Пограничье
Пограничьем или пограничной зоной называют ту часть города, где миры соприкасаются. Дома верных слуг Архонтов ведут в их дворцы. Места, отмеченные Ангелами Смерти, скрывают за собой Инферно и чистилища. Одни места пограничья видимы для нас, а другие раскрывают себя лишь определенным людям, или в определенное время. Входя вовнутрь, мы вынуждены видеть истину, хотим того или нет – что часто бывает опасно, если наш страх порождает чудовищ. Снаружи, однако, эти территории кажутся обычными, хотя и обрастают массой жутких слухов и городских легенд. В семидесятых немецкий оккультист Джоанна Котчер создавала целый перечень подобных мест в Токио, Нью-Йорке, Лондоне, Париже и Берлине, пока не исчезла бесследно. К счастью, её записи уцелели и хранятся в архиве одной берлинской библиотеки.
Если какое-то место является пограничьем, то оно существует одновременно в двух мирах. Главная опасность не только в том, что человек может зайти с нашей реальности и углубиться в истинный мир, но и в том, что немало существ используют такие места, как врата на Землю.
22/24 Рюи де СевиженеМежду домами номер 22 и 24 по улице Рюи де Севижене в Париже есть неприметное низкое здание без табличек и номеров. Этот дом похож на строения конца восемнадцатого века и его окна всегда закрыты плотными занавесками. Лишь странные люди в черных плащах заходят в дом, а каждую ночь к нему подъезжает катафалк. Из него выносят гробы и молча направляются к задней двери, скрытой давно неухоженными зарослями. Соседи иногда слышат странный шум, доносящийся из этого дома – будто там снуют полчища крыс.
Дома нет ни на одной карте, к нему не подведены коммунальные службы – он вообще нигде не числиться. Более того, в новолуние дом исчезает. Тогда соседние строения сдвигаются, заполняя освободившееся пространство, и никто даже не помнит, что между ними что-то было. Но на следующую ночь все возвращается на место – дом возникает на прежнем месте, и пространство вновь расширяется.
Дом – штаб-квартира Судьи Мелькорта, Ликтора, служащего Гебура. Его задача – поддерживать правосудие среди смертных, но понимая бессмысленность обращения к законам смертных, Судья выбрал другой способ.
Он основал культ из десятка сектантов в похоронном бюро и каждую ночь приказывает своим людям находить тех, кто нарушает закон. Законы Ликтора включают в себя не только кару за воровство или убийство, но и измены, аборты или ложь, оскорбление власти или работу в религиозный праздник. Его слуги похищают жертв и прячут их в звукоизолированные гробы, привозя ночью на суд Мелькорту. Независимо от преступлений, приговор один – жертву живьем скармливают крысам, которыми Судья заполнил подвал.
Дом служит пограничьем между нашим миром и дворцом Гебура – из подвала можно попасть в секцию тюремных камер. Бывало так, что через эту дверь сбегали обреченные на съедения, хотя чаще всего их ждало еще худшая участь во владениях Гебура. Только в новолуние, когда здание существует целиком в Метрополисе, культ не привозит новые жертвы. В остальные ночи хотя бы один, а чаще несколько жителей Парижа расстаются с жизнью, испытав на себе судебную систему Мелькорта.
Кольцевая станция Дюпоинт
На северо-западе Вашингтона находиться станция метро, скрывающая вход в Метрополис. Над ней кольцевая развязка дороги окружает небольшой парк с фонтаном по центру. Фонтан изображен в форме чаши и днем это место отдыха для большинства представителей среднего класса из окружающих офисов. Клерки и мелкие чиновники приходят в парк перекусить и отдохнуть от компьютеров и душных помещений.
По ночам парк наполняют бездомные и отчаявшиеся. Они не знают, что прямо под ними переплетение подземных тоннелей образует странный магический символ, открывающий врата в Метрополис. Однако этим людям хорошо известно, что ночью не стоит спускаться в метро, вход в которое находиться прямо напротив парка – там можно бесследно исчезнуть.
С виду станция – обычный зал ожидания, ярко освещенный, с современными эскалаторами и новыми стенными панелями. Мало кто знает, что под ним остались старые постройки и нижний этаж. Лишь ржавые решетчатые ворота и лестница за ними в углу станции указывают на наличие этого этажа, но большинство просто не замечает их.
Однако ночью таинственные фигуры открывают ворота и держат их открытыми до самого рассвета. И часто по лестнице в опустевшую станцию поднимаются существа, сильно отличающиеся от дневных пассажиров. Все дело в том, что нижний этаж связан с подземными слоями Метрополиса, и спускаясь по лестнице в окружении странных граффити на стенах легко не заметить, что ты покинул наш мир. Пока любой источник света не погаснет и холод не пронзит до костей. Или пока не встретишь порождение своего кошмара.
Бездомные даже в самые холодные ночи предпочитают мерзнуть в парке, но не опускаться вниз. Они знают – многие, кто осмелились пойти, пока ворота открыты, не возвращались. А иногда тени поднимаются и выходят на улицу, подстерегая тех, кто опасно приближается ко входу в метро. Странные бесформенные тени, которые, однако, никогда не заходят за черту парка. Бомжи не знают, что узор подземной архитектуры, открывающей врата, делает парк защищенным от обитателей иных миров.
Дом номер 44 на Лабругском Холме
В Ислингтоне, пригороде Лондона, стоит заброшенный дом, который не могут снести из-за судебных тяжб между владельцами. Он пустует уже десять лет и стал пристанищем бродяг. В середине 80-х некромант воздвиг свой Храм в старом бомбоубежище под этим домом и по сей день живет в нем. Он приносил в жертву людей и чертил символы на полу их кровью, призывая Астарота и прося дать ему силы. Результатом этого стало возникновение прохода в Инферно – на это потребовалось убить двадцать человек. С той поры некромант выполняет роль привратника и больше не трогает бомжей – напротив, он охотно пропускает их на ту сторону, если они пожелают. Условия сделки, которую заключил этот заклинатель, гласят, что он должен обеспечивать порождений Инферно новыми слугами – и многие, ушедшие в Инферно, возвращаются измененными. Они мутируют и получают странные силы, превращающие их в чудовищ. Доктор Лазарь, как называет себя некромант, получает с каждого нового последователя темных сил возможность совершить один раз любое известное ему заклятье без ритуалов автоматически удачно. С бомжами он обходителен и вежлив, а поскольку выход из бомбоубежища ведет не только в подвал дома, но и к подножию холма, многие даже не подозревают, что он живет под ними. Большинство считают его чудаковатым бездомным, недооценивая этого адского вербовщика. Те же, кто изменен в результате визита, покидают окрестности, отправляясь на службу Легиону Проклятых - там из них готовят отряды пушечного мяса, которое скоро пригодится с наступлением Армагеддона.
