй раз уж точно, - попыталась заверить ангела воды Себетту, прекрасно зная, что Иван ее, скорее всего, просто так ни за что не отпустит.
      - Ну, я тут... постою рядом... На всякий случай... - обычно спокойный и даже самоуверенный Артур, похоже, всерьез обеспокоился происходящим. - Зови, если что! С этими словами он встал рядом с дверью в ванную, открывая дверь хозяину квартиры.
     - Ни#уя себе, сервис, - с благодарностью в голосе изрек ламассу, запихивая девочку в ванну и включая воду. Первые теплые струи воды ударили по одежде и телу Виолетты, смывая липкую и уже потемневшую кровь. Разодранная на спине одежда клоками сходила с плеч, но ламассу это мало волновало, он купал детей и никакие побочные мысли в его голову не лезли. Будучи медиком, он еще и не такое видал.
     - Дай мне хотя бы помыться самой, я же уже здорова! - продолжала упорствовать Образ Смерти, правда, не слишком активно, дабы не получить по безпамяти влюбленной в приключения жопе.
     Смыв всю видимую кровь с одежды и тела ребенка, Иван остановился и достал пакет для мусора. Разложив его на полу, мужчина вышел в комнату за одеждой. Его отсутствие длилось меньше минуты, джинсы и футболка легли на стиральную машинку. Уперев руки в боки, Иван спросил:
     - Я надеюсь, справишься и глупостей не натворишь?
     - Не натворю, - пропыхтела раскрасневшаяся Виолетта, утирая предплечьем нос.
     - Ну, тогда мы пошли на кухня! - сказал ламассу, выходя из ванной, и уводя за собой ашару.

[Mindcaster]

Девушки потянулись за Таммаофом. Впереди шла Елена, ухватив его за ремень, а за ней след-в-след, пугливо озираясь, двигалась Надя. Благодаря усилиям ангела духа, спуск в Бурю был похож на склон крутого холма - не очень удобно, но идти можно. Если соблюдать осторожность, конечно.

Хаос Бури с ее обрывочными фрагментами предметов, тел и иллюзий нисколько не смущал демона, но вот девушки, похоже, нечасто сталкивались с этой картиной, так что они были напуганы, хотя Лена изо всех сил старалась не показывать вида. Пройдя шагов пятнадцать-двадцать, Таммаоф понял, что дальше придется падать... Ничего, дело привычное - у них были те же шансы разбиться, что и при попадании в озеро киселя, но девушек пришлось немного приободрить, чтобы они, зажмурившись, решили прыгнуть за ним и отдаться медленному свободному падению вслед за своим новым ангелом. Направление движения можно было контролировать, перебирая ногами и при должных усилиях, даже продвигаться вперед, а не вниз, хотя это было и нелегко.

Острые чувства Проводника подсказывали Концу Полета направление на Проход, который светился в его разуме, как маячок или зуммер на приборной панели. Нергаль точно знал, куда нужно идти, но ему пришлось несколько раз менять маршрут, чтобы не попасться стаям спектров и галлюцинаций, бродящих в тумане. Сейчас он не мог рисковать...

По пути его вызвала Неф, пришлось ее успокаивать. Закончив с ней разговор, Таммаоф покосился на девушек - те молчали, им было страшно.
- Не стоит бояться, - заметил Таммаоф, - по крайней мере, так сильно. Здесь вы всего лишь наедине со стихией, и может быть - с безмозглыми монстрами. Это все лучше чем, например, изощренное чудовище типа Ермолова. К тому же, вы не одни.

Девушки дружно закивали головами, но продолжали молчать, озираясь по сторонам.

- Это место, лишь изнанка пространства. Тут водится всякая дрянь, как тараканы под полом, но на самом деле это просто еще более заброшенный мир, чем даже ваш. Тут торчат обрывки воспоминаний, чувств, какие-то галлюцинации, и в каком-то смысле это все можно назвать одним горячечным бредом. Но как я уже говорил, достаточно сильной воли и веры в то, что путь преодолим, обычно достаточно. Это Знание кажется банальным, но это ключ к очень многим возможностям. И уж у ваших преследователей этих знаний нет точно - Таммаоф посмеялся, и затем внезапно добавил:
- Но, если вас этот разговор напрягает, я могу помолчать

- Просто здесь страшно... - пролепетала Надя. - Не так страшно, как когда ты молчишь, но все равно...

Халаку хотел было продолжить тему, но тут его вызвал Ахов.
- Одну секунду, девочки, мне опять звонят, - со вздохом сказал Таммаоф. Разговор с Аховом занял достаточно времени, а потом и вовсе стало не до разговоров - важно было не попасться какому-нибудь безумному спектру.

В этом странном месте практически нельзя было сохранить адекватное чувство времени, и только явившись в точку назначения, установленную Таммаофом, он смог понять, что блудил в Буре не меньше двух с половиной часов... Он с двумя девушками вышел из нигиля через дырку в деревянном полу старого двухэтажного здания с чердаком. Оно было недалеко от Дворцовой площади и "Джакомо" - в пределах Адмиралтейского района, но находилось в крайне плохом состоянии и стояло одиноким призраком напротив высоких новостроек. Внутри было темно и тихо, если не считать скребыхающих тут и там крыс и нескольких кошек.

- Да, - устало сказал Таммаоф, - прокол , конечно, быстрее... но таки ура! Мы на месте. Вы как, девчонки, в норме? - он посмотрел на них выжидательно, ему была интересна их реакция на путешествие. Все-таки, как он успел понять, обычные призраки нечасто видели изнанку Убежища. Впрочем, они вообще не должны были ее видеть, по хорошему...

Надю  колотило то ли от страха, то ли от холода, то ли от того и другого. Ее обычно черные только на кончиках  пальцы посинели и покрылись черными пятнами, даже кое-где на руках были чернильные разводы, н она утвердительно кивнула, обхватив туловище в попытке согреться. Елена храбрилась, но ее ноги дрожали так же, как и ее голос:

- Мы в норме. Мы справимся...

Таммаоф критически оценил состояние призраков, и понял, что для них такое путешествие оказалось тем еще испытанием. Их стоило приободрить, и, кажется, он уже знал, как это сделать. Все эти призрачные приключения как будто постепенно открывали все новые и новые дверцы внутри его старого, запутанного и заросшего паутиной механизма, составлявшего его.. душу? Сущность, наверное, да, так было правильнее. Ангел опустил дробовик и обратил к девушкам свой призрачный, сочувственный лик.
- Лена, Надя, вы справились попросту на отлично. Это было сложное путешествие, но оно закончилось... и вы в безопасности, по крайней мере, от Ермолова. Так что успокаиваемся, приходим в себя - вся эта дрянь, галлюцинации и спутанные мысли, через которые вы прошли, это все позади - он одобрительно приобнял Елену за плечи, потом подошел к Наде и, взяв ее руку, подышал ей на пальцы, как бы пытаясь согреть. Минуты через две попыток отогреться, пальцы Нади пришли в норму - только кончики остались черными, как обычно.
- Спасибо, - тихо сказала она.

Таммаоф хотел было продолжить дальше свою речь, но потом понял, природа Убежища все еще не понятна ему до конца. Дыры в памяти были слишком грандиозны, и человеческое сознание с трудом понимало ряд концепций. Халаку не хотел сыпать домыслами, и потому еще несколько мгновений потратил, чтобы собрать мысли в кучу. В конечном итоге он решил не развивать тему, ограничившись парой общих фраз.
- Я думаю, вам стоит в ближайшее время в спокойной обстановке переварить полученный опыт, - сказал он наконец, - в любом случае, просто помните, что в этом мире решают сила воли и вера.
Он выглянул в коридор.
- Осталось немного разведать это место, чтобы не нарваться на неожиданный сюрприз. Если хотите, можете подождать меня здесь. Или пойдем вместе.

 - Я боюсь... - пролепетала Надя.
- А я бы пошла, - дерзко ответила Лена.

Таммаоф на мгновение задумался
- Вам обеим стоит держаться вместе, - сказал он, - если Надя останется тут одна, то ей как минимум, будет вдвойне страшно. В принципе, если вы будете рядом, мне будет проще вас охранять, так что пошли все вместе. Просто идите чуть поодаль, чтобы если возникнут неприятности, вас не заметили. Я вам буду давать сигнал, когда путь свободен, хорошо? Это будет наиболее безопасный вариант, так как я буду рядом, да и вы будете в курсе ситуации, не придется мучаться ожиданием.

Таммаоф приложил все свои умения и внимательность, разглядывая каждый уголок дома из Земель Тени. Девушки осторожно продвигались за ним, ориентируясь на его указания - Когда жесты, когда шепоты. Потратив около получаса на обыск, демон пришел к выводу, что место можно считать безопасным. Сам он в этом доме никогда не бывал, но приметил его давно, и почему-то именно он пришел ему в голову, когда нергаль  вел призраков девушек через Бурю. Оставалось только надеяться, что с ними теперь все будет в порядке.
Концу полета оставалось чуть меньше часа до назначенной встречи с Баториэль.

- Ну что, тут похоже, что безопасно, - удовлетворенно сказал демон. К сожалению, тут должно быть не очень хорошо с эмоциями, хотя, кто знает... В любом случае, я подумаю в перспективе о более удачном для вас пристанище. А пока, можете отдохнуть и обдумать происходящее. Я отправлюсь по своим делам, но про вас не забуду, и еще вернусь. И если есть какие-то вопросы и просьбы - я слушаю, - он улыбнулся.

[Darkfatalis]

     Анашмаим потянулся за ламассу.
     - Ты скажи, хоть, что это было? Чего это с ней? И куда она вляпалась? А то, может, мне еще по шапке надают...
     - Артур, мы расследуем дело для двора... Нити потянули во второй мир, ну она там себе дружка нашла, а его в плен захватил, местный призрачный авторитет! Вот она и сунулась, предупредив комиссара в последнюю секунду, подростковые тела слишком импульсивны, вот и нарвалась, - тебе-то за что, по шапке, скажешь тоже. - Ей бы задницу не оторвали, хотя если все сделаем, то победителей не судят. Ламассу раскладывал колбасу и нарезку по тарелке, на кухонном столе стояли Ром и Абсент.
     - Не забывай, что наше сознание сильно зависит от тела, которое выпало, а ей вообще подростковое досталось. А истеричный подросток с суицидальными наклонностями, без стабилизации личности, может долго не протянуть. Надо, как-то привести её нервы в порядок, иначе она с таким подходом утопит нас всех в слезах и испепелит депрессией.
     - Ну, у Двора есть свой психиатр, - ответил Артур, усаживаясь за стол.
     Иван достал из холодильника салат, сыр и гусиный паштет. Нарезая багет, ламассу приподнял бровь и, глядя на ашару, пробормотал:
     - Главное, чтобы пациент оценил наше стремление отправить ее к мозгоправу.
     - Я бы пошел... Хотя, может это и подростковое просто, - предположил Артур, элегантно откусывая от бутерброда кусок.
     - Если я ей предложу, она обидится! Да, и времени у нас нет, к сожалению. Не до психологов, надо дело расследовать, а то аж до второго мира нити дошли. Сегодня окончательно распростился со своим кактусом, теперь думаю, куда припрятать удобрения, а то от них фонит неприятно, ты почувствовал? - ламассу посмотрел жующего Артура.

     - Чего? - непонимающе уставился на него Анашмаим. - Тут , знаешь, не до этого чуть-чуть было. К тому же, дом кишит демонами. Честно говоря, я вообще не врубаюсь, о чем речь.
     - Речь идет о деле, которое мы расследуем для двора. Оно связано с буйством природы, а также, нападениями растений на людей и животных. Мы выяснили в ходе расследования, какие удобрения использовались в качестве прикорма растений. Далее, нашли, где их делают. Там наш Халаку подцепил четырех паразитов от призраков, которые производят вещества, материализующиеся, как я понял, и добавляемые в эти удобрения... - Иван развел руками. - А самое интересное, у меня дома 4 мешка этой дряни.
     Ашару чуть не подавился кофе. Пару раз кашлянув, он уставился на ламассу:
     - Ты что, серьезно?
     - Да, я серьезно! А ребенок, гуляя по Джакомо в тенях, нашла себе друга "Каспера", из-за потери которого ввязалась в неприятности во втором мире, и похоже это косвенно связано с персонажами по нашему делу.
     - И там ее покромсали? Бедная девочка, - покачал головой ашару. - Она там не утонула еще? Может, сходить проверить?
     - Ну, пойдем посмотрим...

[Nox]

  Сделав короткие запросы по Джакомо, Пять Звёзд и Мариньяк, Рома обнаружил массу разрозненной информации, какие-то громкие дела и события разных годов, а Джакомо действительно назывался Пять Звёзд. Чтобы что-то откопать — нужно время. Выключив компьютер, он стал собираться. Ахов заметил, что тело Ромы переносит жару и даже летом спокойно ходит в любимых пиджаках. Может образ Мамму повлиял или просто Ахов забивает себе голову не нужными мыслями. Так или иначе, он покинул квартиру и поехал в город. Зайдя в ближайший компьютерный магазин, он выбрал подходящую модель. Ромина технологическая подкованность помогла в принятии решения и после захода в банк, 400 долларов было потрачено на девайс. Покинув магазин, Рома поехал в кафе, где вчера встретил официантку. Там он сможет опробовать приобретение.

13:28 Рома вышел из метро на станции Ломоносовская.

  Кафешка была как минимум на две трети забита людьми. У кого-то был обед, у кого-то выходной, кто-то просто проходил мимо и решил забраться перекусить. Официанты бегали, как ужаленные, хотя от их беготни все равно было не много толку - успеть обслужить всех у них не получалось и кое-кто начинал возмущаться. Ахов заприметил "свою" официантку в противоположном конце зала. Она стояла и, улыбаясь, записывала чей-то заказ.
 На этот раз, Ахов прошел в помещение, где народу было меньше и была вероятность сесть за столик рядом с которым будет розетка. И хотя это было не так-то просто, на этот раз ему улыбнулась удача, когда он смог занять только что освободившееся желанное место. Расположившись, Рома приступил к извлечению планшета из упаковки. В магазине ему любезно установили ОС и для начала работы, требовалась лишь ознакомление и не большая настройка. Включив планшет, Ахов лучше ознакомился с документацией и сравнил её с тем, что сообщает о «железе» сама ОС. Рома отметил тот факт, что к нему всё ещё не обратился ни один из официантов. Они были весьма заняты и он сам не выглядел готовым что-то заказывать.
«Ну и ладушки»
 Взгляд Аховхаддамаэля попытался проникнуть в самую суть устройства. Древнему ремесленнику было мало, того, что знает его смертная оболочка, ему нужно было не просто использовать инструмент, но говорить с ним. Пальцы двигались по экрану и элохим удовлетворённо улыбался. Со стороны, Рома выглядел как довольный новой игрушкой школьник, увлечённо тыкающий в экран.
Стянув наушники с головы, Рома попал в окружение звуков. Правое ухо не много затекло. Наушники и упаковка из под планшета были убраны в сумку и Рома был готов что-нибудь заказать. Утренняя заварная каша уже не могла сдержать его аппетит. Пошарив глазами, он наткнулся взглядом на свою недавнюю собеседницу. По счастью, она в этот момент уловила его взгляд, слегка улыбнулась, повернулась к одному из клиентов, что-то сказала и быстрым шагом направилась к Роме.
Он доброжелательно улыбнулся.
 - Похоже, что у вас всё хорошо.
Рома придерживал пальцами страницы в меню, чтобы сделать заказ.
 - Как всегда, - кокетливо пожала плечами официантка.
 - Суп-пюре, горячие бутерброды и морс.
Отложив меню, он продолжил.
 - Это замечательно, я опасался, что встреча со мной могла пройти болезненно.
 - Почему? Я, правда, не разгадала Вашего фокуса, но это не так уж и важно, - улыбнулась официантка. - Мне было очень приятно.
 - Фокус, да?
Ромино лицо выражало извинение.
 - Не хочу вас расстраивать, но это не так. В противном случае, я бы не стал вас беспокоить.
Не много наклонившись, он прошептал.
 - Вчера, вы поверили и я хотел бы узнать - во что? Это очень важно. Ведь у вас могут быть вопросы, на которые я могу ответить.
Сев прямо, Рома договорил.
 - Но, боюсь, что сейчас вы ничего мне не скажете.
 - Вы так интересно говорите, - попыталась отшутиться официантка. - Я, правда, мало что из этого понимаю. Вы такой загадочный.
 - Вера. Я говорю о Вере. Что вы сделали с цветком? Долго изучали или выбросили?
 - Я поставила его в карандашницу, - ответила девушка. - И теперь любуюсь им время от времени.
 - Я могу помочь тебе в укреплении твоей Веры и ты сможешь измениться, как та вилка, что украшает твою карандашницу.
Ахов смотрел прямо в глаза девушки и его зрачки на секунду изменились, проявляя суть Мумму, желтыми топазовыми бликами.
 - Не бойся спросить. Скажем, во время твоего перерыва?
Девушка несколько раз моргнула и тряхнула головой.
 - Я не понимаю... Похоже на гипноз... - она стеснительно улыбнулась. - Может, Вы научите меня этому тоже?
 - Я могу обучить более интересным и реальным вещам, чем гипноз.
Щеки официантки чуть-чуть покраснели и, хихикнув, она ответила.
 - Даже не сомневаюсь.
 - У меня есть чем заняться, пока я жду.
Рома вернулся к планшету.
 - И заказ тоже.
Девушка растерянно пожала плечами и, развернувшись, вернулась к работе. Минут через пять парень-официант принес Ахову его заказ.

  Порывшись в интернете пару часов, Ахов нашел несколько коротких ссылок на сайтах разных газет, где упоминался Мариньяк Евгений Владимирович 1974 года рождения, который был обвинен в продаже наркотиков, но был выпущен из-за того, что было доказано применение силы против него во время дачи показаний. Кроме того, наркотики были найдены в его квартире во время несанкционированного обыска. Дело оказалось достаточно резонансным и следователя Ермолов, обвиненного в превышении служебных полномочий, подвергли взысканию по результатам служебного расследования. Следователю также удалось избежать серьезного наказания, но из-за этого дела ему было отказано в повышении звания до подполковника.
Время пролетело незаметно, Рома допивал заказанный, в процессе поиска, чай. Искать какие либо подробности по событиям лихих 90-х оказалось той ещё проблемой. Нужно было позвонить Таммаофу.

[Darkfatalis]

     Мужчины вышли из кухни и наткнулись на девочку подпирающую спиной дверь ванной комнаты.
     - Эмм, а мы тебя из воды доставать шли... - удивился ламассу.
     Намтар приоткрыла глаза и, увидев перед собой две фигуры, явно пришедшие по ее душу, инстинктивно ошатнулась, как вспугнутая птица, а затем,   услышав реплику Осквернителя, скривилась.
     - Вода - это, скорее, по твоей части, - насупилась она, ощущая всем сердцем тревогу и необходимость просто провалиться сквозь землю, скрыться с глаз долой. Однако бежать было некуда, и ангел смерти уставилась в глаза Творящего Красоту - мокрая, взъерошенная, дикая, как загнанная в угол кошка - то ли пытаясь его загипнотизировать, то ли запугать, то ли просто прочитать мысли ангела воды, гадая по чистым, как ручьевая вода, радужкам.
     - Жрать пошли, - сказал Иван по-простецки.
     Наверное, все это время бушующий в крови адреналин подавлял чувство голода - демон скорби и смирения только сейчас осознала, что готова съесть слона. Она-то и кофе с утра попить не успела, что там про завтрак говорить. Аггел Второго Мира заметно оживилась, с интересом принюхалась и недоверчиво спросила:
     - А ты угощаешь?
     - Как обычно, проходи уже, - сказал ламассу, пропихивая ашару обратно на кухню. Тот поддался и изящно порхнул на прежнее место.
     Элохим пожала плечами, снова нацепив на себя вид осторожный и недоверчивый, и тихо, на цыпочках прокралась на кухню, двигаясь вдоль стенки, будто хотела с ней слиться. Поняв, что это невозможно, Себетту плюхнулась на свободный стул, скрестила ноги и ссутулилась, заламывая руки.
     - Ты, наверное, хочешь узнать, что произошло... - глухо пробулькала Падшая, смотря на свои босые ноги.
     - Да пожалуй!
     Образ Смерти скривилась, и пальцы, лежащие на ее коленях, болезненно сжались, прихватывая джинсовую ткань. Несколько секунд Виолетта молчала, лишь тяжело дыша, как после стометровки, а потом бросила быстрый, испуганный взгляд в сторону Анашмаима и, отвернувшись, зашептала:
     - Таммаоф... Таммаоф...

[Mindcaster]

Несколько мгновений никто не отвечал.
- Да, Ониэль, я слушаю - послышался тихий голос в ответ

Девчонка тоже ответила секундой молчания, пожевала язык, прикусила губу и тихо, будто хотела, чтобы ее не услышали, спросила:
- Как ты? - все-таки невежливо было начинать разговор с себя.

- Вывожу Надю с Леной из Джакомо, - спокойно ответил Таммаоф. Разборки начинать ему сейчас не хотелось, все таки мягко говоря он был сейчас занят другим
- Ты у Яфа?

- Да, да, - резко затрясла головой Ониэль, снова бросая быстрый косой взгляд на Мамету. - Я... Я... Ты, наверное, хочешь знать, где я сегодня была... - пробормотала Плач Всех Ушедших, снова опуская голову и кривя губы. Конечно, и ей хотелось бы узнать, чем и как занимался сегодня ее брат; однако, что-то ей подсказывало, что он об этом сейчас точно не расскажет.

- Ну, если ты хочешь об этом говорить сейчас... - Таммаоф кинул быстрый взгляд на мятущиеся тени впереди. Да, это место стоит обойти по дуге, и пусть даже это потратит много времени. Он сделал знак Наде и Лене следовать в обход.
- ... я уже понял, что ты развоплотила на вокзале Игоря, и еще кого-то... Ермолова? Классическая ситуация с заложником, верно? Что они хотели?

- Давай я расскажу тебе все с самого начала? - вздохнула Халаку, скривив губы в усмешке недоброй, болезненной и даже немного безумной. - Тебе понравится, - прохрипела она, чувствуя, что каждое слово Конца Полета причиняет ей неимоверную душевную боль.

- Давай, времени у меня сейчас полно, - ответил Таммаоф, продираясь через склизскую паутину каких-то спутанных воспоминаний, утерявших уже всякую связность

Убийца тяжело вздохнула и скрючилась на стуле, положив голову себе на колени и обняв руками за ноги. Несколько секунд она собралась с мыслями, а затем начала свой рассказ. Долгий, постыдный, болезненный рассказ, который легче было бы забыть, а не извлекать из памяти.
- Я проснулась где-то... Если честно, уже не помню, часов в десять, наверное. Сразу пошла варить кофе, стала искать Игоря - а дома нет никого. Я испугалась, - бесцветно выдохнула Намтар и уставилась перед собой пустыми глазами. - Я отправилась его искать, облетела весь дом. Нашла только старую бабку, точнее, дух старой бабки, в соседнем подъезде. Это ужасно, но мне пришлось выбить стекло, чтобы попасть к ней - неудивительно, что она не хотела со мной разговаривать. Я узнала, что она его видела, видела, как Ермолов вместе с Игорем вылетают из моего окна и исчезают в Буре. Я сразу же полетела в "Джакомо", но никого там не обнаружила. Странно, правда? Обыскала каждый угол, но нашла только тех двух женщин... О которых ты уже знаешь, - она бросила короткий взгляд на Ивана и пояснила. - В электрощитовой там были два духа, слепленных между собой руками и ногами. И у них не было ртов, но мне удалось узнать у них, что это сделал Ермолов. Больше ничего они не знали, только... Там была аура. Очень жестокая, злобная аура, след извращенных эмоций, оставленных призраком. Желание обладать, - ангел смерти тряхнула головой и продолжила. - Я не знала, как им помочь, но я думала, что Игорь и Ермолов где-то здесь, и, если их найду, я смогу им помочь. Я сказала девушкам, что еще вернусь и стала искать дальше, но больше ничего не нашла. Не заметила ловушку, провалилась в нигиль - это... Это такой портал, который связывает две точки в Мире Теней. В общем, он выплюнул меня прямо в реку - наверное, это была Нева. Я выбралась на берег около рыбацкой избушки и пошла туда... - тут демон скорби и смирения замолкла и стала тяжело дышать, собираясь с мыслями.

- Там Яф, как я понимаю? Тебя, кстати, нашли способ подлатать? - прервал ее вопросом Таммаоф

- Да, - вяло ответила на оба вопроса сразу аггел Второго Мира, механически закивав. - В общем... Там действительно был рыбак. Глаза - как блюдца, зубы, как у акулы - острые, треугольные и в четыре ряда. Я его почему-то не испугалась, - голос Элохим прервал судорожный вздох. - Я стала просить его о помощи, говорить, что что угодно отдам, если он поможет мне найти Игоря. А он ответил, что знает того, кто может мне помочь, и может привести меня к нему. Но плата за помощь Рыбака - Вера. Я отдала ему то, что он просил, и он привел меня в старый строительный вагончик. Долго шли, часа три, - снова запнулась Себетту, вяло о чем-то размышляя. - Там тоже был призрак. Страшный призрак, раздутый, как шар, весь отекший, опухший, кажется, только дотронешься - лопнет. Рыбак называл его Синелицым, "хозяином", и, похоже, очень боялся. Я сказала этому Синелицему то же, что и Рыбаку, а тот ответил, что может мне помочь, конечно, за плату. За жестокую плату: я должна была задавать вопросы, а он отвечать. Но каждый вопрос приближал меня к Бездне, - судорожно вздохнула Падшая, пряча лицо в коленях. - Я задала четыре вопроса, но он отвечал уклончиво. Он не хотел мне помогать, он хотел моей боли. Тогда я почувствовала... Нечто. Как он воздействовал на мои мысли, память и эмоции, разозлилась, заставила его отвечать правдиво. Он сказал, что является слугой нашего врага. Что владеет Темным Арканосом. Что то существо, которое распространяет заразу - Однаждырожденный, один из верховных жрецов Лабиринта, но больше этот Синелицый ничего о нем не знал. Он сказал, что его темный хозяин велел дожидаться меня. Велел накачать меня Мукой, а потом сказать, где Игорь. Я узнала, что его держат в депо Варшавского вокзала. Потом я попыталась убить этого Спектра, но он смотрел на меня с такой обреченностью и смирением, которые я знала, которые чувствовала - и я не смогла. Я ушла, но, как только дверь за мной захлопнулась, я услышала крики, - снова замолкла Образ Смерти, воскрешая в памяти следующие образы, самые мучительные и постыдные.

- Однаждырожденный, значит, - задумчиво сказал Таммаоф, - чтож, это значит - он нам не ровня. Ну, в перспективе, не сейчас. Это хорошо, ценная информация, ты молодец.

Кажется, Виолетта потеряла дар речи. Она медленно подняла голову, удивленно приоткрыла губы, но глаза ее так и просияли недоверчивым, но едва сдерживаемым счастьем.
- Правда?

Таммаоф вздохнул
- Да, правда. Это действительно важно, и ты молодец, что смогла выудить это из спектра. Но ты допустила и ряд ошибок, которые могли стоить жизни кому-то из нас. Одно другого не отменяет, понимаешь? Сейчас нет смысла обсуждать это, мы поговорим при встрече. Просто подумай о случившемся и сделай выводы. Расскажешь, потом, что надумала. А сейчас просто доскажи, что было дальше.

- Да, я поняла. Ни шагу без тебя. Спасибо тебе... Брат... - тряхнула головой девчонка, набирая воздух в легкие, чтобы продолжить рассказ. - Я скакнула к Варшавскому вокзалу, а там... Там действительно вокзал! Стоял призрачный поезд, и на него садились призраки. Я нашла машиниста, узнала, где находится депо и помчалась туда. По дороге вызвала тебя, - тряхнула головой Ониэль еще раз. - В депо было пусто. Я почувствовала царящую там обиду, очень сильную обиду, и жажду мести. Пройдя по их следу, дошла до двери, а там... - Плач Всех Ушедших тяжело задышала, не в силах продолжать. Если раньше ее история казалась более-менее ровной, то теперь она смешалась со страхом, с ужасом, с болью Халаку, с ее гневом, с отчаянием, с желанием защитить. - Игорь висел на цепях, подвешенный за руки... Он был так измучен, он был почти без сознания, - выдавила из себя Убийца, стиснула зубы и сжала руки в кулаки. - А за ним стояла женщина, вместо рук у которой были лапы богомола. Она мучала его. Я слышала, что она говорила: она страдала из-за того, что ее брату всегда доставалось больше любви. И это породило в ее душе ненависть, которая и привязала ее к Убежищу. И теперь она мучала Игоря, мучала его, вымещая свою боль. Я вошла и приказала ей отпустить его, - Намтар резко подняла голову, - но она только посмеялась надо мной. И тогда я бросилась в бой. Я бросилась на нее и мне удалось лишить ее тела, отправить в Лабиринт, но и она разрезала мне ногу от пятки до самой поясницы. Но не успела я даже прикоснуться к цепям Игоря, не успела расплавить ни одну, как появился он. Ермолов. У него были цепи вместо рук. И с ним еще один очкарик с мачете. И тогда... Тогда Ермолов сказал, что мы с тобой украли его невольников. Что никто не смеет обкрадывать майора Ермолова. Я пыталась его вразумить... Я действительно пыталась, брат. Я говорила, что человека нельзя сделать рабом. Что все они рождены свободными. Что есть другой путь, запечатанный в сердце каждого из нас. Я очень долго говорила с ним, мой брат. Но он меня не послушал. Он сказал, что хочет, чтобы я стала его невольницей, иначе он убьет Игоря. У меня не осталось выхода, мой брат... Не осталось, - тихо шепнула ангел смерти и, кажется, этот шепот продолжался даже после того, как ее высохшие губы замерли.

Таммаоф помолчал.
- Дело не во мне, Ониэль - наконец сказал он, - и не в тебе. То, что мне дали это идиотское звание, не делает меня особенным. И тебя. И Яфа. Дело в команде, и в деле, которое мы выполняем. Вот это - нечто особенное. До меня дошли слухи, что у Двора полно своих проблем, и, похоже, именно поэтому таких как мы отправили в этом разбираться. И если бы ты, например, погибла, и не смогла найти новое тело - а даже если бы и смогла, кто знает, сколько бы тебе потребовалось для адаптации - наша команда уменьшилась бы. Стала бы менее эффективной. Шанс провала увеличился бы. А если бы мы провалились, потребовалось бы время, чтобы Двор выделил новые ресурсы на решение задачи, и ублюдки из Лабиринта смогли бы обтяпывать дела дальше. Это помимо того, что мы чисто по человечески желаем тебе добра, я специально сейчас заостряю внимание на другом - на общем благе. От нас зависят смертные и мертвые души. У тебя была возможность соскочить с этого поезда в начале, когда я предлагал тебе заняться штабной работой, разговорами с Секретарем и прочим. От тебя есть польза, и немалая, но тебе нужно научиться держать себя в узде, контролировать эмоции, иначе все твое добро может быть перечеркнуто одной фатальной неудачей, понимаешь? Думай, в общем. Я тебя не отчитываю, я хочу, чтобы ты ПОНЯЛА. Сегодня ты сделала большое дело, узнала очень важную информацию. Еще ты сорвала планы Ермолова, да, это тоже важно. Но это можно было сделать более эффективно, с меньшими затратами. Не делает ошибок тот, кто ничего не делает, но кто на своих ошибках не учится, тот дурак. Ты - не дура, насколько я тебя знаю. Так соответствуй.

Таммаоф говорил это негромко, без напора, иногда делая паузы, чтобы подчеркнуть свою мысль. Чувствовалось, что он и впрям не ругает Ониэль, а просто хочет ей сказать то, что думает. Что наболело.

Демон скорби и смирения молчала. Она услышала своего брата, но для того, чтобы по-настоящему понять, что он хочет ей объяснить, требуется время. Требуются часы, отданные на прокручивание его слов в голове, на разбор каждого слога и каждого звука. Аггел Второго Мира действительно старалась понять, и, возможно, получалось у нее это не сразу и не все, но, по крайней мере, она пыталась.
- Я... - тихо затянула она. - Я... хочу тебя понять, мой любимый брат. Я, правда, хочу. Спа... Спасибо тебе за то, что ты ласково относишься ко мне даже сейчас. Я это чувствую, - с придыханием ответила Элохим, ощущая огромную, распирающую ее изнутри нежность к брату. - Все, больше никакой самодеятельности. Если я узнаю что-то важное, я сразу сообщу тебе. Я правда хочу быть полезной, и я сделаю все, чтобы было так, маленькая это будет работа или большая. Мы ведь команда, правда? - с надеждой выдохнула Себетту. - И ты мой любимый брат. Спасибо тебе... За все.

- Конечно команда. Давай, приходи там в себя. Я свяжусь, как тут закончу.

- Подожди! - вдруг вцепилась в Конец Полета Падшая, как утопающая за соломинку. - Таммаоф, подожди! Ермолов обещал вернуться... Обещал из-под земли меня достать. Он ничего не знает о том повелителе Лабиринта, которого мы ищем; Ермолов прикован к Игорю, и именно так его нашел. Что это значит, Олег? Что это значит, мой брат?

- Это значит, что Игорь нам что-то не сказал. Есть конечно, шанс, что он сам не знает, но по какой-то причине у Ермолова с Игорем очень сильная эмоциональная связь. В частности, ты сказала, там была его сестра, или что-то вроде. Как минимум, надо будет хорошенько поговорить с Игорем, когда он вернется. Я еще подумаю об этом, хорошо? Я потом с тобой свяжусь, и еще это обсудим. В любом случае, у нас есть некоторое время, чтобы в этом разобраться. Если хочешь, можешь поискать в интернете, может там было что-то про самоубийство Игоря, в прессе может упоминалось, я не знаю. Выяснив его личность, мы получим ключ к дальнейшей информации, можете с Яфом этим попробовать заняться.

- Помоги мне его защитить, - тихо прошептала Образ Смерти, пряча лицо в ладонях. - Я умоляю тебя, мой любимый брат, всем сердцем прошу, небом над головой и землей под ногами заклинаю - помоги мне защитить Игоря. Помоги мне остановить Ермолова. Это... Я пойму, если ты не поверишь мне, брат. Я пойму, если ты надо мной посмеешься. Но это очень... Очень важно, Таммаоф. Это моя жизнь, - тихо добавила она, отворачиваясь к стенке и закрыв глаза.

- Я и не стал бы тебе отказывать, - спокойно ответил Таммаоф, - мы же команда, помнишь? К тому же, я все еще питаю надежду, что личность Ермолова разрушена не окончательно, и его можно нейтрализовать... гуманными методами. Помни, что все зло, что он причинил, во многом пришло от того, что у его заблудшей души не было тех пастырей, которыми мы были когда-то. Однако, если его необходимо будет окончательно уничтожить, и другого выхода не будет, я сделаю это. Но только, когда мы будем уверены, что других возможностей не осталось. Именно поэтому нам важно работать не по раздельности.

- Я поняла тебя, братик, - кивнула Виолетта, обнимая себя руками, как будто ей было смертельно холодно. - Жаль, что ты уходишь, но ведь мы еще встретимся, правда? Тогда до скорой встречи, я очень тебя жду. Удачи тебе, Конец Полета, пусть Всевышний направляет твою руку, даже когда глаза твои будут закрыты, - с придыханием пропела девчонка, готовясь услышать тишину в своей голове. Слушать ее, слушать... И больше ни о чем не думать, уснуть, забыться в темноте и тишине.

- Спасибо, ты там тоже успокаивайся. Чувствую, в ближайшее время у нас будут еще проблемы, и надо быть кним готовыми - "обрадовал" Таммаоф и отключился

[Neruman]

    Дегас Пыльный Скульптор, Элохим из дома Огня и Камня, захвативший тело Ивана Михайлова, поехал на метро к указанному адресу. Времени было катастрофически много, а посему можно было подготовиться. О чем спрашивать? Напрямую о демонах или же, с более общих вопросов? Что будет, если это те самые настоящие маги, которых недолюбливает двор? В любом случае нужна проверка. Дата рождения и дата вселения. Потратив чуть больше получаса, Дегас оказался у обычного на вид офисного здания с кучей магазинов и микроконторок. До назначенной встречи оставалось около получаса. Демон побродил вокруг, всматриваясь в вывески и бросские названия: туристическая фирма "Белые ночи", художественная студия "Художка", фотоателье "Незабудка". Где-то там он ожидал увидеть рекламу магических услуг. На всякий случай, Дегас выдернул у себя пару ресниц и положил в целофановый пакетик, после чего направился к "Квалифицированному специалисту".
"Интересно, а видеокамеры или микрофоны там будут?" - подумал демон. Однако, никакой рекламы или вывески на двери офиса не оказалось. Только номер офиса и название "ИП "Катеринина"Иван посмотрел на часы. 18:56. Пора.
     Он постучался и вошел в офис, чувствуя некоторое предвкушение. Вера, она как наркотик.Открыв дверь, он едва не столкнулся с мрачного вида женщиной, которая, смотря куда-то в пол, быстрым шагом уходила из офиса Веры Петровны. Она злобно глянула на него и, фыркнув, побежала дальше, поправляя на ходу платок.Внутри была обычная офисная обстановка - стол, компьютер, вращающееся кресло. Помещение отличало только то, что на стенах висели какие-то мандалы, печати и невесть что еще, претендующее на "магичность". За компьютером сидела ухоженная женщина "в возрасте" с крашенными светлыми волосами и со стрижкой "карэ". Грудь ее была увешана всевозможными украшениями этнического плана, а руки кольцами и браслетами.
   - Добрый вечер, - энергично отозвался Иван, - Прошу прощения за вторжение. Могу я встретиться с Верой Павловной? - спросил он, плавно проходя в кабинет
   - С кем, с кем? Здесь таких нет, - ответила женщина.
     Демон на пару секунд опешил
   - Это ведь Софьи Ковалевской 14, верно?
   - Нет, - ответила женщина. - Это Ленинский проспект. Дом 143. Вы заблудились?
В ее голосе появилась некоторая степень раздражения. Ваня закивал.
   - Да-а... Видимо я очень заблудился. Простите идиота за беспокойство... - демон развернулся было выйти, но остановился, - Не сочтите за грубость, но вы не знаете, как пройти на Ковалевской 14?
Парень вытащил из кармана помятую салфетку. "Ленинский проспект, д.143, к.2. Офис 407"
   - Ой... всё верно. Ленинский проспект 143, офис 407. Простите Бога ради за беспокойство.
   - Подождите... Это Вы мне сегодня звонили?
   - Возможно. Я звонил пару часов назад, и мне назначили встречу в этом здании
   - То есть, Вы не уверены? - строгим голосом спросила женщина, по-видимому, та самая Вера Петровна.
     "Кажется, она обыграет меня в моей же собственной манере речи", - подумал демон и невольно проникся к ней изрядной толикой уважения.
   - Давайте без софистики, - ответил он уверенным тоном, который не имел ничего общего с промямлившим началом, - Я ищу определенную личность, которая может мне помочь. Вы ли это, или некто Вера Павловна, которой я звонил, мне не так важны, как результат.
   - Очень интересно... - многозначительно протянула она. - Присаживайтесь - послушаем.
   - Благодарю, - кивнул Иван, и воспользовался предложенным местом. - Итак, прежде чем я поделюсь с вами конкретной просьбой, мне бы хотелось убедиться, что вы действительно способны на специфические услуги. Мне важно точность, - с этими словами Иван вытащил пластиковый пакетик, в котором находилось несколько его волос, - Что вы можете с этим сделать?
   - Выбросить в ведро? - спросила Вера Петровна, приподняв бровь. - Вы что, пришли сюда развлекаться?
   - Ох, увольте, - сердился Иван, - Есть места повеселее. Это принадлежало одному очень близкому мне человеку. Вы сможете его найти?
   - В каком смысле? - не менее сердито переспросила Вера Петровна.
   - В том смысле, что есть места с более приятной атмосферой и дружелюбными собеседниками. Я здесь сугубо по деловому вопросу. Вы сможете найти нужного мне человека или нет?
   - В каком смысле найти? Я могу изучить его информационное поле, используя для этого таро и астрологию и попытаться установить район и статус пребывания методом маячка, но если Вы ждете адрес и номер квартиры, то Вам не ко мне, а к психологу.
  - Добро, - отозвался Иван после пары секунд неподвижного размышления и улыбнулся. "Начало положено"
- Что мне нужно делать? Заключить с вами контракт?
   - Нет, с чего Вы взяли?
   - Я не очень знаком со здешними порядками, - честно признался Иван и пожал плечами
   - Вы оставляете мне данные этого человека, я их анализирую и в назначенное время Вы приходите за  результатом. Предоплата - 50%. Остальное - после выполнения заказа. Учтите, я не даю никаких гарантий!
   - Разумные условия. В качестве дополнительной услуги, я бы попросил вас узнать даты ключевых событий этого человека. Дата рождения - 24-е мая 1986 года от рождества Христова. - демон всмотрелся в лицо женщины, надеясь, что он нашел спасительную линию в поиске
   - Для более полного анализа мне нужны имя, а также время и место рождения.
   - Зовут Иваном, но это вся информация, что у меня есть.
   - Полное имя, - добавила женщина. - А что, время и место неизвестно? Это сильно усложняет дело, знаете ли...
   - Иван Смёнович. Фамилия неизвестна. Есть Предположение, что он из под Челябинска, но точнее сказать не могу. И лучше не спрашивайте, как я нашел такие подробности... - вздохнул парень
   - Таааак... - протянула Вера Петровна. - Ну что ж, с Вас 6 тыс. рублей. Прийдете через неделю и получите результат. После оплаты второй половины суммы.
   - Ну право, Вера Петровна? Чем быстрее вы разберётесь с этим заказом, тем быстрее вы получите куда более интересный и стоящий
   - Я Высший Маг и парапсихолог! А не торговец! Доплата за срочность пропорциональная на условиях 100%-й предоплаты, - ответила оккультистка.
   - Уверен, ваши способности действительно из ряда вон. - Дегас попробовал сыграть на тщеславии женщины, хотя запрошенная сумма казалась ему несколько заниженной. - Срочность действительно будет компенсирована, и более того. Если вы позволите стать свидетелем вашего таинственного мастерства, мне было бы приятно обеспечить вас еще 50% от гонорара.
   - Нет! Одназначно - нет! - парировала женщина. - Во-первых, это длительный процесс. Во-вторых, он может быть опасен для неподготовленного разума. Если Вы хотите сократить срок рассмотрения дела до 3-х дней - с Вас 24 тысячи. 12 сейчас, остальное - через три дня!
   "Почему мне кажется, что стоимость дальнейшего сокращения времени будет рости экспоненциально?"- подумал Иван и улыбнулся.
   - Я готов рискнуть
   - В таком случае, с Вас 12 тысяч, - ответила женщина.
   - Согласен, - улыбнулся Дегас и поднялся из-за стола - С гонораром вопрос решили. Может быть вы бы хотели чего-нибудь еще?
     Женщина посмотрела на Дегаса с некоторым изумлением.
   - Определенно. Но я не поняла, почему это Вас может интересовать. Я думала это ВЫ пришли получить то, что Вам нужно.
    "Чтож, пробный шар не выбил страйк, но несколько кеглей всё таки упали"
   - Если ваш талант окажется весьма и весьма весомым, я бы хотел заключить с вами долгосрочное сотрудничество. А потому, мне было бы приятно вас чем нибудь заинтересовать. Но это так, на будущее. Если позволите, то через несколько минут я вернусь с обозначенной суммой, - парень поклонился и направился к выходу. Кажется, ближайший банкомат был в недалеко.
   - Что ж, - ответила женщина, разводя руками. - Я подожду...

     Банкомат оказался в продуктовом магазине возле остановки. Демон еще не успел растратить всю свою премию, а потому земноводное медленно опустило свои зелёные лапки на шею парня. Через двадцать минут Дегас вернулся офис Веры Петровны с деньгами. Он собирался вновь постучаться и войти. К неудовольствию Дегаса, у Веры Петровны в это время уже был новый клиент и ему пришлось подождать минут пятнадцать прежде, чем ему разрешили войти вновь. Парень вошел в кабинет, когда посетитель уже ушел. В кармане была плотная пачка пятисотрублёвых банкнот, и Дегасу уже хотелось её быстрее потратить.
   - Итак, Вера Петровна, на чем мы остановились?
   - В каком смысле? Все по-прежнему, - недоумевая, ответила Вера Петровна, отпуская очередную клиентку.
   - Отлично. Вот - аванс, - Иван вынул пачку и положил на стол, - По рукам?
   - Ваша заявка принята. Приходите через три дня - лучше после обеда.
   - Нет, - твёрдо произнёс Дегас. - Я буду здесь на всех этапах вашей работы. Это главное условие.
   - Я же сказала, что это невозможно! - настойчиво проговорила Вера Петровна, приготовившись возвращать деньги Дегасу.
   - Позвольте позаботиться о себе самостоятельно, Вера Петровна, - улыбнулся демон, - Я не принесу вам никаких хлопот
   - Я не поведу Вас к себе домой - даже не напрашивайтесь!
   - А-а, дома. Ну ладно, - подозрительно быстро сдался Дегас, - тогда могу я попросить вас заниматься этим лично, и не передавать кому бы то еще?
   - Я всю работу делаю только сама! - исподлобья глядя на Ивана, ответила Высший Маг. - Но посвещать кого бы то нибыло в методы своей работы я пока не намерена.
   - Мне этого будет достаточно. Условия обговорены. Я вернусь к вам через три дня с остатком суммы во вторую половину дня. По рукам? - демон протянул руку
   - Договорились, - ответила Вера Петровна, убрав деньги и в недоумении протягивая Дегасу руку для рукопожатия, впрочем не вставая со стула.
   - Вот и славно, - демон пожал ей руку, заключая сделку. Конечно, спешить было некуда. Что есть три дня для бесконечности? Но эти три дня могут показать многое о потенциале людей. Дегас искренне надеялся, что женщина действительно что-то умеет, и тогда она сможет найти демона, на чей след вышел Таммаоф.
   - Всего доброго, - кивнул он и вышел из кабинета

[Darkfatalis]

     Когда Ониэль закончила свое трепетное повествование, Анашмаим, медитативно мнущий бутерброды, запивая дорогим алкоголем, сделал патетический жест ладонью и сказал:
     - Думай, что хочешь, малышка, но при таком подходе ты долго не протянешь! - Артур казался очень категоричным. - Я говорю даже не о том, что тебя грохнут где-нибудь в твоем Втором Мире а о том, что ты превратишься в чудище раньше, чем у тебя пойдут регулярные месячные. А потом ты отправишься в ад, и не будешь желать своему парню ничего, кроме долгих и мучительных пыток. В каждом твоем движении я вижу, как Мука поглощает тебя, а ты ей подыгрываешь.
     Анашмаим недовольно скривил нос и ухмыльнулся.
     - Аминь! - сказал ламассу, затем взял зубами стопку с абсентом и резким движением головы, опрокинул содержимое в горло. - Ащщщщ, млин, печаль-то, какая, - пробулькал Иван и закусил выпивку сыровяленным мясом.
     Набравшись смелости, Ониэль подняла голову и целых долгих десять секунд смотрела Анашмаиму в глаза. Ее путь стал шатким, зыбким, и Плач Всех Ушедших уже с трудом отличала хорошие поступки от дурных. Как натянутая струна, колебалось в душе ее беспокойство и волнение, которое нельзя было унять; порой Халаку представляла кровь на своих руках и начинала находить это ощущение приятным. Но так же она все еще помнила, что еще даже сегодня утром ей было гораздо легче, и желание вернуться назад горело в груди Убийцы негасимым огнем.
Она молчала. В конце концов, кому интересны мысли и ощущения мятущегося подростка? Намтар молча, опустила голову и продолжила рассматривать свои колени.
    Ониэль: +1 Временного Мучения
    - Ах! - вдруг вскрикнула ангел смерти, схватившись за голову. Боль обожгла ее как огнем, забралась в голову, разлилась по всему телу, и к горлу подступила тошнота. Целую секунду демон скорби и смирения сидела скрючившись и вцепившись пальцами в волосы, а потом резко встала и, продолжая держаться за лоб, пошаркала к выходу.
    - Простите... - судорожно выдохнула она, чувствуя, как бешено, колотится в груди сердце и темнеет в глазах. - Можно мне... Выйти... Аггел Второго Мира выскочила из кухни и спряталась в спальне, где все еще лежала окровавленная клеенка, села на пол, прислонившись спиной к кровати, и схватилась за сердце. Господи, как больно... Еще никогда, никогда не было так больно. Она не хотела этого. Не хотела становиться чудовищем. Не хотела никого разочаровывать. Не хотела причинять боль.
    - Господи, путеводи меня в правде Твоей, ради врагов моих; уравняй предо мною путь Твой, - горячо зашептала Элохим одну из немногих молитв, которую знала. Из глаз Себетту брызнули слезы. - Господи... Господи...
    - П...здец какой-то, - недовольно прохрипел ашару, зажовывая свои слова колбасой.
    - Ну, может, пусть побудет одна немного! Столько эмоций за один день... Поговорим о своем, как взрослые люди.
    Анашмаим согласно развел руками, лицом демонстрируя готовность к "открытому диалогу".
    - Да, я, в общем-то, хотел узнать, слышал ли ты сам, об этом деле. О возможных терках между собратьями, которые желали бы зла людям и природе. В открытой форме или косвенно угрожали своим поведением репутации двора.
    Анаша ухмыльнулся.
    - Всех, кто ДЕЙСТВИТЕЛЬНО мог, угрожать репутации Двора давно увещевали особенно эффективными способами. Если не считать пары личностей, которых теперь ищет Шулхан. Такие вещи, как ты говоришь, делаются тайком в темных и глухих пещерах, чтобы никто не узнал. Не знаю, что тебе ответить даже... Я не очень увлекаюсь слухами - все-таки я солдат Министерства Львов, а мы довольно прямолинейны.
    - Ну, знаешь, спросить мнения прямолинейного собрата, никогда не лишне на мой взгляд. Мало ли на каких ветрах ты летал, вдруг слыхивал. Да и хотел попросить тебя на вещество глянуть, а то вдруг, твои радары, чего интересное нащупают! - сказал ламассу, наливая себе и ашару по чеширскому коту.
Заглатывая зеленую жидкость, ашару ответил:
    - Ща, еще посидим, потом тащи свою дрянь.
    - Да уж, кто тебе предлагает на трезвую, то голову, - рассмеялся ламассу, наливая по-следующей.
    - Пошли! - сказал Анашмаим. - Пока я еще в духе.
    Налив по "Чеширскому коту" в стаканы, Иван встал и жестом пригласил Артура следовать за собой в коридор, пакеты с удобрением находились в кладовой и были плотно упакованы в полиэтилен.
    Анашмаим осторожно поводил руками над мешком, закрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, после чего пожал плечами и ответил:
    - Херь какая-то сверхъестественная. Больше я ничего не понял. Говорю же - я не специалист. Я больше по части в щи прописать, - ашару деликатно хихикнул.
    - Ну, щи я и сам сварить могу, а пока, пошли квасить!
    - Пошли! - согласился обрадованный Артур.
    Мужчины радостно поскакали на кухню продолжать "культурную программу".
    - Расскажи мне, брат, чем ты живешь теперь, помимо танца?
    - Я-то? - немного кокетливо переспросил Артур, усаживаясь за стол. - Так, по-маленьку: преподаю, на соревнования езжу... Общественной работой занимаюсь понемногу.
    - М, а что преподаешь? Танцы? - спросил ламассу.
    - Общественные работы это интересно, помогаешь социуму?
    - Да - танцы, - ответил ашару, заглатывая очередную порцию коктейля. - Капоэйру еще. А так, можно сказать, помогаю социуму - да...
    - Так загадочно ты это да... сказал, чем именно помогаешь-то?
    - Хм... - Анашмаим усмехнулся. - Борюсь за право людей на свободу самовыражения. - Ашару сделал короткую паузу, уставившись на ламассу. - Отстаиваю права секс-меньшинств.
    В глазах ашару сверкнула короткая вспышка, а губы сжались, выдавая скрываемый гнев.
    - Ну, человек же не выбирает, каким рождаться, как человек с медицинским образованием, я это точно могу сказать! Да, и вообще, гонения, это не здоровый путь в тупик. У всех должны быть права, при условии соблюдения этических норм.
    - Тебе ли не знать, как изменчивы этические нормы? - подняв бровь, спросил Анашмаим. - Свобода же - вечна! Как небо.
    - Возможно, но когда твоя свобода, к примеру, приводит к детской смертности или насилию, это уже не свобода, а беспредел! Надеюсь, с этим ты согласен?
    - Согласен. Свобода одного не должна нарушать свободу другого, - ответил Артур и, подумав, добавил. - В пределах, установленных принципом наименьшего зла.
    - Да, именно это, я и имею ввиду, рад, что ты понял, - сказав ламассу, налегая на колбасу.
    Анаша рассмеялся и погрозил Ивану пальцем:
    - Пятый дом... Уклончивые инсинуаторы! Но такие очаровашки, - Артур изобразил поцелуй и вслед за Яфаборэлем ухватился за колбасу.
    - Мне казалось, я довольно прямолинеен... Не первый дом, но все же отвечу в лоб на любой прямой вопрос, да и сам любитель задавать в лоб.               Высказывать свое мнение, иронизировать и даже подкалывать.
    - Ладно-ладно, - поднял руки Анашмаим, будто собираясь сдаваться в плен. - Поэтому ты мне сразу понравился - ты прямо говоришь то, что хочешь, но делаешь это вежливо. Уважаю!
    Анашмаим встал и протянул ламассу руку для рукопожатия, пристально глядя ему в глаза.
    Ламассу оторвал свой уже датенький зад от стула и по-мужски протянул руку Артуру.
    Демоны пожали друг другу руки, Анашмаим похлопал Яфаборэля по плечу свободной рукой и с довольным видом плюхнулся обратно на стул и поправил челку.
    - Надо за это выпить! - предложил он.
    - Собсно да, но градус понижать не надо и покормить ребенка мы обязаны...
    Чокнувшись с Искусителем, Анашмаим вскочил со стула:
     - Пошли!
    Ветер почти ураганной силы ворвался в спальню, за одно мгновение почти полностью высушив слезы халаку, заодно устроив в комнате Ивана небольшой бардак.
    - Хватит рыдать, красотка, детям пора обедать!
    Ламассу только палец успел в воздух поднять.
    Продолжающая нести свою вахту у кровати, Падшая была ошеломлена настолько, что даже вздрогнуть не успела. Эффектный выход, точнее, вход Кнута подействовал на нее отрезвляюще, и Образ Смерти мигом забыла, каким именно образом она хотела еще немного попротестовать. Ее собственные перья разлетелись по всей комнате, подхваченные порывом воздуха; но самое большое Виолетта крепко держала в руках, затем спрятала под футболкой, встала и молча, на цыпочках поковыляла к выходу, втянув голову в плечи, как нашкодивший кот.
     - Простите... - тихо пробормотала пунцовая девчонка, глядя вниз и ковыряя носком пол.
    Ашару изящным пируэтом проскользил вплотную к Ониэль и, положив ей руку на плечо, повел на кухню, гротескно виляя бедрами.
    - Прощаю, так уж и быть, - игриво ответил он ей, подталкивая к столу.
    Неизвестно, почему, но от этих слов на душе Ониэль потеплело, а призрак улыбки сам коснулся губ. - Спасибо Вам большое, господин. Вы такой теплый, как... Как тропический бриз, - тихо, но душевно шепнула Плач Всех Ушедших, садясь за стол и осторожно беря двумя пальчиками колбасу. Хоть в желудке   Халаку и играл голодный марш, но это не было поводом вести себя по-свински.
    - Do Brasil com amor! Что по-португальски значит "Из Бразилии с любовью", - ответил ашару, усаживаясь рядом.
    - Налить тебе?.. Сока?.. Девочка? - спросил веселенький ламассу - едва ли Ониэль видела его когда-нибудь таким добрым и пушистым.
    - Да, пожалуйста, если можно, - чуть улыбнувшись, кивнула Убийца. Хмельной дурман обманчив, и все знаки на лице Мамету, по которым Намтар могла гадать, смешались и поблекли. Сейчас не время для вопросов, поскольку ответы не будут правдивыми.
Секунду поразмыслив, ангел смерти чуть склонила набок голову. - Простите за вопрос, господин Анашмаим, но, я вижу, Вы очень любите эту фразу. Я помню, что она у Вас еще на кружке была написана, - смущенно улыбнулась она. - А можно узнать, почему? - демон скорби и смирения виновато опустила голову. - Простите, пожалуйста, если я лезу не в свое дело.
    - Ламассу достал стакан и уверенно налил туда яблочный сок, которого в доме падшего оказалось гораздо больше алкоголя. Прикинув по бутылке, можно было сказать, что на самом деле, мужчины не выпили и 150 граммов зеленой, пахнущей полынью жидкости, которую прилично разводили, все тем же соком.
    - Спасибо, Яфаборель, - тепло ответила аггел Второго Мира. Когда она принимала стакан, на мгновение ладонь Элохим крепко сжалась вокруг запястья ангела воды, но спустя секунду девчачья рука его отпустила.
Отметив взглядом невольное движение Ониэль, Анашмаим благодушно ответил:
    - Тут нет никакого секрета. Я люблю эту страну. По многим причинам - в том числе потому, что там Артур изучал капоэйру , - ашару легонько улыбнулся.
Иван приподнял бровь, он очень хорошо замечал все прикосновения, да и вообще, тонко чувствовал эмоции окружения, однако, старался не показывать этого.
    Губы Себетту сами собой расплылись в мечтательной улыбке, и она посмотрела в потолок. - Там красиво? - с придыханием спросила Падшая. - А, правда, что попугаи там летают прямо по улице, как голуби? Красные ара, сине-желтые и зеленокрылые. Я видела такие фотографии. А Вы видели карнавал? - похоже, Образ Смерти готова была засыпать Ашару вопросами о далекой стране, в которой она не была.
    - Да, там очень красиво, если не считать трущоб, - ответил Артур. - В карнавале я даже участвовал!
    - Как же Вам здорово! - засияла Виолетта, восхищенно всплеснув руками. Как она ни пыталась подкорректировать свою улыбку, но та упорно растягивалась до ушей, и темно-карие глаза девчонки сияли. - Поедете еще, когда представится возможность?
    - Само собой! - эмоционально плеснув руками, воскликнул Анашмаим. - Раз в год - это точно. А то и два!
    - Это хорошо-о... - довольно, как кошка, промурлыкала Ониэль, и даже зажмурилась от удовольствия. - А почему Вы не останетесь там насовсем, если Вы так любите Бразилию? - немного виновато спросила Плач Всех Ушедших, кажется, уже зная ответ.
    - Потому, что Россия - моя страна и страна Артура. Потому, что здесь... мои подопечные... больше нуждаются в моей защите. Потому, что здесь больше предрассудков, чем там! Пока здесь будет царствовать гомофобия - я буду здесь и буду отстаивать свободу!
В глазах ашару будто сверкали молнии в ответ на каждую фразу, а губы снова сжимались.
     - Тааак, мальчики и девочки, время свободы это прекрасно, но не время для революций! Не вижу баррикад и Парижа за окном! Viva Cuba libre! - ламассу посерьезнел на мгновение, после чего, снова прикинулся добрым и пушистым.
    Халаку немного сжалась, чуть втянула голову в плечи, прижала ладонь к своей груди в жесте защиты, но вторую руку слегка протянула в сторону Дагана, будто хотела к нему прикоснуться - правда, спустя всего лишь секунду Убийца опомнилась и спрятала ее под стол. - Простите меня, пожалуйста, господин Анашмаим, - испуганно и сочувственно протянула Намтар. - Стеной междумирья клянусь, я не хотела Вас расстроить. Я Вас понимаю, - тихо прошептала она, виновато втягивая голову в плечи и зажмуриваясь.
    - А ты тут причем?! - не сбавляя эмоциональности в голосе, ответил ашару. - Я вовсе не расстраиваюсь! Ты спросила, а я ответил! - воскликнул Анашмаим, дернув головой вбок. - Ладно, проехали, - Артур снизил тон. - Тут гомофобов нет, значит все в порядке, - он рассмеялся и погладил Виолетту по голове. - Все в порядке.
    Ангел смерти опустила веки, впитывая прикосновение Артура всем своим существом. По голове и спине демона скорби и смирения пробежали приятные, колючие мурашки. Когда же аггел Второго Мира открыла глаза, кажется, в глубине ее зрачков что-то зашевелилось. Образы древних, постыдных веков: прекрасная Солониэль, разрушенный Акиллах, голова Хаваэля на холодном каменном полу... Элохим не хотела говорить об этом. Она спешно затолкала свои воспоминания обратно, на задворки сознания. - Кто заглядывал за Стену, знает, насколько ничтожны всякие различия, - тихо прошептала Элохим. - Спасибо Вам большое, господин Анашмаим.
    - И хватит называть меня господином! - шикнул на нее Артур. - Господа все в Париже!
    - Простите-простите, г... - вовремя осеклась Себетту, замахав руками. - Моя вина, привычка. Вы ведь старше, и Дом Ваш выше, и звание, и вообще Вас уважать должно! - замотала головой Падшая, попытавшись оправдаться. - А как мне тогда Вас называть? - осторожно спросила Образ Смерти, прижимая руки к груди.
     - Его Артуром звать! - ламассу улыбнулся. – Ты – много тысячелетняя сущность, завязывай с детским садом.
     - Оба мои имени меня вполне устраивают, - ответил довольный Анашмаим.
     - Хорошо, я постараюсь, - кивнула Падшая, после чего повернулась к Осквернителю. Было видно, что в душе Виолетты идет внутренняя борьба, но девчонка, так и не найдя подходящих слов, все же выразила все свое мнение и отношение, показав Творящему Красоту язык.
     Ламассу не растерялся и тоже показал язык. При этом он не стал пользоваться возможностью сделать оный, метровой длинны, а ведь мог.
     Ониэль в ответ захихикала и осторожно положила руку на плечо Ивана.
     - Вот за это я тебя и люблю, - мурлыкнула она. - Но есть в тебе что-то... От угря, - прищурилась она, склонив голову набок.
     - Интересно, чем же?
     - А ты пробовал когда-нибудь удержать его в руках? - хитро улыбнулась Плач Всех Ушедших. - Живого, разумеется. Вот попробуй. Когтей не хватит. Ну, и еще, пожалуй, за изменчивость, - хихикнула она, и вдруг мгновенно посерьезнела. - На самом деле, я должна сказать тебе спасибо за то, что ты самый нескользкий Ламассу, которого я когда-либо знала. Это действительно внушает мне надежду.
     - Спасибо!
     - Это, типа, сейчас комплимент был? - удивленно спросил Анаша.
    Халаку бросила на Ашару быстрый испуганный взгляд и поняла, что, видимо, сморозила какую-то глупость. - Простите, - виновато пробормотала она и опустила голову.
     - Ну, вообще, халаку права. Я может, мечтал родиться в семье Неберу, но Боженька иначе рачпорядился. Поэтому положение обязывает.
     Ашару прыснул со смеху, едва не подавившись соком.
     - Нет, серьезно, - подняла голову Убийца, осмелев. - Это действительно очень важно. Должен же кто-то доказать... Что красота может быть честной. Что ей не обязательно вечно прикрываться масками, иллюзиями и недоговорками, чтобы оставаться красотой, - горячо заключила Намтар, расправив плечи и подняв голову, взъерошенная, как птичка. Юная бунтарка чувствовала, что ей сейчас прилетит по шляпке хотя бы за то, что ангел смерти попыталась судить о вещах, к которым не имеет никакого отношения, но, в общем-то, она была готова к наказанию.
    - Все должны по идее, но даже ангелы грешны…
    - Да... - пристыженно кивнула, демон скорби и смирения.
    В это время, Ониэль и Яфаборэль услышали призыв Таммаофа.
    - Госпожа секретарь вызывает нас в Резиденцию, к семи часам. Надо присутствовать всем.
    Таммаоф вызвал Ониэль и Яфа одновременно.
    - Прекрасная, а главное - своевременная информация,- пробормотал ламассу.
    - Ну, вот как-то так. То ли она переиграла планы, то ли с самого начала планировала нас собрать вместе, а я ее не так понял.
    Яфаборэль попытался освободиться от алкоголя в своем теле, но у него не вышло. Еще одна попытка - снова ничего. Обравшись с духом, он сосредоточился, насколько мог и, наконец, освободился от власти хмеля.
    - Какое счастье, я снова трезв.
    - Ох-ох-ох... Мне будет стыдно смотреть в глаза Леди-Лорду, - тихо пробормотала Элохим, вжимая голову в плечи.
    - С чего вдруг? - спросил Олег.
    - Нечего тебе стыдиться... – сказал ламассу.
    - Вы так думаете? Я ее как-то обидела немного, но, вроде, госпожа Почетный Комиссар меня простила... - тяжело вздохнула Себетту и махнула рукой. - Ладно, народ, проехали. Простите меня.
    - Ага, ну значит, встретимся у входа.
    - Давай, братик, - мурлыкнула Падшая. - До встречки. Спасибо, что позвал!